Рядовой Горилла (сборник) - Станислав Востоков

Станислав Востоков

Рядовой Горилла (сборник)

Сказки для детей допризывного возраста

Эту книжку я писал, когда армия, что называется, была «не в форме». Говорят, с тех пор дела там стали заметно лучше. Очень хочется в это верить!

© Станислав Востоков, 2015

© «Время», 2015

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru), 2014

Рядовой Горилла

Полковники Ампилов и Вавилов сидели в военкомате и пили чай. Ампилов был штабной офицер, Вавилов – боевой, а чай был с сахаром.

– Так что с недобором новобранцев будем делать? – сказал штабной офицер Ампилов.

– Старых по второму разу в армию призовем, – ответил веселый Вавилов, – надо же кому-то родину защищать!

Тут дверь военкомата открылась и в нее вошла горилла.

Штабной офицер полез вместе с чаем под стол, а боевой офицер Вавилов, который и не такое видывал, подошел к горилле и сердечно потряс ей руку.

– Призывник?

– Призывник!

– Здравствуйте, товарищ призывник! Да вы снимайте шубу. Снимайте!

– Это не снимается, – ответила горилла, сердечно улыбаясь Вавилову.

– Отрастил патлы! – сказал из-под стола мрачный Ампилов.

– Я пришел, потому что мне вчера в зоопарк повестка пришла. То есть я еще вчера приходил, как только она пришла, но у вас уже все ушли.

– Ничего, ничего! Не переживай! Главное, что мы наконец встретились, – сказал сердечный Вавилов. – Чаю хочешь?

Он налил горилле стакан, и они стали пить чай: горилла – стоя, Вавилов – сидя, а Ампилов – под столом.

– Медкомиссию проходил? – спросил из-под стола Ампилов.

– Нет.

– Так что ж ты тут чаи распиваешь? Быстро проходи медкомиссию – и вперед, служить родине! А то нас не сегодня завтра завоюют!

– Не, сегодня не завоюют, – сказал более в этом смысле опытный Вавилов. – Завоевывают обычно с утра. А тут вечер скоро. И завтра не завоюют. Завтра же воскресенье.

После медкомиссии гориллу посадили в поезд и, завязав ей глаза, чтобы она не видела дороги, повезли в секретную и ракетную часть.

– Ну вот, приехали, – сказал Вавилов, снимая повязку с глаз гориллы. – Это секретная и ракетная часть, о которой не то что наши враги – даже мы сами не все знаем.

Вавилов завел гориллу в зеленые ворота с желтыми двухголовыми орлами и сдал с рук на руки полковнику Ампирову, которого солдаты за доброту и сердечность звали Вампиров.

– Что-то маленький призыв этой весной, – заметил тощий Вампиров, разглядывая гориллу.

– Ничего, зато он такую справку на медкомиссии получил, что его можно хоть сейчас сажать на твои ракеты и в космос отправлять космонавтом!

– Какие ракеты? – спросил удивленно Ампиров, который ни про какие ракеты в своей части сроду не знал.

– Это я заговорился, – поправился Вавилов, поняв, что чуть не выдал полковнику Вампирову государственную тайну. – Ну, пока. – Он пожал руку горилле. – Удачи солдат, береги родину! Она у нас одна на всех, но спрашивать за нее мы будем с каждого в отдельности.

– Снимай шубу, – сказал Вампиров горилле, когда полковник покинул часть. – Переодевайся в шинель.

– Это не снимается, – ответил горилла, – я в этом родился.

– Но эта форма не по форме, – рассердился Вампиров. – А если приедет сюда генерал-лейтенант Чубриков?

– То что? – спросил горилла.

– То то. Сорвет с меня погоны и в солдаты отправит. А в солдатах, товарищ Горилла, тяжело.

– Почему? – удивился Горилла.

– Потому что очень у нас много неуставных отношений.

– А что это такое?

– Скоро узнаешь. И самое главное, ничего ты с этой заразой не сделаешь, потому что это добрая традиция, искоренение которой приведет к краху нашей доблестной армии. Кстати, о погонах.

– Что о погонах?

– Мы вот что сделаем. Мы твою шерсть покрасим в цвет хаки и пришьем к ней знаки отличия.

– Зачем?

– Чтобы было по уставу. Ты же не хочешь три наряда вне очереди?

– Не знаю.

– Тогда иди к старшине Сапогову. С сегодняшнего дня он тебе все равно что отец родной. Он тебе пришьет все что нужно и выделит койкоместо.

– Спасибо, – сказал Горилла и так пожал полковнику Вампирову руку, что он потом целый день всем отдавал честь левой.

Войдя в казарму, Горилла сразу увидел старшину Сапогова. У старшины все зубы были золотые, поэтому его за глаза звали Золотым человеком. Перед Золотым человеком отжимались от пола сорок голых по пояс солдат. Сам Сапогов сидел на койке и пил чай.

– Добрый день, господа, – сказал Горилла, сердечно улыбаясь. – Я ваш новый товарищ.

Отжимающиеся от пола солдаты подняли головы, посмотрели на своего нового товарища и тут же снова уставились в пол.

Старшина Сапогов сумел посмотреть на Гориллу, не отрывая лица от чая и пряника.

– Дух? – спросил он.

– Кто? Я? – удивился Горилла.

– Ну не я же! – заорал Сапогов, не любивший вопросов ни в какой форме. – Это армия! Понял? И, обращаясь к старшему по званию, нужно добавлять «отец родной, товарищ старшина Сапогов»!

– Слушаюсь, отец родной, товарищ старшина Сапогов! – поправился Горилла.

– Все этим духам объяснять надо. Я спрашиваю: ты призывник?

– А! Да, я призывник. В этом смысле я, конечно, дух.

– Ну вот, другое дело, – сказал отец родной Сапогов, по-прежнему не отрывая лица от пряника и чая. – А я дед.

– Какой же ты дед? – удивился Горилла. – У тебя же бороды нет.

– Сейчас я тебе покажу, какой я дед!

Он достал свисток, свистнул в него, и в казарму вошли трое рядовых. Несмотря на то что они были рядовыми, рядовые эти выстроиться в один ряд не смогли бы никогда в жизни, потому что один из них сутулился, как будто собирался куда-то нырнуть, другой, наоборот, отклонялся назад, словно хотел сделать «мостик», а третий был весь кривой в принципе. И у всех у них были железные зубы.

– А ну, деды, – закричал старшина Сапогов, – покажите-ка этому духу нашу добрую армейскую традицию!

– Снимай шубу, – сказал Сутулый, – бить будем.

– Это не снимается, товарищ дед, – ответил Горилла, – это родное. А за что вы меня бить будете?

– За невыполнение приказа. Ты же приказ не выполнил?

– Нет, – согласился Горилла.

– Вот за это и будем.

– А может, не будем? – сказал вдруг Сутулый, посмотрев на Сапогова. – Уж очень он здоровый. Я, честно говоря, даже боюсь немного. Сейчас как укусит!

– Знаешь, что бывает в армии за невыполнение приказа отца родного, товарища Сапогова?

– Знаю, знаю, товарищ Сапогов, – ответил Сутулый, – но как-то мне не бьется. Чувство самосохранения не дает. Так что вы извините товарищ Сапогов, но идите вы со своим приказом к кому-нибудь другому. А я лучше с товарищами духами поотжимаюсь. Это для моей сутулости полезно.

И он начал отжиматься вместе с остальными солдатами.

– Это что же такое! – закричал Сапогов, по-прежнему не отрывая пряника от лица. – Это что, дезертирство и бунт? Ты же предал самое святое, что у тебя было! Ты предал звание деда! Да знаешь, что за такое бывает? Ребята, покажите ему!

Однако Загнутый и Кривой продолжали стоять у двери и ничего Сутулому не показывали. Это заставило Сапогова оторваться наконец от пряника.

– Ладно, – сказал он, кладя оторванный пряник на койку, – придется самому.

Он поднялся, закатывая на ходу рукава, и посмотрел снизу вверх на Гориллу, который был на три, а то и на все четыре головы выше него.

Горилла в ответ посмотрел на Сапогова сверху вниз и сердечно, даже как-то душевно, улыбнулся.

Заметив очевидную разницу в головах, Сапогов обрел во взгляде некоторую задумчивость и спросил:

– Фамилия?

– Горилла.

– Хорошая фамилия, – ответил Сапогов и начал скатывать только что закатанные рукава. – Рота, слушай мою команду! Утреннюю зарядку закончили, переходим к водным процедурам!

Пока рота переходила от зарядки к водным процедурам, рядовой Горилла взял у Сапогова знаки отличия и пришил их себе на шерсть. Затем он надел сапоги, пилотку и ремень с квадратной блестящей пряжкой.

День для Гориллы выдался насыщенным и интересным. До обеда рота бегала и прыгала, а после обеда подтягивалась и отжималась.

Но самое интересное случилось ночью.

В три часа ночи в казарме зажегся свет, и старшина Сапогов выстроил всех солдат в нижнем белье возле стены. Лишь рядовой Горилла был одет по полной форме и даже с погонами. С Сапоговым, который снова пил, но на этот раз кофе и на этот раз с печеньем, были все те же Сутулый, Загнутый и Кривой.