Посмотри в лицо смерти - Вадим Россик

Посмотри в лицо смерти

Вадим Россик

Посвящается семье Поль

© Вадим Россик, 2017

ISBN 978-5-4485-9084-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие автора

После выхода романа «Страна падонкаф» я получил много читательских отзывов. Очень разных. Некоторые писали мне, что не могут читать – слишком много грязи и ужасов. Другие возмущались – не мне, живущему за границей, критиковать Россию. Были и такие, кто честно признавался, что романа не читал и читать не будет, но он им не нравится. Одна читательница заявила, что грязи и ужасов хватает в повседневной жизни, поэтому она предпочитает книги о чистой любви, цветах и животных. Что ж, каждый из нас ежеминутно делает выбор, из которого складывается его жизненный путь. Но автор не виноват, он ничего не выдумал. К огромному сожалению, все персонажи, их облик, речь, поступки и окружающая среда – это рисунок с натуры. Наверное, приятнее читать о чистой любви, цветах и птицах, но гораздо полезнее иногда посмотреть на себя в зеркало. Может быть, тогда в нашей жизни станет меньше грязи и ужасов. Эта книга для тех, кто хочет изменить свою страну и свою жизнь в ней к лучшему.

Автор предупреждает, что все совпадения с реальными лицами или объектами являются лишь плодом вашего воображения.

Наш путь извилист, но перспективы светлые.

Мао Цзэдун

Основные действующие лица:

Витас, студент медицинского института

Иван-Йоханнес Кирш, житель Мюнхена

Аннушка, дочь Кирша

Отец Пётр Батутин (он же Петька-поп), сельский священник

Таисия Фёдоровна Батутина, попадья

Оля Батутина (она же Оля-маленькая), дочь отца Петра и Таисии Фёдоровны. Сокурсница Витаса

Пашка Турбодур, весёлый парень с гитарой и младший брат Оли-маленькой

Перегнат Петрович Сиводедов, бывший парторг леспромхоза

Дотнара, «дочь трудового народа» и Перегната

Анатолий Николаевич Шеводранов (он же Толян), муж Дотнары и победитель районной олимпиады по химии

Оля-большая, рослая подруга Оли-маленькой

Дед Валентин, дедушка Оли-большой

Костя Ядерный, создатель экологического поселения. Отсутствует

Илларион, художник-оформитель из Санкт-Петербурга. Сторожит экологическое поселение отсутствующего Кости Ядерного

Алёнка, подруга Иллариона

Вовка Горохов (он же Горох), очень криминальная личность

Серёга Градобык, бывший лесоруб, а потому ну очень здоровый!

Рафаэль Хачапурян, хозяин придорожной шашлычной

Асмик (ударение на «а»! ), верная жена и преданная помощница Хачапуряна

Флюра, энергичная бизнесвумен и хозяйка гостиницы

Капитан Николай Иванович Огурцов (он же Жираф), участковый

Настя (она же мадам Помпадур), жена и руководитель Огурцова

Сайфулла (можно Сайфулка), пастух

Занзигулька, дочь Сайфуллы

Славик Конюхович, чересчур упитанный юноша и технический гений

Чертовка, старушка неопределённого возраста и рода занятий

Виктор Александрович (он же Виксаныч), директор школы

а также:

жители Тюрлюка

Кони, коровы, овцы, козы, собаки, кошки, куры

Целых три пролога

Пролог первый. Сказ о Розе и Васильке

Давно это было, ещё при царях. В те стародавние годы на одном из уральских горных заводов служил приказчик из немцев. Карл Иваныч его звали. Этот приказчик в большой славе и богатстве был, но жил одиночкой. Жена Карла Иваныча померла при родах, оставив ему дочку по прозванью Роза. Нездешнее, конечно, прозвание. Приказчик был человеком строгим, гораздым на битьё. Что ему не по нраву – ногами затопает, руками замашет, враз русский язык запамятует, что-то по-своему, по-басурмански, залопочет и всё – кажи спину. Спуску не давал. Одно слово – немец!

А Роза характером не в батю пошла – смешливая, словоохотливая, бойкая. На месте усидеть не могла. Любое дело у неё горело. Не девка, а ртуть.

Как-то Карл Иваныч взял к себе в дом одного сиротку с завода – помогать по хозяйству. На приказчичьем дворе прибираться, коров пасти. Всякую такую работу работать. Того парнишку кликали Васильком. Долговязенький да тощенький, в чём душа держится. Стал Василёк за скотиной ходить, в лесу травы и корешки собирать, которые от надсады, которые от ломоты, которые от зубов помогают. Это он для одной старушки старался. Была, сказывают, на заводе старушка такая. На горе в лесной чаще жила. Народ её Чертовкой прозвал. Поговаривали, что та старушка с нечистой силой водится. Чертовка Васильку говорила время, когда трава полную силу имеет, он и собирал, а она из трав и корешков отвары варила, настойки готовила, мази мешала.

Долго ли, коротко ли выросла Роза девкой видной. Коса – ссиза-чёрная, алой лентой заплетённая. Глаза – зелёные, словно малахит, яркие. Росту она была среднего, из себя ладная. К той поре, как Роза заневестилась, Василёк на свежем воздухе и парном молочке тоже выправился. Вырос высокий да румяный, кудрявый да весёлый. С лица чистый, глаза бирюзовые, улыбка белозубая, ласковая. Не парень, а девичья сухота.

Многие заводские девушки заглядывались на Василька, но он глаз не сводил с Розы. Ну и, знамо дело, слюбились они. Карл Иваныч дочь в строгости держал, поэтому влюблённые стали встречаться по-тихому, гулять там, где никто их не увидит. Но добрая весть на улите едет, а злая молва на крыльях летит. Прознал про дочкину любовь Карл Иваныч, прознал и чуть рассудка не лишился. Перво-наперво посадил он Розу под замок, потом велел доставить к нему Василька. Однако, пока дворовые искали пастуха, приказчик чуть остыл, жадность в нём взыграла. Запороть-то наглеца до смерти дело не хитрое, а вот какую пользу он сможет из этого извлечь? Думал-думал и придумал.

Вскорости привели Василька. Бледного как снег парня поставили перед Карлом Иванычем. А тот глядит весело, скалит зубы по-волчьи и говорит шуткой:

– Ты что же это, нищеброд, на девичью красу даром глаза пялишь? За погляд-то ведь деньги берут. Иди-ка поближе. Поговорим маленько.

Ну, уселись они за стол. Карл Иваныч всё скалится:

– Вот что я решиль. Найдёшь мне золотую жилу – отдам за тебя дочь, а не найдёшь – быть тебе битым. Даю три дня. Потом не взыщи – шкуру спущу. А Розу замуж выдам за купца. Пшёль!

Выскочил от приказчика Василёк ни жив ни мёртв. Где же искать ему золотую жилу? Тут-то и вспомнил он про Чертовку да скорее к лесной старушке. Так и так, обсказал ей Василёк условие Карла Иваныча. Та и призадумалась. Василёк тоже молчком сидел, на цветки, корешки да травы таращился, что по всей избёнке навешены. Сам же их собирал.

Вдруг Чертовка проскрипела:

– Гляжу, не сладко тебе, дитёнок, житьишко-то задалось. Открытые цветы тут не помогут. Тебе нужен неоткрытый цветок. Слыхал про папору?

– Нет, бабушка.

– Папора – цветок колдовской. Он знает, где золотые самородки в земле лежат. Клады им открывают. Цветёт папора на Иванов день и всего один миг. Нужно успеть сорвать, пока черти не помешали. Сорвал, спрятал за пазуху и беги без оглядки.

Взмолился Василёк:

– Ты ведь, бабушка, всякий цветок в наших местах знаешь. Подскажи, где же мне папору искать? Ведь Иванов-то день как раз завтра!

– Ищи в траве на берегу реки.

– Как же я пойму, что это колдовской цветок?

– Увидишь – поймёшь. Но запомни, для человека он вредный.

– Чем вредный-то?

– Этого я и сама не знаю. Так моя прабабушка сказывала.

Вот на другой день к вечеру отправился Василёк к реке. По дороге насобирал целый веник листков да цветков, но всё больше из объеди: багульник да черемицу, омег да дурман-цветок, да резунов всяких.

Всю ночь ползал Василёк по берегу, рвал траву, искал колдовской цветок. Целое поле выполол руками, а всё напрасно. Лишь когда наступило утро, увидел Василёк посреди голой земли куст в половину своего роста. Куст был покрыт золотистыми бутонами в виде подков. Это взошла папора, указывающая, где золото родится.

Кинулся к кусту Василёк, себя не помня от радости, протянул уж было руки к нему, но то ли сам споткнулся, то ли нечистый ножку подставил, а только упал Василёк. Протёр запорошенные пылью глаза, проморгался, глядь – нет папоры! Не успел!

Вдругорядь отправился Василёк к Чертовке. А та уж знала о его беде. Сначала-то выбранила его, конечно. Потом сменила гнев на милость. Всё же Василёк много ей сноровлял. Проскрипела с укоризной:

– Осталось у тебя два дня, непутёвый. Папору ты проворонил, значит придётся Манючку использовать.

Проскрипела и достаёт из-за печки особенное существо – червяка в виде подковы с присосками.

– Зачем же мне этот урод, бабушка?

– Экой ты, дитёнок, бестолковый! Это манючный червь. Он тебе что хошь под землёй найдёт. Ну, всё как есть – золото, платину, самоцветы. Пустишь его ползать, а он там, где клад закопан, радужным цветом нальётся.