Правда о Bravo Two Zero - Майк Эшер

Майк Эшер

Правда о Bravo Two Zero

ВСТУПЛЕНИЕ

В британской традиции это называется фееричным провалом. Почти все, что могло пойти не так, как надо, так и случилось. 22 января 1991 — за пять дней до начала наземной фазы Войны в Заливе — группа из состава 22 полка SAS была заброшена в иракскую пустыню, вглубь территории противника. Патрулю из восьми человек было поручено помочь найти ракеты "Скад"[1], применение которых против Израиля Саддамом Хусейном подвергало опасности хрупкую Коалицию. История того, что случилось, превратилась в легенду. Обнаруженный на второй день, не сумевший связаться с базой или воспользоваться аварийным каналом связи, патруль подвергся нападению и разделился. В результате последовавшей цепи ошибок, отказов техники и полнейшего невезения, трое из группы умерли, а четверо были пленены. Только одному удалось уйти, совершив почти самоубийственный марш к сирийской границе.

Браво Два Ноль, называемый наиболее награжденным британским патрулем начиная с Англо-бурской войны, в современном военном фольклоре уже занял место, сродни Лоренсу Аравийскому. Самый описываемый, пересказываемый и обсуждаемый инцидент в истории Специальных операций, своей известностью он обязан главным образом книгам, изданным двумя из ее участников: "Браво Два Ноль" (Bravo Two Zero), командира патруля, пишущего под псевдонимом "Энди Макнаб" и "Единственный вышедший" (The One That Got Away), написанная спасшимся бойцом с псевдонимом "Крис Райан". Эти книги обладали феноменальным успехом; обе стали бестселлерами с общим тиражом свыше трех миллионов. Книга Макнаба, представленная как "истинная история патруля SAS в тылу врага в Ираке", была провозглашена Джеймсом Адамсом из "Сэнди Таймс", как "лучшее описание SAS в действии"; в то же время журнал "Солдат" объявил, что книга Райана должна "занять место среди величайших историй спасения в современной военной истории". По обеим книгам были сняты телевизионные фильмы, они переводились на многие языки, так что известность Браво Два Ноль достигла десятков миллионов людей во всем мире. Райан и Макнаб, продолжающие становиться авторами пользующейся спросом беллетристики, являются, вероятно, единственными заметными национальными британскими военными героями, появившимися в наши времена. Сага патруля Браво Два Ноль стала современным вариантом Атаки Легкой Бригады, и вина за ее провал была возложена на многих. Макнаб называет высших чинов SAS и разведки, взывая к ошибкам "слишком далекого моста" в Арнеме, заявляя, что патруль был высажен в районе, где "было более 3000 иракских солдат… фактически две бронетанковых бригады, которых там быть не должно и которых не засекла разведка". Он также говорит, что патруль был отправлен в поле без учета основных принципов военной практики — того, что он называет "Семью П": Правильное Предварительное Планирование Предотвращает Пролеты и Плохие Показатели (Proper Prior Planning Prevents Piss Poor Performance). По его словам, патруль не имел точных карт, аэрофотосъемки или данных спутниковой разведки, не были даны правильные радиочастоты, личный состав не был проинструктирован о необходимости взять обмундирование для холодной погоды или спальные мешки, их не проинформировали, что местность будет скорее скалистой, а не песчаной, или даже что погода будет исключительно холодной.

Третий член патруля, пишущий как "Майк Кобурн", но упоминаемый в других книгах как "Марк", недавно сказал, что Королевские ВВС выбросили их в неправильном месте, и что штаб подвел их своей неспособностью немедленно организовать спасательную операцию, но вина за то, что пошло не так, ложится не на одно только командование Полка. Кроме того, один из участников патруля — погибший сержант Винс Филипс — сурово критикуется, в особенности Райаном, как причина многих неудач группы. Согласно Райану, Филипс, будучи заместителем командира патруля, был некомпетентен, непрофессионален и даже труслив. Он пишет, что перед операцией Филипс был возбужден и раздражителен, он говорит, что сержант негодовал на необходимость быть там, и стремился лишь спокойно дослужить оставшееся ему в армии время. Райан также пишет, что в поле Филипс вел себя негативно и нерешительно, заявляя, что он спал на посту (будучи в охранении), и прямо обвиняет его в том, что он скомпрометировал патруль. Макнаб, хотя и, безусловно, не столь уничтожающе, намекает, что Филипс был ответственен за разделение патруля, будучи не в состоянии передать сигнал, который, он пишет, не смог достичь "оцепеневшего мозга" сержанта.

Несмотря на то, что при первом прочтении я был впечатлен обеими книгами, меня не оставляло тянущее чувство, что кое-что было неправильным. Если штаб в действительности был столь глуп, как излагают оба автора, и если их собственный коллега, Винс Филипс, был действительно некомпетентен, то непревзойденные качества Полка оказываются под вопросом.

Подобно большинству служивших в семействе SAS, я твердо полагаю, что Полк — лучшее боевое подразделение в мире. Лучшим днем моей жизни был тот, когда мне вручили берет SAS песочного цвета. Я только что выдержал отбор в 23 полк SAS, одного из двух территориальных (резервных) подразделений Полка, и очень гордился тем, чего я достиг. И горжусь до сих пор. Подобно, проводимому кадровым, 22 полком SAS, отбор в резервное подразделение представляет собой месяцы ломовой работы, с кульминацией в виде двух изнурительных недель в Брекон Бикенс и общим отсевом в девяносто процентов. Этот тяжелый труд имеет для меня бесконечную цену, потому я полагаю, что берет SAS символизирует нечто довольно редкое в нашем обществе. Это не может быть куплено, унаследовано, или даровано как привилегия. Это должно быть заработано. Я служил солдатом в Парашютном Полку и в Специальной Патрульной Группе полицейского антитеррористического подразделения, но смысл гордости, которую я ощутил в тот день, будучи приобщенным к SAS, остается уникальным.

Спустя три года после прохождения отбора в 23 полк SAS, я уехал из Великобритании, чтобы стать учителем-добровольцем в отдаленной области Судана. Там я учился говорить на арабском языке и обращаться с верблюдами. Арабская культура столь поглотила меня, что, в конечном счете, я забросил преподавание, чтобы жить с племенем бедуинов. Эти люди, Кабаби, в целом едва ли принадлежали двадцатому столетию. Не имея современных технологий, никаких автомобилей, телевизоров или радио, большинство из них не умело читать или писать, и никогда не ездило на машинах, многие никогда не бывали в городе. Не обращая внимания на политику в их собственной стране, и часто даже не имея понятия, как зовут их собственного президента, они жили странствующей жизнью, не меняющейся поколениями, перегоняя своих верблюдов и коз с места на место в поисках пастбищ и воды. Они жили в черных палатках и несли весь свой мир на спинах верблюдов, всегда с винтовками в руках, готовые отразить налет. Самым интересным аспектом их культуры был факт, что люди никогда не оценивались тем, что они имели. Наиболее уважаемый человек не был самым богатым, но наделенным наибольшей "человечностью" — комбинацией храбрости, выносливости, гостеприимства, великодушия и верности. Среди бедуинов слово человека — его обязательство, а ложь считают окончательным позором. Те три года, что я провел, живя с бедуинами, были не только самыми очаровательными годами моей жизни, но они также дали мне глубокую привязанность и уважение к этим кочевникам пустыни, которые не оставляют меня и по сей день.

Я также научился у них столь многому, чему был в состоянии найти хорошее применение позже. В 1986-87 годах, с моей женой Мэриантуанеттой, я впервые пересек пустыню Сахара с запада на восток, путешествуя пешком и на верблюдах, преодолев расстояние в 4500 миль за девять месяцев. Я жил среди бедуинских племен восточного Судана — и вместе с компаньоном-бедуином на верблюде пересек Великое Песчаное Море Египта. За двадцать лет я покрыл почти двадцать тысяч миль по пустыням мира, не используя двигателя внутреннего сгорания. Я жил и путешествовал со многими кочевыми народами. К этому меня подготовил Полк, и я полагаю, что без уроков решимости, приспособляемости и гибкости, полученных в SAS, моя жизнь была бы совсем иной.

Так как вера в превосходство Полка является стержнем моей собственной жизни, я решительно не желал полагать, что Винс Филипс, самый старший из сержантов в той группе, мог быть столь неадекватен, как его изображали. Филипс был самым опытным солдатом патруля. С двадцатью годами службы за ремнем, он, прежде чем оказаться в SAS, был и в Парашютной Бригаде, и в бригаде Коммандос. Чемпион армии по марафону, он был также известен своей выдающейся физической подготовкой, и, имея за плечами девять лет в Полку, был даже более закален, чем командир патруля Макнаб, не говоря уж об относительном новичке Райане. Если бы Винс Филипс не знал свою работу, то следует осудить весь процесс отбора, который находится в основе философии Полка — процесс, который был важной вехой для меня.