"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин .

— А-а… — под писк зверька беловолосый склонился над упавшими костяшками и что-то прикинул на пальцах. — Тебе снова повезло, Джумши. Твоя уэка прошла мимо цеготьей отмели, не потеряв ни одного гребца. Но теперь ты на краю омута лилий. Думаю, тебе пора сдаваться.

Он собрал со стола кости и хотел сделать бросок, но что-то заставило его поднять взгляд. Фрисс шагнул вперёд, и зверёк оскалил маленькие, но острые зубы.

— Кто вы? — спросил Речник, показывая беловолосому пустые ладони.

— Мы? — житель криво усмехнулся. — Моя семья живёт тут восемь поколений. А вот кто ты — это уже вопрос.

Речнику показалось сначала, что море бросает блики на мраморные стены, а они — на лицо игрока, и от этого оно кажется синевато-бледным. Но теперь человек отвернулся от окна, но цвет его кожи не переменился.

— Я приплыл на уэке, — сказал Фрисс, глядя в ярко-оранжевые глаза. — Мы ищем тех, кому нужна помощь. Ты не смог покинуть остров? Если хочешь, мы заберём тебя с собой. Места хватит и для него…

Речник кивнул на зверька. Джумши задумчиво склонил голову набок и пронзительно запищал.

— А, вот вы кто, — беловолосый кивнул собственным мыслям. — Приятно встретить в наше время такое благородство. Но вы опоздали, странники. Все, кто хотел уйти со Светоча, давно уплыли. Тут было много кораблей, и последние уходили полупустыми. Больше на Светоче никому не нужна ваша помощь.

Он бросил кости на стол и вгляделся в них, забыв о пришельце. Фрисс подошёл к столу вплотную, не обращая внимания на злобное шипение зверька.

— Остров тонет. Ещё несколько сотрясений, и весь город уйдёт на дно. Пойдём! Я заставлю уэкинов взять тебя на борт бесплатно.

— Хм… бросок прескверный, — пробормотал житель, с досадой оглядываясь на Речника. — И моя уэка теперь на краю того же омута. Положи кости, Джумши, доиграем, когда чужаки уйдут. Я сказал тебе, уэкин, — все, кто хотел бежать, уже сбежали. Я буду со Светочем, пока он не уйдёт на дно. Оставь меня в покое.

— Хорошо, я сейчас уйду, — Фрисс в растерянности сделал шаг назад. — Скажи, где другие люди? Что, если они не хотят умирать?

— Что там, Речник? — в дверь, поудобнее перехватив гарпун, ввалился Скегг, а за ним — весь отряд. Нецис скромно встал в дверном проёме — что-то его смущало.

— Вас тут слишком много, чужаки, — поморщился беловолосый, ссыпая в кошель фигурки и костяшки. — Вы без меня разберётесь. Печати на крышках разрушены, выносите любой ларец. Но не задерживайтесь — Дракон вот-вот выберется из пещеры. Я уйду на дно со Светочем, а вот вам здесь делать нечего. Идём, Джумши, поищем место потише.

Фрисс проводил его растерянным взглядом. Зверёк, вцепившийся в плечо жителя, оглянулся в дверях и кинул в Речника что-то маленькое и блестящее. Оно покатилось по полу — и Скегг с коротким возгласом подхватил белый шарик.

— Жемчужина! Жемчуг Светоча! Уэкины, вы слышали, что он сказал о ларцах?!

— Идём, идём! Колдун, не стой на дороге! — оттолкнув Речника, уэкины столпились по ту сторону стола — у большой резной крышки, утопленной в пол. Трое моряков, взявшись за длинную ручку, с трудом выволокли «дверь» из пазов. Речник неохотно подошёл к гомонящему отряду — как раз вовремя, чтобы увидеть, как последний из уэкинов спускается по мраморной лестнице в подвал.

Там, внизу, в ровном свете ярких белых церитов темнели бронзовые накладки на второй двери. Она была тяжёлой, прочной, наверняка зачарованной… но сейчас засовы лежали у стены, а догорающие искры развеянных заклятий угасали на тёмном дереве. Рядом с засовами, аккуратно прислонённая к стене, стояла жуткого вида палица с шипами из цеготьих зубов. Нецис подобрал её, задумчиво повертел в руках и вернулся на лестницу.

Дверь распахнулась, и в лицо пришельцам повеяло сухим холодом. На мраморном полу стояли сундуки с ручками — такие большие, что в каждом мог бы спокойно устроиться человек, и ему не пришлось бы даже поджимать ноги. Сундуков было много — десятка три, и на каждом — изящные резные узоры, накладки из перламутра и мелких раковин. Со многих крышки были сняты, а содержимое извлечено… и всё же два больших ларя у стены остались закрытыми.

— Колдун! — Скегг оглянулся на Нециса, замершего поодаль от двери. — Подойди сюда, взгляни — это всё не проклято?

— Нет, — Некромант качнул головой. — Тот человек был прав — все печати разрушены. Проклятий можешь не бояться.

Крышка полетела на пол — один из уэкинов не выдержал и полез в сундук. Скегг без лишней злобы отвесил ему затрещину, жестом послал двоих уэкинов открывать второй ларь и склонился над россыпью драгоценностей. Эхо разнесло по подвалу сдавленные возгласы восторга. Фрисс, преодолевая странную робость, подошёл к сундуку и заглянул внутрь.

— Это всё — жемчуг? — оторопело спросил он у Скегга, завороженно перебирающего маленькие блестящие сферы, молочно-белые и слабо отливающие синевой, желтоватые и нежно-розовые. Тут были тысячи жемчужин, больше, чем в сокровищнице Астанена, больше, чем на всей Реке.

— Жемчуг Дракона, — прошептал уэкин, зачёрпывая драгоценности полными горстями и бережно ссыпая обратно. — Да никто из водящих уэку и мечтать не мог… Хаэй! Пусть этот сундук тяжелее Двухвостки, но мы должны его вытащить! Беритесь со всех сторон!

Уэкины столпились вокруг ларя, закрепляя крышку в пазах, и схватились за ручки, охая от восторга и напряжения. Сундук и вправду был очень тяжёлым — четверо крепких моряков едва оторвали его от пола.

— Нет, не так, — покачал головой Скегг, отпуская ручку и с досадой глядя на сундук. — Колдун, беги на корабль и зови остальных! Вайнег меня побери, я не собираюсь оставлять наш жемчуг на морском дне!

— Это не ваш жемчуг, — тихо сказал Речник, растерянно глядя на уэкинов. — Его хозяева — жители города, а вы сейчас мародёрствуете, как Войксы-падальщики.

Уэкины повернулись к Фриссу, и ничего хорошего не предвещали выражения их лиц. Скегг поднял руку, приказывая всем уняться.

— Это или наш жемчуг, или уже ничей, — сказал он, прикидываясь спокойным, но его глаза горели недобрым огнём. — Жители города скоро пойдут на корм амау, а червям ни к чему сокровища. Помоги нам, колдун, или уйди с дороги!

Фрисс нахмурился и шагнул ему навстречу, но Нецис, незаметно спустившийся с лестницы, крепко схватил его за плечо и притянул к стене.

— Они в своём праве, — прошептал он на ухо Речнику. — И пусть они делают что хотят, но побыстрее. Прислушайся, Фрисс…

Речника последние несколько мгновений колотила дрожь, но он списывал её на подвальный холод — не подозревать же себя в трусости! Но теперь он понимал — дело не в холоде и не в пятёрке жадных уэкинов. Волны невидимой силы катились одна за одной, захлёстывая подвалы, и камни дрожали под их ударами.

— Нет времени, Скегг Ивейда. Светоч уходит в море, — лицо Некроманта словно окаменело, глаза вспыхнули зелёным огнём. — Собирайте, сколько унесёте, и бегите к кораблю.

— Вайнег! Колдун, ты не шутишь?! — в голосе Скегга была слабая надежда. — Сожри меня цегот! Делайте, как он сказал!

Уэкин сбросил драгоценную крышку, уже не заботясь о её сохранности, сорвал с себя головной платок и стал сыпать на него жемчуг, без разбора зачёрпывая горстями. Четверо переглянулись и принялись распихивать сокровище по карманам и узелкам. Фрисс шагнул было к ним, но ледяная рука Нециса удержала его. Некромант стоял неподвижно, прикрыв глаза, и к чему-то принюхивался.

— Что там, Нецис? — шёпотом спросил он.

— Этот камешек крайне восприимчив к потокам энергий, — тихо ответил Некромант. — От этих сундуков пахнет смертью. Можешь взять себе, сколько хочешь, но последствия могут быть… не слишком приятными.

— Мне не нужны сокровища мертвецов, — нахмурился Речник. — Предупредить Скегга?

— Он слушать не будет, — Нецис разжал пальцы и отпустил Фрисса. — Идём. Море близко…

Тихий гул, больше похожий на стон, раздавался где-то внизу, под мраморным полом — а мгновение спустя Фрисс понял, что стонут сами камни. Он мотнул головой, вцепился в руку Некроманта и кинулся вверх по лестнице, волоча его за собой. Нецис и слова не сказал.