НИГ разгадывает тайны. Хроника ежедневного риска - Илья Симанчук

Илья Симанчук

НИГ РАЗГАДЫВАЕТ ТАЙНЫ

(Хроника ежедневного риска)

ПРЕДИСЛОВИЕ

История Великой войны… Героизм на фронте, самоотверженность труженика в тылу. А все вместе — титанический, победный подвиг советского народа.

Были среди самых разнообразных героических свершений те, что сразу же становились известными повсюду. Им посвящались картины и скульптуры, пьесы и кинофильмы, повести и романы. Но были и те, что вершились неприметно, в стороне от людской молвы. Знали о тех подвигах лишь немногие. И годы, десятилетия, проходя, не приносили их героям известности и славы, вполне и давно заслуженной. По разным причинам — скажем так.

Книга «НИГ разгадывает тайны» повествует как раз о таком, до поры мало кому известном, подвиге, совершенном группой советских военных инженеров, представителей Артиллерийской академии имени Ф. Э. Дзержинского, действовавших по заданиям Артиллерийского Комитета и Главного артиллерийского управления. Таким образом, раскрывается еще одна страница минувшей войны, рассказывающая об истории необычной разведки, полной риска и опасности, самоотверженности и мужества.

…В тридцатые годы ощутимо нарастала угроза агрессии против нашей страны. Фашистская Германия и ее союзники, а также Англия, Франция, США, усиленно готовясь к войне, совершенствовали вооружение своих армий, боевую технику. Учитывая эти агрессивные приготовления, наше государство вынуждено было отвлекать силы от мирного строительства. Вот почему в те же годы партией и правительством, всем советским народом так много делалось во имя усиления нашей обороны.

Ускоренными темпами шла подготовка кадров военных специалистов. Ускоренными темпами велись и разработки новых видов вооружения, боеприпасов, военной техники.

Основные образцы нашей военной техники и вооружения были на уровне новейших мировых образцов, а многие превосходили их. Общеизвестны предвоенные достижения советских авиаконструкторов, создателей лучших в мире танков. Что касается артиллерии, этого истинного «бога войны», то и она в тридцатые годы активно совершенствовалась и развивалась. Замечательные советские конструкторы В. Г. Грабнн, И. И. Иванов, Ф. Ф. Петров, Б. И. Шавырин создавали оригинальные артиллерийские орудия различных калибров, мощностей и назначений. В. И. Рдултовскому принадлежит честь создания высокоэффективных снарядов разных видов, надежнейших взрывателей. Благодаря героическому труду рабочих оборонной промышленности, инженеров, техников, в войска поступали все более совершенные орудия и боеприпасы, заменяя устаревшую и изношенную материальную часть. Повышались огневая мощь советской артиллерии, ее дальнобойность, скорострельность и меткость.

К концу тридцатых годов наша армия получила такие выдающиеся образцы орудии, как 152-миллиметровая пушка-гаубица, 122-миллиметровая гаубица, признанная затем лучшим орудием второй мировой войны, противотанковая 45-миллиметровая пушка и многое другое. К началу 1939 года Красная Армия имела почти в четыре раза больше артиллерийских орудий, чем всего пять лет назад.

Но наряду с развитием и модернизацией советского вооружения необходимо было проникать и во вражеские военные секреты, чтобы овладеть ими, отработать способы защиты от них, а заодно учесть все наиболее рациональное, конструктивно новое, технически передовое. Особенно возросла такая необходимость, когда началась Великая Отечественная война. И вот тут уж без отваги и мужества, без риска, сочетавшегося с точнейшим, скрупулезнейшим расчетом, обойтись было невозможно.

Именно такая деятельность выпала на долю наших специалистов, скромно и непритязательно назвавших себя «НИГ», то есть научно-исследовательская группа. И не более того.

Представьте себе военного инженера, раздобывшего в прифронтовой полосе, а то и прямо на месте недавнего боя, образец, скажем, вражеского снаряда, отличающегося какой-то необычностью и новизной. Прежде всего только специальные знания, обостренное чутье нового, особая реакция могли позволить выбор именно этого образца снаряда. Ну а затем, чтобы проникнуть в его конструкцию, секрет, его требовалось разобрать, проанализировать. Но ведь он совершенно неизвестен! А что, если этот снаряд уже вылетел из ствола орудия, но по каким-то причинам не взорвался? А если это бомба или мина с уже взведенным часовым механизмом? Какова в таких случаях доля риска, а точнее, уже не доля, а просто риск? И это лишь отдельные варианты дерзкого поиска членов НИГ, поиска, остававшегося тем не менее глубоко научным, инженерным, полностью лишенным авантюрности и бравады. Недаром за все время существования и деятельности НИГ никто из ее членов ни разу не был даже серьезно ранен, не говоря уже о более трагических последствиях их предельно опасной работы. Ведь истина «Сапер ошибается только один раз» имела к группе самое прямое отношение.

И вот настала пора обнародовать фамилии этих славных патриотов, профессионалов своего дела в высшем смысле. Коллектив академии имени Ф. Э. Дзержинского гордится тем, что эти люди принадлежат к плеяде ее ветеранов. Книга об их подвигах — это еще одно повествование о слагаемых победоносно закончившейся исполинской битвы советского народа за свободу и независимость Отечества и одновременно — предостережение на будущее.

Кандидат исторических наук

генерал-лейтенант В. С. ОРЛОВ

«…НЕРАЗУМНО ИЛИ ДАЖЕ ПРЕСТУПНО ПОВЕДЕНИЕ ТОЙ АРМИИ, КОТОРАЯ НE ГОТОВИТСЯ ОВЛАДЕТЬ ВСЕМИ ВИДАМИ ОРУЖИЯ, ВСЕМИ СРЕДСТВАМИ И ПРИЕМАМИ БОРЬБЫ, КОТОРЫЕ ЕСТЬ ИЛИ МОГУТ БЫТЬ У НЕПРИЯТЕЛЯ».

Глава первая. СВЕРХСЕКРЕТНЫЙ СНАРЯД

— Спецслужбами англичан перехвачен секретный приказ Гитлера. — Генерал Снитко, положив на стол лист бумаги, испытующе глянул на двух военных инженеров, которых только что срочно вызвал в свой кабинет. — Он предписывает: ни в коем случае не допускать попадания к русским новинок вооружения и боеприпасов «при выравнивании линии фронта», как они теперь изволят выражаться. Особенно это относится к противотанковым снарядам.

Военинженер 2 ранга Клюев — худой, с впалыми щеками — казался внешне спокойным, даже бесстрастным, хотя — Снитко это знал наверняка — уже обмозговывал услышанное. Военинженер 3 ранга Борошнев — курносый, небольшого роста человек — слегка подался вперед, в карих глазах вспыхнули огоньки живого интереса.

Взглянув на него, Снитко подавил мимолетное желание улыбнуться и снова заговорил сухим, официальным голосом:

— Раз по фашистской армии отдан такой приказ, наша задача — новинки эти заполучить, тайны их раскрыть. Вам ясно?

— Так точно, товарищ генерал, — по-уставному ответил Клюев.

— Вот вы, Алексей Игнатьевич, — обратился генерал к нему, — как раз и возглавите группу. Пусть в ней пока только четверо, мы постараемся ее расширить. Задачи у вас важнейшие, их поставил начальник артиллерии.

— Сам Воронов? — переспросил Борошнев.

— Генерал-полковник Воронов, — продолжал Снитко, — приказывает непрерывно следить зa развитием артиллерии гитлеровских войск и их союзников. Требуется выявить и раскрыть всю систему вражеского вооружения и боеприпасов, досконально изучить ее сильные и слабые стороны. Сложность задач понимаете?

— Так точно, — откликнулся Клюев, — они же вытекают из самой роли артиллерии в войне!

— Вот именно. Членам группы придется и по фронтам поездить, разыскивая секретные новинки, и разряжать фашистские боеприпасы, чтобы выявить их конструкцию, их свойства… Словом, все-все! Начальник артиллерии распорядился в срочном порядке готовить выставку образцов ваших будущих находок. Он придает ей большое значение и приказывает открыть не позднее Дня Красной Армии. Управитесь?

— Должны, товарищ генерал, — ответил Клюев и прикинул: «До двадцать третьего февраля оставалось, примерно, две недели. Всего две недели!.. Но ведь еще ничего нет…»

— Да уж, пожалуйста, постарайтесь, — мягко, но настойчиво сказал Снитко и повернул свою широколобую гладко выбритую голову к Борошневу.

— Вам, Владимир Алексеевич, придется немедленно выехать в командировку в район Можайска, в расположение пятой армии. Отступая, фашисты бросили в окрестностях города сотни орудий и минометов, тысячи снарядов и мин. Сориентируйтесь, выявите новшества и доставьте их. Учтите — это район боевых действий, там небезопасно…

Когда Клюев и Борошнев, выйдя от генерала, спускались по лестнице, Клюев сказал:

— Запомним нынешний день — седьмое февраля, суббота. Это день рождения нашей группы.

— Интересно получается… В прошлом году после окончания академии я все лето проторчал в Можайске, на нашей базе: занимался разрядкой трофейных боеприпасов. Тогда из Испании, с Халхин-Гола поступали… Был там техник — Серебряков. Вы его, конечно, знаете. На редкость аккуратный, опытный! Многому я у него научился. И вот теперь — опять в Можайск… Занятно!