Пятое время года - Ксения Михайловна Велембовская

Ксения Велембовская

Пятое время года

То пятое время года,

Только его славословь.

Дыши последней свободой,

Оттого что это — любовь.

А.Ахматова

Мощное тело лорда Клевеля упало на ее тело, и она почувствовала, как в ее организме напрягся каждый нерв… Ничего не скажешь, высокий стиль! Хи-хи-хи…

Сдержанное хихиканье в книжку в неожиданно образовавшейся тишине прозвучало до неприличия громко — черепаха-электричка, черт бы ее побрал, опять остановилась. И опять к злостной нарушительнице общественного спокойствия со всех сторон устремились неодобрительные взгляды по-воскресному скучающей вагонной публики: мол, чего эта девчонка у окна все смеется? Небось, ненормальная! Пришлось срочно выровнять смеющиеся губы и вернуться к сцене бешеной страсти лорда Клевеля, полковника колониальных войск, и его возлюбленной индианки Мури с глубокомысленно-скорбным видом. Впрочем, вполне соответствующим моменту: не слишком ли лорд придавил бедняжку? Будет жить крошка?

Индианка оказалась на удивление живучей, и дальше пошла жуткая порноахинея, со всей очевидностью свидетельствующая о том, что сей бестселлер сочинила какая-нибудь старушенция. Типа: бойцы вспоминают минувшие дни, а память уже отшибло. К тому же, судя по гиперболизации отдельных органов лорда, у престарелой миссис, мягко выражаясь, «не все дома». Одним словом — гадость страшная! А ведь кому-то нравится. Кому-то — ладно. Прискорбно, что эта тошнотворная белиберда нравится тете Жене. Интересно чем? Если только экзотикой, яркими красками — ультрамарином и пурпуром, которых катастрофически не хватает в «медвежьем углу» на краю столицы, где ранним утром-ночью от однотипных серых девятиэтажек тянется к электричке серая толпа. Страстей тетеньке, кажется, и так вполне хватает. Особенно в связи с появлением нового, знойного возлюбленного. Тот еще экземплярчик!

Электричка дернулась, будто собралась в обратный путь. Что ж, можно и обратно. Предстоящая через пятьдесят минут встреча вдохновляла приблизительно так же, как возвращение домой, к тетеньке. Поезд двинулся вперед. Мимо снова поплыли заброшенные фабрики, склады и доживающие свой век «хрущевки» с вывешенным на балконах мокрым бельем. Обзеваешься… Эх, надо было взять у Жеки какой-нибудь детективчик! Вчера, например, по дороге в альма-матер удалось совсем неплохо скоротать время в компании с частным детективом Джеймсом Хуком. Правда, первые сорок шесть страниц тоже вызывали исключительно зевоту, зато потом сюжет принял весьма нестандартный поворот: Джеймс Хук, чье поведение досель казалось полностью прогнозируемым, внезапно исчез. При том, что все остальные были на месте: дон Паскуале, крестный отец сицилийских мафиози, прибравших к рукам штат Оклахома, доел свою лазанью и промокнул губы салфеткой, медиамагнат Магнус допил виски с содовой и тоже промокнул, рыжий Макферсон, не промокнув, потащился в Конгресс США лоббировать интересы колумбийских наркодельцов. Какой-то парень выслеживал Макферсона, спрятавшись за колонной Капитолия, но звали его Джимом. А ларчик-то просто открывался! С сорок шестой страницы Джеймс Хук трансформировался в Джима Хака. Закончились Хуковы-Хаковы приключения тем, что, срочно вылетев в Денвер, бедолага приземлился… в Детройте.

Как тут было не испытать наиприятнейшее чувство собственного интеллектуального превосходства? В чем, в сущности, и состоит смысл подобного чтения…

Без криминального чтива время тянулось мучительно медленно. Искать объект для веселой иронии во внешнем мире было бесполезно — вдольжелезнодорожный осенне-зимний пейзаж по беспросветному унынию не имеет аналогов. «Невинные» серые глаза забродили по вагону. Объект нашелся: на вполне безопасном расстоянии, через две скамейки слева, в такт движению поезда покачивал сизым носом среднестатистический дядька в лыжной шапке времен сдачи норм ГТО и посверкивающей, как антрацит, кожаной куртке, купленной, надо полагать, на Черкизовском рынке. Тоска во взоре — вселенская! Ни дать ни взять — принц датский Гамлет после встречи с папой.

Ну, ничего, сейчас страдалец распрямит плечи, выпятит грудь колесом и предстанет в образе дона Паскуале, которому сам черт не брат… Не получилось — фактура не та. А как насчет медиамагната, упакованного в смокинг и заявившегося, для алиби, на вечеринку в Беверли-Хиллз? Никому и в голову не придет, что улыбчивый мистер Магнус — ну просто душка! — только что утопил в морской пучине свою жену — ведущую новостных программ.

Судя по косым, злобным взглядам, которые лыжник то и дело бросал на восседающую рядом с ним мордатую мадам мелкооптового вида, сплевывающую шелуху от семечек в полиэтиленовый пакет, он тоже был совсем не прочь кое-кого утопить. Еще бы! Так хотелось в воскресенье расслабиться — попить пивка, поглядеть футбол, а эта «злыдня» заставила тащиться… куда? Пусть будет — в гости к непьющим родственникам. Хотя таковые вряд ли имеются.

Дядька заерзал, насторожился. Посчитав за лучшее отвернуться, порядочная при всем при том трусиха, она так и сделала. По путям деловито прохаживались толстенькие вороны, в поисках пропитания долбили клювами по мусору, присыпанному снегом, и, подхватив добычу, уносились в свинцовые облака. Поздняя осень, грачи улетели и остались одни вороны.

В метро всегда дышится легче. Это сегодня народ в электричке подобрался на редкость неагрессивный, предпенсионный, вот и удалось слегка поприкалываться над почтенной публикой, взять реванш за свои обиды, а в будние дни, стоит только влезть в битком набитый вагон, как тут же привязываются какие-нибудь немытые парни. На днях один такой мерзавец, как ни закрывалась она учебником по медиевистике, всю дорогу до Москвы щелкал зажигалкой перед носом и, ни на секунду не сомневаясь в своей неотразимости, скалил желтые, нечищеные, как в Средние века, зубы. Но что самое противное — во всем вагоне не нашлось ни одного человека, кто хотя бы попытался защитить перепуганную девочку.

Ближе к «Охотному ряду» и лица поприветливей, и общий стиль поэксклюзивней, однако стремление к совершенству, увы, присуще исключительно прекрасной половине человечества. Мужчин, по крайней мере подземных, достойный имидж мало волнует. Такое впечатление, что все те ухоженные, загорелые красавчики, которые мелькают в рекламе по «ящику», — пришельцы с иных планет. Фантомы. Персонажи чисто виртуальные.

Выскочив из метро на Тверскую, она невольно замедлила шаг: ничего себе! А что, собственно говоря, рассчитывала увидеть здесь по прошествии лет десяти провинциалка, чьи современные столичные впечатления второй год ограничиваются университетом, метро и электричками? Прежнюю добрую-предобрую улицу, раскрывающую свои широкие, радостные объятия навстречу маленькой девочке, которая наконец-то приехала к ней в гости? Как казалось в детстве, когда они с бабушкой выходили из метро, чтобы весело зашагать вверх по горячей, по-летнему нарядной улице Горького, потом повернуть налево и через проходные дворы и каменные подворотни выйти в старинный переулок — бабушкины пенаты…

Занятная «перетяжечка»! «Казино «Алдан». Каждое воскресенье разыгрываются семь призов по 10