Из тьмы да во мрак - Наталья Мамченкова

Наталья Мамченкова

Из тьмы да во мрак

1. Как снег на голову

Необычайно суровой выдалась зима в Роартосе. Даже старики качали головами, припоминая такие же холода и снегопады много-много лет назад.

— Быть беде! — вещал Дряхлый Манк, потрясая морщинистым кулаком.

Радостного от такой холодрыги никто и не ждал. Уж больно рано ударили заморозки, не дав даже собрать до конца урожай. Полыхающую золотом осень будто снесло ледяным ветром. А потом пришли метели, заперев горожан в собственных домах на несколько дней.

— А я говорил! — продолжал распинаться в трактире Манк.

Дурковатого бродяжку никто особо не слушал. Его вообще мало кто воспринимал всерьёз. Чудной старик, говорили, колдуном раньше был, пока с тварью из мрака не столкнулся. Что за чудище и как оно такую добычу из лап своих отпустило, сам Манк никогда не говорил, хотя всегда был готов поболтать да небылицы порассказывать.

Оттепель пришла так же неожиданно, как и морозы. Будто кто-то решил ужать время, как гармонные меха, сократив каждый сезон почти втрое. Таял снег, звенела капель, тротуары превращались в самые настоящие реки. Роартос готовился к весне.

Дики Вайкицу зима никогда не нравилась, хотя он их видел-то всего восемь, а помнил от силы пять. Он всегда с нетерпением ждал наступления весны, помогал её приходу, круша сугробы палкой, раскидывая снег, прокладывая новые русла талым ручейкам. И стремительной смене погоды радовался сильнее всех.

Увлёкшись расковыриванием очередного снежно-ледяного кома, Дики не сразу сообразил, что вмёрзшая в него ветка — и не ветка вовсе. Это потом, когда показался рукав пиджака с тускло блеснувшей медной пуговицей, до него дошло. Однако Дики был мальчиком любознательным и вовсе не пугливым. Вместо того, чтоб позвать родителей, брата или хотя бы просто закричать и броситься наутёк, малец с ещё большим энтузиазмом принялся рушить глыбу.

К тому времени, как кто-то обратил на него внимание, Дики успел освободить находку из ледяного плена почти целиком. И даже хорошенько рассмотреть. Лицо мертвеца сильно подпортило морозом, зато одежда сохранилась. Бывший когда-то зелёным или бежевым длиннополый плащ, грубые кожаные штаны, сапоги с металлическими подковками. На указательном пальце левой руки широкое кольцо из красноватого металла. Правую незнакомец запустил в перекинутую через плечо сумку, да так больше и не вытащил.

Ну как устоять перед таким соблазном? Наверняка там лежало что-то ценное. Например, колдовская штука, которая бы согрела или перенесла подальше из ледяной жути.

«Мертвецу цацка уже точно не пригодится,» — решил Дики, приноровился и потянул руку трупа на себя.

Кр-р-рак! Конечность с удивительной лёгкостью вышла из сумки и так же легко надломилась в районе локтя. Дики со всего маха шлёпнулся задом в мокрый снег, так и не отпустив костлявое запястье. Со скрюченных пальцев свисала цепочка такого же цвета, что и кольцо, а в ладони, пропоров острыми краями кожу, застряла восьмиугольная пластинка с часто вкраплёнными бледно-жёлтыми камушками разного размера. Будто кто доску клеем полил да песком речным крупным присыпал.

Долго насладиться находкой мальчишке не дали. Он едва успел выковырять из кулака мертвеца свою добычу и спрятать под шапку. Первым прибежал отец, дал Дики затрещину, отчего пластина больно царапнула по коже головы. Потом мать добавила, то срываясь на крик, то начиная рыдать. А потом Дики и вовсе увели домой.

Вечером только и разговоров было, что о находке пацана. Дряхлый Манк вопил, что настал конец времён, что твари из мрака заберут их души, если немедленно не сжечь чужака и его пожитки, а ещё лучше всем городом переехать куда подальше, ибо заронены в эти земли зёрна скверны и не очистится она боле…

— Эй, говорят, ты там что-то нашёл у трупака?

— Тш-ш-ш!

— Потшикай мне тут!

— Ноки, отстань!

— Ты как со старшим братом говоришь?

— Да не брал я ничего!

— Ну да, ну да, а с рукой его просто так обнимался, — загоготал брат. — А ну-ка…

Легко скрутить восьмилетку, когда тебе целых пятнадцать и ты выше его на две головы. И тайник детский найти проще простого, ведь старший сам показывал младшему все-все схроны.

— Ух ты, какая штука! А что она делает? — Ноки повертел в пальцах найденную пластину.

— Ничего, отдай!

Дики попытался выхватить из рук брата свою добычу. Тот захохотал, поднял её над головой.

— Ну-ка, отними! Ну что же ты? — снова рассмеялся он, наблюдая за тщетными попытками пацана допрыгнуть и уцепиться хотя бы за цепочку. — Видимо, тебе эта штука совсем не нужна. А я знаю, кто её оценит по достоинству.

Ноки накинул полушубок, спрятал пластину во внутреннем кармане, натянул шапку.

— Ты куда?..

— На свидание, конечно же, — ухмыльнулся старший брат. — Лойре знаешь, как будет рада? Хотя тебе такого знать ещё не положено.

Хлопнула входная дверь. Дики горестно вздохнул, уселся прямо на пол, закрыл лицо руками и заплакал. Нет, конечно же, сильные воины и мудрые маги не плачут, но когда ещё Дики дорастёт до них. Пока он только маленький мальчик, у которого отняли игрушку.

* * *

— Слышали? Девчонка Перкетов пропала!

— Это та рыженькая, Лойре? Да вы что!

— А в комнате её паренька, Вайри Вайкица сынка старшего, нашли. Сидит, глазами в одну точку лупит, бормочет не по-нашему.

— А я говорил, это не к добру! — влез в разговор дребезжащий голос Дряхлого Манка. — Я говорил, что сжечь всё надо и не трогать ничего!

Прятавшийся в трактире под столом Дики выглянул наружу. Уже второй день родителям было совсем не до него. Вокруг Ноки всё плясали. А толку-то плясать, коли брат свихнулся? Вон, Дряхлый Манк про такое говорил в прошлом году… или позапрошлом? Взрослые считают Манковы россказни выдумками, а вот и нет. Просто взрослым неохота тратить время на бродяжку, а вот дети — идеальные слушатели. Вот и сейчас на старика перестали обращать внимание, расселись по своим скамьям, обсуждают что-то своё. Самое время…

— Тано Манк, — уважительно начал мальчик.

— Какой я тебе «тано», пацан? — пьянчуга удивлённо поднял кустистые седые брови. — «Тано» — это мудрец или ведун. А я что, так, безумный старик. Ишь, слово какое вычитал и ляпаешь не к месту.

— Но ты же вправду мудрый!

— Я? Кхе-кхе-кхе… — Дряхлый Манк закашлялся. — Малец, дурачок тут я, а не ты. Давай-ка, дуй к мамке под юбку и из дома не выходи. Времена нынче страшные. Вон братка твой уже доигрался…

— Тано, скажи, а что было бы,