Завершение - Альфред Ван Вогт

Альфред Ван Вогт

Завершение

Я сижу на холме. Как мне кажется, уже целую вечность. Время от времени я осознаю, что мое пребывание здесь должно иметь причину. Всякий раз, когда эта мысль приходит мне в голову, я исследую разнообразные вероятности, пытаясь определить возможную причину моего нахождения на холме. Я сижу на холме один. Я сижу на холме вечно, созерцая большую долину далеко внизу.

Первая причина, по которой я нахожусь здесь, кажется мне очевидной: я мыслю. Поставьте передо мной проблему. Попросите вычислить корень квадратный из очень большого числа или корень кубический из еще большего числа. Велите мне перемножить число из восемнадцати знаков на себя квадрильон раз. Пусть задачу следует определить с точки зрения переменных кривых. Спросите меня, где будет находиться данный предмет в данный отрезок времени в будущем, и предоставьте малейшую возможность для анализа.

Решение не займет у меня и доли секунды.

Но меня никто ни о чем никогда не спрашивает. Я сижу один на холме. Иногда я вычисляю движение падающей звезды. Иногда гляжу на отдаленную планету и годами слежу за ее курсом, пользуясь любым доступным мне пространственно-временным контролем, чтобы ни на мгновение не потерять ее из виду. Но все эти действия кажутся мне бесполезными. Они никуда не ведут. Зачем, для чего нужна мне вся эта информация?

В такие минуты я чувствую себя незавершенным. Мне почти кажется, что существует кто-то, для кого все это может иметь значение.

Каждый день солнце поднимается в пространстве над безвоздушным горизонтом Земли. Это черный, звездный горизонт, всего лишь крохотная частица черного, заполненного звездами небесного полотна.

Он не всегда был черным. Я помню время, когда небо было голубым. Я даже предсказал, когда произойдет изменение. И выдал кому-то информацию. Сейчас мне хочется знать только одно: кому?

Это одно из моих самых удивительных воспоминаний: я отчетливо чувствую, что кому-то очень нужна была эта информация. И что я дал ее, вот только не могу вспомнить — кому. Когда это со мной происходит, я начинаю думать, что, наверное, у меня какие— то провалы памяти. Странно, что это чувство настолько сильно.

Периодически я прихожу к убеждению, что мне следует заняться поисками ответа, ведь для меня это не составит труда. В добрые старые времена я не колеблясь посылал часть самого себя в отдаленнейшие уголки планеты. Даже к звездам. Да, для меня это не составит труда.

Но к чему? Чего мне не хватает? Я сижу один на холме, один на планете, которая состарилась и стала ненужном.

И еще один день. Солнце, как обычно, карабкается по небосводу к полудню: вечно черному, заполненному звездами небосводу середины дня.

Внезапно на другой стороне долины, на залитом солнцем ее крае, вспыхивает серебристое сияние. Силовое поле материализуется из времени и синхронизирует себя с нормальным течением времени планеты.

Для меня все очень просто: я сразу вычисляю, что Оно появилось из прошлого. Я определяю используемую энергию, просчитываю ее ограничения, логически определяю ее источник. По моим подсчетам, Оно появилось из прошлого планеты двухтысячелетней давности.

Точное время не имеет значения. Вот Оно: проекция энергии, которая сразу ощутила мое присутствие. Оно посылает мне межпространственный сигнал, и мне становится интересно, потому что я могу расшифровать сообщение, опираясь на данные моих прошлых знаний.

— Кто ты? — спрашивает Оно.

— Я — Незавершенный, — отвечаю я. — Пожалуйста, возвращайся туда, откуда пришел. Я произвел в себе необходимые изменения и теперь могу последовать за тобой. Я хочу завершить себя.

Это решение пришло ко мне в какие-то доли секунды. Сам я лишен возможности перемещаться во времени. Когда-то давно я решил данную проблему и знаю, как это делается, но мне тут же что-то помешало создать механизмы, позволяющие совершать такие перемещения. Не помню точно, что именно.

Но у энергетического поля на той стороне долины такие механизмы есть. Установив внепространственную связь, я смогу перемещаться туда же, куда и Оно.

Эта связь установлена, прежде чем Оно успело даже догадаться о моих намерениях.

Существо на другой стороне долины, кажется, не испытывает особого восторга по поводу моего ответа. Оно посылает еще одно сообщение, а затем вдруг исчезает. Видимо, думаю я, Оно хотело застать меня врасплох.

Естественно, мы прибываем в Его время одновременно.

Надо мной голубое небо. На противоположной от меня стороне долины, теперь уже частично скрытой деревьями, вокруг большого строения сгрудились строения поменьше. Я обследую их в меру своих сил и торопливо произвожу необходимые изменения, чтобы не выглядеть слишком подозрительно на фоне окружающей меня среды.

Я сижу на холме и жду, что будет.

С заходом солнца поднимается легкий ветерок, вскоре высыпают первые звезды. Сквозь туманную атмосферу они выглядят как— то по-иному.

Темнота вползает в долину, и строения на другой ее стороне вдруг начинают сиять. Загораются окна. Большое здание в центре светится особенно ярко, а с приходом ночи ослепительный свет как бы выплескивается сквозь его прозрачные стены.

Вечер и ночь проходят без приключений. И следующий день, и следующий.

Двадцать дней и ночей.

На двадцать первый день я посылаю сообщение Мозгу на другой стороне долины.

«Мы могли бы вместе осуществлять контроль над этой эпохой».

Ответ приходит незамедлительно:

«Согласен, если ты немедленно раскроешь мне механизм работы всех своих блоков».

Больше всего на свете-мне хочется иметь доступ к приспособлению, которое позволяет ему путешествовать во времени. Но я не настолько глуп, чтобы показать ему, что сам не в состоянии построить машину времени.

Я отвечаю:

«Буду рад передать тебе полную информацию. Но ты знаешь этот век гораздо лучше меня, а потому, где гарантии, что ты не используешь эту информацию против меня?».

«А какие у меня гарантии, что ты действительно выдашь о себе полную информацию?» — возражает Мозг.

Тупик. Судя по всему, о доверии между нами не может быть и речи.

Ничего другого я и не ожидал. Но по крайней мере я кое-что для себя выяснил: мой противник считает, что я сильнее. Его вера — плюс мое собственное знание своих возможностей — убеждают меня, что он прав.

И все же я не тороплюсь. И опять терпеливо жду.

Я еще раньше отметил, что пространство вокруг меня полно разнообразных волн искусственного происхождения. Одни из них можно преобразовать в звук, иные — в свет. Я слушаю голоса и музыку. Я смотрю спектакли и сцены из жизни страны и города. Я изучаю образы человеческих существ, анализирую их действия, пытаясь по движениям и словам определить степень их разума и потенциальных возможностей.

Я не очень высокого о них мнения — таков окончательный вывод, к которому я прихожу, — и тем не менее я подозреваю, что именно эти медлительные существа построили Мозг, который сей час является главным моим соперником. Передо мной тут же встает вопрос: как может кто-то сконструировать механизм, превосходящий своего создателя по развитию?

Постепенно я начинаю разбираться в этом веке. Промышленность разнообразна, но находится на начальной стадии развития. По моим представлениям, компьютер на другой стороне долины создан всего несколько лет назад.

Если бы я мог отправиться в прошлое до того момента, как его построили, то встроил бы в него приспособление, с помощью которого осуществлял бы над ним контроль.

Я просчитываю природу такого приспособления и пытаюсь задействовать одну из своих схем.

Тщетно.

Это означает, что я не сумею овладеть пространственно-временным механизмом для достижения своей цели. Скорее всего, мне придется одержать победу над моим противником в будущем, а не в прошлом.

Встает заря сорокового дня, и солнце неумолимо движется к полудню.

В мою псевдодверь стучат. Я открываю и вижу перед собой человеческое существо мужского пола, стоящее на пороге.

— Вам придется убрать отсюда свою лачугу, — говорит он. — Вы нелегально расположились на земле, являющейся собственностью мисс Анны Стюарт.

С момента моего появления здесь это — первый человек, с которым я вступил в непосредственный контакт. Я почти не сомневаюсь в том, что он агент моего противника, а потому отказываюсь от мысли проникнуть в его сознание. Ведь это связано с преодолением определенного рода препятствий, я же до поры до времени не хочу рисковать.

Я продолжаю смотреть на него, пытаясь вникнуть в смысл его слов. Создав за этот период времени ничем не примечательное строение, похожее на то, что видел на другом конце долины, я надеялся избежать всяческого к себе внимания.

— Собственность? — медленно говорю я.

— Что это с вами? — грубо замечает человек. — Не понимаете по-английски?