В полушаге от любви - UserXP

В полушаге от любви.

Куно Ольга: другие произведения.

В полушаге от любви

"Вы ненавидите меня так страстно,

В полшаге стоя от любви".

Канцлер Ги, "R.R."

Пролог

"Между капризом и вечной любовью разница та, что каприз длится несколько

дольше".

Оскар Уайлд

Страстные объятия, жадные поцелуи, томные стоны. Два обнажённых тела,

безудержно рвущиеся к близости. Длинные занавески балдахина, закреплённого

под самым потолком, отдёрнуты, дабы никоим образом не стеснять движений

любовников. Белоснежная, накрахмаленная простыня, украшенная вышивкой с

весьма фривольным рисунком, сбилась в самый угол кровати, обнажая волосяной

матрас. Другая простыня, вместе с одеялом, и вовсе съехала на пол. На кровати,

помимо разгорячённых тел, осталась лишь россыпь из семи подушек

разнообразной формы, два чулка - один мужской и один женский, - да нижняя юбка

с воланом, случайно зацепившаяся за край изголовья.

Такой беспорядок никак не диссонирует с атмосферой роскошного и чисто

убранного будуара. Вооружённый луком со стрелами бог любви, по-детски

пухленький и розовощёкий, одобрительно взирает на происходящее с украшающей

потолок фрески. Дорогие фарфоровые статуэтки, изображающие обнажённых

женщин и соединившиеся в объятиях пары, не менее позитивно настроены. Каждая

деталь интерьера свидетельствует о чувственности хозяйки будуара и

одновременно о её тонком вкусе и отличном знании всех нюансов переменчивой

моды.

Она - высокая, изящная, обладательница светлой, тщательно ухоженной кожи,

бледность которой, столь модная в высшем свете, поддерживается при помощи

всевозможных мазей и прочих средств. Роскошные огненно-рыжие волосы с

трудом удерживаются в рамках, накладываемых сложной высокой причёской. Он -

красавец-брюнет с правильными чертами лица, карими глазами и ямочками на

щеках. Они одержимы друг другом, не наблюдают часов и не замечают ничего

вокруг.

И вот внезапно короткий стук в дверь разрывают эту идиллию. Более того,

стучащий даже не удосуживается дождаться, пока на его призыв хоть что-нибудь

ответят. Вместо этого, едва известив о своём появлении, в комнату входит молодая

женщина в пышном синем платье с фиолетовыми оборками. Энергично стуча

каблучками, она без малейших признаков смущения приближается к кровати.

В первый момент с уст рыжеволосой красавицы срывается весьма колоритное

ругательство, однако узнав вошедшую, она сразу же успокаивается. Мужчина менее

благодушен. Он резко отстраняется, заставив партнёршу поморщиться в момент,

когда разъединяются их тела, и, тщетно ощупывая матрас в поисках одеяла или

простыни, восклицает:

- Кто это?! Разве сюда можно входить без разрешения?!

Я лишь равнодушно скривила губы в ответ. Мне никогда не нравился этот парень,

хоть я и стараюсь не подчёркивать этого лишний раз в разговорах с хозяйкой

будуара.

- Ей - можно, - отвечает женщина, глядя на меня в ожидании.

Моё лицо принимает предельно серьёзное выражение.

- Сюда направляется герцог Альмиконте.

- Мой брат?! Чёрт! - воскликнула леди Мирейа Альмиконте, вскакивая с кровати.

- Как он пронюхал?

- Стало быть, кто-то настучал, - безразлично пожала плечами я. Сейчас следовало

разбираться не в причинах возникновения проблемы, а в способах её решения. -

Потом его вычислим.

- А что же делать? - растерянно спросил мужчина.

Лицо его было белым, как мел. Даже удивительно, как он умудрился побледнеть

настолько быстро.

- Одеваться, быстро! - распорядилась Мирейа, выходя из собственного

кратковременного оцепенения.

Оба бросились искать свою одежду. Задача нетривиальная, учитывая, что

предметы гардероба были разбросаны по всей комнате. Я принялась поспешно

поднимать с пола женскую одежду, начисто игнорируя мужскую.

- Спрятать его где-нибудь?

Мирейа обращалась исключительно ко мне. Её любовник лихорадочно натягивал

на себя рубашку. В спешке надел её задом наперёд, пришлось снова снимать и

начинать процесс по новой. Я наблюдала за его метаниями с лёгкой ноткой

брезгливости. Совершенно очевидно, что репутация герцогской сестры тревожит

его в последнюю очередь. Беспокоится парень исключительно о собственной

шкуре. Некоторым образом его можно понять: наш герцог бывает весьма суров. С

другой стороны, думать надо было раньше, прежде, чем стремиться в постель к

женщине, занимающей столь высокое положение в обществе.

- Не получится, - возразила я, помогая Мирейе одеваться. - Если бы герцог был

один, мы могли бы рискнуть. Но с ним лорд Кэмерон Эстли, а этот человек

слишком дотошен. Наверняка распорядится, чтобы обследовали все углы.

- Что же делать? - Растерянный взгляд девушки заскользил по будуару. - Может

быть, в окно?

- Как в окно?! - выдохнул кавалер. - Да здесь же высоко! Третий этаж! -

возмутился он.

Это было справедливо. Во-первых, покои Мирейи действительно располагались

на третьем этаже, а во-вторых, потолки второго этажа были чрезвычайно

высокими, в результате чего окна будуара оказывались совсем уж далеко от земли.

Однако вслух я сказала совсем другое:

- Ну и что с того, что высоко? Идея всё равно хорошая.

- Так я же разобьюсь! - не унимался мужчина.

Я и бровью не повела.

- Ну и что? Полагаете, труп будет заметен из окна и скомпрометирует леди

Альмиконте? Так мы можем забросать его каким-нибудь тряпьём.

Пока мужчина беззвучно открывал и закрывал рот в приступе праведного

возмущения, Мирейа неодобрительно покачала головой, сдерживая улыбку.

- Несси, сейчас не до шуток! Как нам быть?

Сестра герцога повернулась ко мне спиной, чтобы я помогла ей облачиться в

корсаж.

- Я об этом думаю.

Хороших идей, однако, покамест не возникало, и я решила порассуждать вслух.

- Выходить из покоев ему нельзя. Когда я заходила, видела снаружи двух

соглядатаев. Думаю, Эстли прислал их, чтобы караулили, пока герцог будет

собираться. Ни один мужчина незамеченным не пройдёт...

Я замолчала и щёлкнула пальцами, ловя за хвост ускользающую мысль. Ни один

мужчина... Но то ли дело женщина?

- Раздевайтесь! - решительно заявила я, указывая пальцем на вконец

ошарашенного мужчину.

- З-зачем? - не понял он.

- Раздевайтесь, вам говорят! - настойчиво повторила я. - Мы выведем вас отсюда в

женском платье, под видом одной из фрейлин. Ваша светлость, надеюсь, вы не

будете возражать, если молодой человек позаимствует кое-что из вашей одежды?

- Не буду, - поддержала меня Мирейа.

Я в её ответе не сомневалась, и потому уже успела пройти к двери. Приоткрыв её,

кликнула камеристку.

- Эмма!

Я поторопила её призывным жестом.

Эмма была, возможно, единственной служанкой, доверять которой Мирейа могла

всецело и без оглядки. Нет, прислугу сестра герцога вообще подбирала тщательно и

подозрительных и нелояльных людей старалась подле себя не держать. Однако

Эмма, сорокалетняя горничная, давно уже служившая во дворце, была предана

своей госпоже, как никто. Если бы Мирейа собралась зарезать несколько

девственниц и приготовить коктейль из их крови, Эмма, не задумываясь,

согласилась бы стоять на стрёме.

- Госпожа.

Камеристка присела в коротком реверансе.

- Нам нужно превратить этого обаятельного молодого человека в леди, -

обозначила фронт работ я. - Необязательно молодую и обаятельную, главное

быстро. Понадобится бельё, туфли и какое-нибудь старое платье, как можно более

закрытое.

Послушно кивнув, Эмма скрылась в соседней комнатке, выполнявшей функцию

гардероба. Вернулась она действительно очень быстро, прижимая к груди охапку

извлечённой второпях одежды.

Пока Мирейа с моей помощью наводила последние штрихи в собственном

наряде, камеристка облачила молодого человека в лёгкое трико телесного цвета.

Этот этап прошёл без сучка, без задоринки, но дальше задача усложнилась.

- Ай! - вскрикнул мужчина. - Что это такое?

- Это корсет, - услужливо проинформировала его я.

- Я в курсе, как выглядит корсет! - огрызнулся он. - Просто не думал, что это

настолько неудобно.

- Что ж, поздравляю вас, - расплылась в улыбке я, одновременно окидывая

критическим взглядом одеяние Мирейи и разглаживая оборки на её платье. - Вы

получили редкую возможность узнать не только как выглядит красивая женщина,

но ещё и что она при этом чувствует.

- Но я совершенно не могу дышать! - воскликнул он.

- Можете, судя по тому, как хорошо вам удаётся с нами разговаривать.

Разжалобить меня оказалось делом непростым.

- А может, всё-таки обойдёмся без него? - предпринял последнюю попытку