Assassin’s Creed. Origins. Клятва пустыни - Оливер Боуден

Оливер Боуден

Assassin’s Creed Origins. Клятва пустыни

Oliver Bowden

Assassin’s Creed. Origins: Desert Oath

© 2018 Ubisoft Entertainment.

Часть 1

1

Пустыня выглядела необитаемой, если не считать охотничьей хижины с плоской крышей, что торчала на горизонте, словно гнилой зуб. «Подходящее место», – подумал Эмсаф и направил свою лошадь к одинокому строению. Он оставил животное снаружи, в тени хижины, а сам вошел внутрь. В помещении было прохладно благодаря толстым глиняным стенам, отражавшим жар палящего солнца.

Эмсаф откинул капюшон и огляделся. Отнюдь не то место, где хочется задержаться. Внутри хижины было пусто и пахло сыростью. Но для задуманного мужчиной помещение подходило идеально.

А задумал он отнять чужую жизнь.

Эмсаф опустил на пол свой лук, рядом положил стрелу, вынутую из колчана, и лишь затем поднял свой взор к окошку, выходящему на пустынную равнину. Мужчина прищурился, выбирая лучший угол обзора, после чего опустился на колени, поднял с пола лук и прицелился, ища наиболее выгодную позицию для выстрела.

Удовлетворенный приготовлениями, Эмсаф вновь положил оружие на пол и съел последнюю дыню из купленных на базаре в Ипу. Осталось дождаться появления добычи.

Эмсаф ждал, думая о семье, оставленной в Хебену. Причиной разлуки стало сообщение из Джерти. Содержание послания настолько встревожило Эмсафа, что он тут же засобирался в путь.

– Появилось одно срочное дело, – сказал мужчина своим жене и сыну, – которое не терпит отлагательств. Я постараюсь вернуться домой как можно скорее, даю слово.

Своей жене Мерти Эмсаф посоветовал заняться посадкой овощей, не дожидаясь возвращения мужа, поскольку он может отсутствовать несколько недель, а то и месяцев. Своему семилетнему сыну Эбе Эмсаф поручил пасти гусей и уток и взял с мальчика обещание помогать матери управляться со скотом и свиньями. В том, что Эбе выполнит обещанное, отец не сомневался. Сын был славным мальчишкой, привыкшим повиноваться родителям и усердно выполнять поручаемую работу.

Близкие провожали его со слезами на глазах. Эмсаф и сам едва сдерживался. С тяжелым сердцем садился он в седло.

– Позаботься о матери, сынок, – сказал Эмсаф Эбе и быстро вытер слезу, сделав вид, что в глаз попала пыль.

– Я позабочусь, папа, – пообещал мальчишка, у которого дрожала нижняя губа.

Эмсаф и Мерти обменялись прощальными улыбками. Оба знали, что день прощания рано или поздно настанет, однако не предполагали, что это случится так скоро и так внезапно.

– Помолитесь за меня богам. Попросите, чтобы уберегли вас до моего возвращения.

С этими словами Эмсаф развернул лошадь и поскакал на юго-запад. Всего один раз оглянулся он на жену и сына, смотрящих ему вслед. Разлука с любимыми разрывала мужчине сердце.

По расчетам Эмсафа, путь от северной окраины Хебену до места назначения должен был занять дней двенадцать. С собой мужчина взял лишь самое необходимое. Передвигался Эмсаф в основном по ночам, сверяясь по луне и звездам, а днем спал, давая отдых себе и лошади. От жгучего солнца они укрывались в тени раскидистых терпентинных деревьев или в заброшенных хижинах.

Однажды Эмсаф проснулся раньше обычного. Солнце неторопливо ползло к горизонту, и света было еще достаточно. Опытным взглядом Эмсаф принялся обшаривать линию горизонта и вдруг заметил в илистом мареве нечто вроде крошечного, едва видимого разрыва. Он отметил про себя увиденное, но не стал тратить время на размышления. Вместо этого на следующий день Эмсаф проснулся в то же неурочное время. И снова на том же месте, что и вчера, он заметил крошечную черную точку. Сомнений не оставалось: его преследовали. Более того, преследователь свое дело знал и старался держаться на одинаковом расстоянии от цели.

Проверить догадку означало дать понять преследователю, что он раскрыт, но Эмсаф был вынужден рискнуть. Он поехал медленнее. Пятнышко на горизонте не увеличивалось. Тогда Эмсаф стал передвигаться днем, стойко выдерживая обжигающее солнце. Преследователь сделал то же самое. На следующую ночь Эмсаф пустил лошадь бешеным галопом, держа животное на пределе сил. Преследователь не отстал и на этот раз.

Оставалось только одно: временно забыть о миссии и вплотную заняться преследователем. Когда тот напал на его след? Будучи опытным разведчиком, Эмсаф действовал осторожно.

«Обдумай все как следует», – мысленно приказал он себе. Своего незваного «компаньона» Эмсаф заметил на пятый день пути. Уже хорошо. Значит, Мерти и Эбе не пострадали. Главное, что преследователь находился далеко от дома Эмсафа. Кто он такой, не так уж и важно. Следовало как можно быстрее избавиться от хвоста.

Неподалеку от Ипу Эмсафу на пути попалось селение с базаром, где торговали маслами, тканями, а также чечевицей и бобами в высоких сосудах. Многие проходили и проезжали через это селение. Эмсаф нашел человека, направлявшегося в Фивы, и попросил за определенную плату передать послание. Эмсаф заверил своего курьера, что тот не останется без дополнительного вознаграждения от адресата. На базаре Эмсаф купил провизии, но задерживаться не стал. Крестьяне и воловьи повозки навевали мысли о Мерти и Эбе, вызывая острую тоску по дому. Достигнув переправы, Эмсаф пересек Нил и оказался в Западной пустыне. Пусть-ка теперь его преследователь обдумывает следующий ход.

Еще через две ночи Эмсафу попалась охотничья хижина на пустынной равнине – идеальное место, чтобы устроить засаду.

И действительно, через какое-то время мужчина увидел своего преследователя. Одинокий всадник пересек завесу марева. Эмсаф поблагодарил богов за то, что солнце светит со спины, приладил стрелу и прицелился. Всадник был все в том же плаще, вид которого, как и масть лошади, успели стать для Эмсафа знакомыми.

Пора.

Не спуская глаз с противника, Эмсаф втянул в себя побольше воздуха. Мгновение, пока он держал всадника на прицеле, показалось ему вечностью. Долго напрягать мышцы было нельзя: рука могла дрогнуть – и стрела полетела бы мимо.

Эмсаф разжал пальцы, отпуская тетиву.

Стрела попала в цель. Всадник рухнул с лошади, подняв облако песка и пыли. Эмсаф вложил вторую стрелу, приготовившись, если понадобится, выстрелить снова. Он ждал, не подаст ли противник признаков жизни.

Но тот был мертв.

2

Убийца проснулся на рассвете, опередив солнце, пока оно не проникло сквозь ширму и не ударило в глаза белым огнем. Вскоре в доме станет жарко и душно. Пока же здесь было прохладно и, как всегда, тихо. Мужчина оделся и завернулся в сдернутое с постели покрывало.

В соседней комнате он приготовил себе завтрак из остатков хлеба и фруктов. Ел медленно, погруженный в свои мысли. Требовалось очистить ум для предстоящей работы. Он давно не занимался подобными делами, но разум и тело не утратили былых навыков, а оружие – остроты.

Позавтракав, убийца завершил приготовления, сверившись с картами. Бронзовое зеркало отражало его лицо, исчерченное шрамами. Уберегая кожу под глазами от встречи со жгучим солнцем, убийца наложил слой кайала [1].

Интересно, улыбнутся ли ему Исида, Гор и Анубис?

Время покажет.

Три дня спустя убийца достиг селения Хебену. Хижины среди песков, изгороди для скота, веревки с сушащимся бельем, которое на солнце казалось ослепительно-белым. Уверенный в том, что местный ландшафт надежно скроет его присутствие, убийца остановился в пальмовой рощице. Привязав лошадь в тени, он достал из мешка бурдюк с водой, затем взглянул на небо, проверив время по солнцу. Подставив спину светилу, убийца двинулся вперед, нашел подходящую ложбинку и затаился. Набросив покрывало, он стал ждать.

Ага! Из нужного ему дома кто-то вышел. Мужчина? Нет, женщина. С большим ведром в руках она направлялась к колодцу. Прищурившись, убийца принялся наблюдать за женщиной. Ничего лишнего, все движения четкие и точные. Пока он смотрел, женщина наполнила ведро, но затем, вместо того чтобы вернуться к дому, поднесла руки ко рту, сложив их чашей, и крикнула:

– Эбе!

Человека, которого ему приказали убить, звали Эмсафом. Тот сейчас мог находиться где угодно: в другой части селения, на поле или в другом городе. На пороге дома возник мальчишка. Тот самый Эбе, без сомнения. Убийца следил, как мать и сын принялись за работу. Они наполнили второе ведро и понесли воду к дому. Там, взяв ведерки поменьше, разлили воду по корытам для домашнего скота. Козы поспешили на водопой.

Убийца оставался в своем укрытии до тех пор, пока не удостоверился, что Эмсафа дома нет. Женщина с сыном скрылись внутри фермы. Убийца поднялся, размял затекшие ноги и быстро пересек отделявшее его от фермы расстояние. Тяжело дыша от бега по жаре, он прислонился к стене, сложенной из кирпича-сырца. Судя по звукам, доносившимся из заднего окошка, мать с сыном обедали. До ушей убийцы донеслось произнесенное мальчишкой слово «отец». Мать ответила, что тот «скоро вернется».