Рождение танковой нации - Кавад Раш

Кавад Раш

Рождение танковой нации

(воинская повесть)

ВРЕМЯ ТАНКОВ

Туманным сентябрьским утром 1916 года у реки Соммы немецкие солдаты были разбужены необычным лязгом, грохотом и пальбой. Высунувшись из окопов, они с ужасом увидели, как в предрассветной мгле на них надвигаются многотонные железные чудища, изрыгающие огонь. То ползли первые на земле танки, посланные англичанами.

Танки проектировали моряки и назвали их "сухопутными крейсерами". Двигались они со скоростью пешехода. "Крейсеров" у британцев было 49 штук. До исходных позиций добрались 32 танка. Завелись перед атакой и смогли пойти в бой 18 машин. В тот день они продвинулись в глубь немецких позиций на целых пять километров, проделав такую же брешь в ширину. До этого, устилая путь трупами, войска за сутки продвигались на сотню метров. Танки сократили потери пехоты в 20 раз! Возбужденный успехом английский командующий Д. Хэйг потребовал от Лондона скорее изготовить еще тысячу чудо-машин.

Вслед за англичанами за танки взялись французы. Не стали отставать и немцы. Ставка русского императора тоже приняла решение начать изготовление танков.

Могла ли Россия в 1917 году по велению императора освоить танкостроение? Бесспорно, могла. Россия выпускала ежегодно до 1500 паровозов мирового класса на дюжине крупных паровозостроительных заводов. Освоить выпуск нескольких тысяч танков в год эти заводы могли без напряжения. С благословенных 80 — 90-е годов XIX века, времен Дм. Менделеева, Жуковского, адмирала Макарова, его корвета "Витязь", ледокола "Ермак", самолетов Сикорского, корабела Крылова, целую школу создал в сталелитейном деле выдающийся ученый, генерал Дм. Чернов — председательрусского металлургического общества и вице-председатель английского Института железа и стали. Ему многим обязана наша ствольная артиллерия. К началу века Россия располагала одаренным и пытливым инженерным корпусом, которому по плечу были любые задачи.

Кстати, в те времена Россия вообще многое могла. Стоит только вспомнить, что перед 1914 годом Россия просто заваливала хлебом всю Европу, а к балтийским портам летом двигались белые масляные поезда специальной постройки. Каждую неделю прибывали до 14 поездов в 25 вагонов. Каждый год они доставляли к портам до пяти миллионов пудов лучшего в мире масла с непаханых равнин Сибири.

Но когда до завершения войны, по осведомленному мнению Черчилля, оставалось несколько месяцев, чтобы не дать России воспользоваться победой, "союзники" разыграли через думцев февраль 1917 года, и Россия была отброшена ВСПЯТЬ.

Итак, с туманного утра на Сомме началась трудная и поразительная жизнь нового рода войск, который сыграет решающую роль во всех последующих войнах столетия. Танки появились на поле боя, когда мир заговорил о смерти позиционной войны. Пулеметы и скорострельные пушки загнали пехоту в землю. Траншеи, окутанные многорядной колючей проволокой, протянулись от Ла-Манша до Швейцарии. Миллионы солдат гнили в окопах — завшивевшие и одичавшие.

Совершенствуясь и усиливаясь от битвы к битве, танк, как всякое великое оружие со времен воспетых Гомером колесниц, стал оружием-символом, оружием-показателем умственной силы нации, выразителем ее наступательного духа и милитаристских амбиций. На поле боя танки родят и новый тип солдата, и новых высших офицеров — танковых генералов. Они пойдут в бой в передовых порядках своих дивизий и даже корпусов.

Уже 83 года танк господствует на полях сражений совсем не мирного XX века. Он сметает заграждения. Крушит препятствия. Взламывает оборону и рассекает целые армии противника. Выходит на дуэльные единоборства. Бронированные богатыри бьют друг друга в упор двухпудовыми снарядами, сворачивают стальные скулы, срывают многотонные башни. Затем, сплотившись в стальной кулак, вновь таранят фронты, в грохоте и огне подминают под себя траншеи, давят батареи, расплющивают пушки и вырываются на оперативный простор.

Танк любит движение и чистое поле. Его стихия — наступление. Он пришел на смену коннице. Недаром именно из кавалерийских офицеров вырастут хорошие танковые генералы.

Танк и самолет подняли войну — самое глубокое и могущественное переживание народа — на уровень нового качества, потребовав коренной мобилизации всех ресурсов общества.

Мы увидим, что умственная жизнь штабов и академий у противоборствующих сторон не поспевала за развитием нового оружия. Исключение, в силу особых обстоятельств, составила Германия, и именно поэтому она поначалу сокрушила всех соперников в Европе.

Не встала вровень с эпохой и литература. Прежде всего речь о нашей родной словесности. Шесть десятилетий минуло со дня трагической кончины в 1940 году великого художника-конструктора, подвижника Михаила Кошкина — создателя танка Т-34, но ни один роман не только не стал вровень с ролью бронированного "царя битв" — танка, — но даже не поставил этой проблемы.

Танк стал главной ударной силой войск. Говорили: народ и армия — едины. Танковые полки оказались ударной силой воюющего народа. Но танкисты даже после Прохоровки не стали ударными героями родной литературы. Отважную попытку сделал в повести "Взятие Великошумска" только Леонид Леонов. Слово разошлось и с оружием, и с народом. Литература, взращенная на лишних людях и страдальцах, не заметила самого великого "деревенщика", крестьянского сына с Ярославщины Мишу Кошкина и двенадцатого сына из крестьянской семьи Вологодчины Илюшина, создавшего летающий танк — Ил-2.

Танковые энтузиасты утверждали, что танки внесли решающий вклад в исход Первой мировой войны. На самом деле тогда значение их не выходило за рамки тактических успехов, пусть и крупных. Первый танковый теоретик — английский генерал Дж. Фуллер, начальник штаба Королевского танкового корпуса, в 1919 году издал книгу "Танки в Великой войне 1914–1918 годов". Мы ее опубликовали в 1923 году. Фуллер дошел прямо-таки до фанатизма и, изменив английскому здравому смыслу, утверждал: "…Оружие составляет 99 процентов всей совокупности условий, необходимых для победы". Такую же роль в войне отводил итальянский генерал Джулио Дуэ авиации. Фуллер и Дуэ вскоре найдут в Германии самых верных и энергичных последователей.

Антанта закончила Первую мировую войну, имея в своих войсках около 17 тысяч танков всех модификаций. Немецкие танки им значительно уступали в числе, но превосходили в броне и пушке.

Крохи из танков Антанты попали в Россию к Белой армии. В год выхода книги генерала Фуллера первые 57 английских "Уиппетов" и французских "Рено" появились на вооружении у Деникина и приняли участие в сражениях под Харьковом, Таганрогом и Екатеринославом. Полдюжины танков достались Юденичу и в октябре 1919 года дошли до Царского Села. Столько же танков получил от англичан на Севере генерал Миллер. В 1920 году полсотни танков французского производства, состоящих на вооружении польской армии, участвовали в разгроме армии Тухачевского под Варшавой. Тогда танки поляков отрезали у Млавы кавалерийский корпус Гая, заставив его интернироваться в Восточную Пруссию. Так, в безвыходном положении выбрасывается на мель корабль.

Итак, первый танк по русской земле повел в бой белый офицер в братоубийственной войне. Символично, что первый танк, доставшийся красным, назывался "За Святую Русь". Большевики переименовали его в "Пролетарий".

По окончанию Гражданской войны пятимиллионная Красная Армия была распущена. К 1925 году под ружьем остались менее 500 тысяч полураздетых, голодных и разутых солдат. Ни одного танка собственного производства в стране не было. Едва наскребли на один танковый полк, составленный из трофейных, латаных "Рикардо", "Тейлоров" и "Рено". Маршал бронетанковых войск М. Катуков вспоминал, как в те годы их летний лагерь под Смоленском посетил начальник штаба РККА Михаил Фрунзе. Один из начальников пожаловался ему, что не только красноармейцы, но и командиры ходят в лаптях. Фрунзе вздохнул и заметил: "Летом походим в лаптях — на зиму сбережем обувь".

Именно в те годы уроженец Карской области (ныне Турция) Владимир Триандафилов, из ускоренных прапорщиков 1915 года дослужившийся до начальника Оперативного Управления Штаба РККА, с помощью бывших царских штабистов и западного опыта Первой мировой войны, пробовал соорудить некое осмысление военно-оперативных задач. Он создал то, что получило позже громкое название "теории глубокой операции". В 1927 году Штаб РККА, которым руководил М. Тухачевский и его "начопер" В. Триандафилов, приступил к разработке плана развития вооруженных сил на пять лет. Примечательно, что у этих стратегов танки первоначально даже не упоминаются.

Да и до танков ли было в эти годы? Разрушенное до основания государство, разграбленное, голодное, в тифозных бараках, наводненное беспризорниками, надо было поднимать из руин и пепла.