Номонган: Тактические боевые действия советских и японских войск, 1939 - Эдвард Дри

Эдвард Дж. Дри

НОМОНГАН: ТАКТИЧЕСКИЕ БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ СОВЕТСКИХ И ЯПОНСКИХ ВОЙСК, 1939

Leavenworth Papers № 2

Nomonhan: Japanese — Soviet Tactical Combat, 1939

by Edward J. Drea

Combat Studies Institute

U. S. Army Command and General Staff College

Fort Leavenworth, Kansas 66027

JANUARY 1981

ПРЕДИСЛОВИЕ

Военная история в мирное время является лабораторией для профессионального солдата. Как напоминает нам Дю Пик[1], «лишь изучение прошлого может дать нам чувство реальности и показать, как солдат будет сражаться в будущем». Серьезное изучение нашей профессии помогает восполнить пробелы между обучением и боем. Публикация и распространение исследований тактики боевых действий является одним из основных направлений деятельности Научно — Исследовательского Института Боевых Разработок и серии Leavenworth Papers.

На первый взгляд, изучение боевых действий Японской Императорской Армии против советской Красной Армии в 1939 году имеет мало отношения к вопросам современной военной доктрины армии США. Огромный прогресс в военных технологиях, казалось бы, отодвинул Номонганский конфликт в старину, столь же отдаленную, как монгольская граница, на которой и произошло это сражение. Однако работа доктора Эдварда Дж. Дри «НОМОНГАН: ТАКТИЧЕСКИЕ БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ СОВЕТСКИХ И ЯПОНСКИХ ВОЙСК, 1939», являющаяся второй публикацией в серии Leavenworth Papers, выходит далеко за пределы простого повествования о далеком пограничном конфликте.

На базовом уровне это исследование позволяет разобраться в том, как две иностранные армии проводили боевые операции в дни, непосредственно предшествовавшие Второй Мировой Войне. Особый интерес представляет то, как японские стереотипные представления о советской тактике и доктрине оказали неблагоприятное влияние на операции японских войск. На промежуточном уровне эта работа описывает разработку оперативной доктрины Японской Императорской Армии и ее применение против Красной Армии. Исследование ясно демонстрирует, что доктрина должна быть динамической и в разработке и в применении; теоретические соображения должны быть актуальны применительно к реальности поля боя. И наконец, исследование позволяет нам рассмотреть влияние человеческого фактора в бою. Уступавшие противнику и в численности, и в вооружении, и в возможности маневра, японские офицеры и солдаты 2‑го батальона 28‑го пехотного полка 7‑й пехотной дивизии, несмотря ни на что, удерживали свои позиции, пока не получили приказ отступить. Традиции, войсковое товарищество, обучение и доктрина — все это внесло свой вклад в проявление необычайной храбрости перед лицом устрашающего превосходства противника.

Сегодня армия США акцентирует внимание на идее борьбы с численно превосходящим противником и победы над таким противником. Достижение столь нелегкого подвига потребует тщательной подготовки и напряженного реалистичного обучения до того, как начнется первый бой следующей войны. Данное описание того, как Японская Императорская Армия готовилась к своему «первому бою» должно помочь нам извлечь пользу из японского опыта борьбы с грозным противником — Советским Союзом. В монографии подчеркиваются ошибки, и в то же время указываются некоторые сильные стороны японской армии, позволившие противостоять самой крупной концентрации бронетанковых и механизированных войск того времени.

Генерал–лейтенант Уильям Р. Ричардсон

БЛАГОДАРНОСТИ

Многие люди внесли свой вклад, участвуя в создании этой монографии. Особые благодарности следует выразить персоналу военно–исторического отдела Колледжа Национальной Обороны Японии, чья любезная помощь позволила собрать значительную часть документов, использованных в этом исследовании. В частности, господин Тога Хироси, директор военно–исторического отдела и генерал–лейтенант в отставке, позволил мне получить доступ к архивам Японской Императорской Армии, имеющимся в распоряжении колледжа. Господа Кондо Синидзи и Арима Сэйити давали ценные советы и предложения и любезно согласились прочитать работу до публикации. Подполковник Иноуэ Мотому сопровождал меня в колледже и продолжает снабжать информацией по военной истории Японии. Без помощи таких квалифицированных профессионалов это исследование не было бы написано.

ВСТУПЛЕНИЕ

«Странная война» — констатировалось в редакционной статье «Нью — Йорк Таймс» от 20 июля 1939 г. о боях Японской Императорской Армии и советской Красной Армии в монгольских степях. «Нью — Йорк Таймс» высмеивала заявления об успехах обоих сторон, называя их явно преувеличенными, но неумышленно отметила характерную черту этого конфликта, описав бой, как «бушевавший в невероятно далеком углу мира, где он не мог привлечь большого внимания[2]». География, строгая секретность, соблюдаемая обоими участниками конфликта, и последующее начало в сентябре 1939 Второй Мировой Войны — все это отодвинуло на задний план наиболее массовое использование в бою танков, зафиксированное до того времени. Советы задействовали в операции более 1000 танков под командованием генерала Георгия Жукова, продемонстрировавшего способности в области применения механизированных войск. Японская Императорская Армия, основу которой составляла пехота, не добилась успехов в той операции и стала жертвой двойного охвата советских войск.

Хотя эта «странная война» почти полностью забыта за Западе, Советы продолжают считать ее блестящим примером того, как следует побеждать в «ограниченных конфликтах». Во время пограничных стычек с армией Китайской Народной Республики в 1968 и 1969 гг. отнюдь не было совпадением, что в советских военных журналах стали появляться многочисленные статьи о пограничной войне 1939 года. В 1970‑е в советской военной литературе вышло не менее десятка статей на эту тему. Советский опыт Номонганского конфликта, очевидно, и сейчас не утратил своего влияния.

Аналогичным образом, штабные офицеры Японской Императорской Армии впоследствии досконально изучали действия японских войск у Номонгана, и даже в наши дни этот бой служит предметом изучения в военных учебных заведениях японских Сил Самообороны. Такой интерес со стороны союзника и потенциального противника позволяет предположить, что армии США полезно будет знать, что же произошло у Номонгана/Халхин — Гола летом 1939 г.

Тем не менее, на английском языке по этой теме вышло мало работ. Кроме того, японские исследования и немногочисленные англоязычные публикации обычно сосредотачивают внимание на действиях уровня дивизии и выше. Целью же этого исследования является изучение тактики уровня батальона и роты, использовавшейся японскими пехотинцами в боях с Красной Армией и степень успеха, достигнутого этой тактикой.

У всех современных армий есть тактическая доктрина — официально утвержденные методы ведения боя различными подразделениями. Японская Императорская Армия затратила много времени, средств и труда на разработку тактической доктрины, которая могла бы быть успешной против главного потенциального противника — Советского Союза, обладавшего значительным превосходством в живой силе и материальной части. Эта монография кратко описывает эволюцию тактической доктрины японской армии и представляет детальное исследование применения этой доктрины на примере боевых действий отдельно взятого японского пехотного батальона против советских войск летом 1939 г.

Изучение действий небольшого подразделения в бою позволяет историку проанализировать и исследовать доктрину в процессе проверки ее боем. При таком подходе, в свою очередь, рассматриваются вопросы гибкости, применимости и эффективности доктрины, что должно представлять интерес для всех армий.

Отчет о ежедневных действиях одного японского батальона в бою не является, однако, детальным исследованием Номонганского конфликта в целом. У обычных японских пехотинцев на фронте (как и у солдат любой другой армии) не было времени для размышлений о том, соответствуют ли используемые ими тактические приемы официальной доктрине Императорской Армии. Рядовой японский солдат, окопавшийся на песчаной дюне под артиллерийским обстрелом, не мог иметь ясного представления обо всем бое, так называемой «общей картины», которую может дать ретроспектива. Солдат получал приказы и выполнял их так, как его учили. Его взгляд на бой был ограниченным, но по–своему уникальным. Здесь приводится общий обзор Номонганской кампании, но главной темой исследования является тактика малых подразделений, и особое внимание сосредоточено на уровне батальона.

Предметом этого исследования служат действия 2‑го батальона 28‑го пехотного полка 7‑й пехотной дивизии Японской Императорской Армии. Есть несколько причин для выбора именно этого подразделения. Во–первых, журнал боевых действий 2‑го батальона сохранился и содержит детальную информацию о действиях батальона против Красной Армии у Номонгана.