Всякое - 90 - Дмитрий Пригов

Пригов Дмитрий

Всякое - 90

Дмитрий Александрович Пригов

ВСЯКОЕ '90

# # #

Когда звонят и на порог

Пленительный и белоснежный

Является единорог

И голосом безумно нежным

Он говорит: Пойдем мой милый

Я покажу тебе могилу

Ленина

Не верь! не верь - он есть тайна

смертной доблести, а не рыцарской!

не его дела над этими вещами покров приподнимать!

# # #

В снегах ли русских под Рязанью

В степях калмыцких под Казанью

В горах ли тайного Аленина

Или в песках под дикой Яффой

Вдруг выплывет могила Ленина

И строго скажет: Маранафа!

И произойдет

# # #

Мы бежим задыхаясь от смеха

Слышны крики дурных егерей

От их пуль отлетают пушиночки меха

С перламутровой шубки твоей

А мы - ррааз! - и застыли под деревом стоя

Тут они выбегают на нас:

- Не видали, куда пронеслись эти двое?

- Те хвостатые что ли? - смеясь

Отвечаем

Да вон в том направлении! - говорим улыбаясь

Посмотрим, посмотрим им вослед да и побежим весело в другом направлении

# # #

В ночной прохладе я стояла

Светало, но я все стоял

Но как-то вдруг тревожно стало

Я глянул вверх и увидал

Бог надо мною умирал

Прекрасный

Я глянула - да я сама

Умирала

Вследствие

# # #

Близь немецкой деревушки

Девушки-подружки

Бела козлика поймали

За крутые рожки

Они вот его ласкают

Тихо обнимают

Чем-то желтым поливают

И коричневым и мягким

Чем-то натирают

Ты лети, наш голубочек

А и полетел он

Только стал он своим телом

Вдруг каким-то очень

Неприкасаемым

Для женских касаний

Чисто могила Ленина

# # #

Разреши мне, матушка

Дикого медведюшку

В гости к нам привесть!

Ох ж ты, моя деточка

Глупая кровиночка

Он же нас поесть!

Так и есть

Съел

Права была матушка

# # #

Так скажешь что-нибудь не то

Но тихо - Бог и не заметит

Но государство за него

Все в книжечке своей отметит

И ты вскричишь: Но Бог! Но Бог!

Ведь Он, ведь Он не возражает!

- А совесть, совесть-то твоя

Что? - ничего не возражает

Тоже?

И тебе нечего возразить

# # #

Был тихий вечер среднерусский

Садилось солнце догорая

Окрестности перебегая

Ложились тени, в белой блузке

Или черной

Нет, все-таки в белой

Я шла с тобой и вижу узкий

Провал, я глянула: Мой милый

Смотри! - ведь это же могила

Ленина!

Да я знал

# # #

Лети мой, пух, как пух травинки

И плачь кукушечкой родной

И виждь:

Как нету капельки-кровинки

В пределах девочки одной

И словно лампой керосиновой

Вернувшись в город Ленинград

Из Екатеринбурга

Ее лицо пылает синее

Рубиновые лишь горят

Зубы ее

# # #

Пойти с Наташкою в кино

Иль с белой девушкою Тоней

Лежать на стриженом газоне

Или с Владимиром вино

Пить, как описывал нам гений

Российский, вдруг сказав: Евгений!

- Владимир! - отвечает он утомленным голосом

# # #

Мы жили около воды

К реке под вечер выходили

И странно-птичие следы

Двупалые мы находили

На песке

Однажды поздно вдоль реки

Идем и видим: жуткой силы

Там что-то тянут рыбаки

Гляжу - да это же могила

Ленина

# # #

Котеночек лежит премил

Что просто никакой нет силы

Но кто-то гвоздичком прибил

Его к дощатому настилу

О Боже!

- Котеночек, кто твой убийца?

Кто эта подлая свинья!

Котенок тихонько смеется

И смотрит на меня... - не я!

Не я! не я! не я!

Не я! Боже, не я! не я!

Котенок ж тоненько смеется

Кровинка из него лиется

Скользит, скользит и вдаль несется

И возвращается на дню

Ведя с собою полуптицу

Полуогромную свинью

И гвоздь в руках ее святится

Котенок тоненько смеется

И мне: Вот ты и есть убийца!

- Да нет же! не я! не я! не я!

Не я! не я!

Не я!

- Ты! - говорит полусвинья

Ты

# # #

Что ворона от нас здесь отличает?

А то, что он отлично отличает

Где жизнь, где смерть и просто отвечает:

Вот смерть! - на то здесь и поставлен

Пойду-ка в вороны, а то не стало

Мне мочи

От путаницы этой окружающей

# # #

Дитя, ты почто отвернулось к двери

И личиком не обернешься

Смотри, твоя шейка как будто в крови

От холода все ты трясешься

Смотри, твоя ручка бледна и легка

Иди ко мне, дом мой свободен

Оно обернулось - а там два клыка

Сверкнули и крест лишь Господень

Спас

# # #

Тот кто убил в себе майора

Тот демона в себе убил

Он укреплен здесь лишь де-юре

Де-факто - он игрушка сил

Разнонаправленных, первичных и равномогущественных

Не зрящих всяких там де-юре

И лишь убив в себе майора

Майором можешь быть

# # #

Живая, лучшья часть меня

На неживую ополчилась:

Уйди! что надобно тебе!

Вот от тебя тут расплодилось

Тьма!

А та откроет мертвы очи

И шепчет: Ну, чего ты хочешь

От меня?

Не себя ради!

# # #

По шумной улице брести

Смотреть в прозрачные витрины

И спутнице лет двадцати

Иль около сказать: Кристина

Давай хоть в шутку купим что-то

Ведь марок - тьма! - Да неохота!

Ну, неохота так неохота!

Мне и самому что-то неохота

Хотя марок, скажем прямо, тьма

А неохота

# # #

Вот старый человек пивка

Выпить решил у магазина

Вот пьет он, а вокруг - грязина

И жизнь как тощая резина

Ну выпьет, выпьет он пивка

А дальше что?

Я вас спрашиваю

# # #

Две девушки в тени аллей

Под Берлином

Целуются со страстью новой

Как нежный Герцен с Огаревым

Нежным же

О Боже, сколько лет и дней

Миновалось

А все то же

# # #

Американке в двадцать лет

Нужно добраться до Парижа

Чтоб встретиться с таким же рыжим

Ирландцем двадцати трех лет

Может, и террористом

Я видел его дважды на

Цветной открытке и невольно

Все сравнивал с собой, она

Меж тем садится в свое вольво

И вдаль отчаливает чинно

Меня с безумным капуччино

Моим

Оставляя за прозрачным столиком придорожного бара

Господи! - думаю я - ирландец! рыжий к тому же!

Да - отвечают мне - но двадцати трех лет!

Так ведь пока доедет, кто знает, сколько ему будет!

Так ведь если останется - тебе столько уже и есть!

Что ж, я знал! это аргумент! но все же!

# # #

Вот чувственная самка-таракан

Но прелести в ней нету для меня

Иль, может быть, мне таракан прелестней

Увы, увы и он - ну, может, лишь как соотечественник милый - Так в этом случье и она

Самка таракана в смысле

Как односельчанка

Тоже

Мила

# # #

Вот кошка лапкою худой

В мохнатый сапожок обутой

По мордочке своей живой

Отсутствуя, во сне как будто

Проводит

Но обернется, Боже мой,

С улыбкой черной и кровавой

И череп наголо обритый

И уши длинные висят

И все такое - Свят! Свят! Свят!

Свят!

# # #

Купить за марку банку пива

А на другую - булку с сыром

Пойти по улице направо

А улица уходит криво

И упирается красиво

В какой-то прудик неглубокий

Присесть и чувствовать себя

Оставленным и одиноким

Заброшенным

Так прекрасно

И горько!

# # #

Какая прелесть в ресторане

На пятьдесят четвертой стрит

Почувствовать вдруг расстоянье

Которое как зверь висит

Отсюда до живой России

И вдруг почувствовать: Осилим

Почувствовалось: Все, все осилим!

И это осилим

И то осилим

Почувствовалось так

# # #

Он на нее орлом слетает

Чтобы совокупиться с ней

Она ж под ним внезапно тает

Как легкий снег живых полей

Российских

И он оказывается как в ямке

Огромным членом в землю прям-таки

Впрессован

Что и не выдернуть

# # #

Вся в кожаном и вышитом приходит

Сапог растегивает у бедра

И говорит: Вот так и жизнь проходит!

По-французски говорит

А завтра, может, уж пора

Ложиться не в постель - в могилу

Что улыбаешься? мой милый

С тобою вместе!

А улыбаюсь потому, что у нас на Руси это называется: и умерли в один день

# # #

Вот иду я молодая

Ничего уж не таю

Вот щас встанет рать святая

Крикнет мне: Живи в раю!

Да я и так уж среди рая

Да их столько, мать твою

Раев-то

Не разобрать в каком

# # #

Она прилетает блестя опереньем

В шестнадцать мальчишеских лет

И говорит:

Не хочется думать о жизни, поверь мне!

А смерти и вовсе что нет!

Но он прилетает по вольному ветру

По-девичьи дышит легко

И говорит:

До самой далекой планеты

Не так уж, друзья, далеко

И вправду, кажется, что недалеко