"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин .

- Прикажи уничтожить всех личинок. Живые они или дохлые - неважно, - сказал Некромант и быстро пошёл к дракону. Тот молча ждал, и дым поднимался из его ноздрей. На его броне остались пятна жирного пепла и потёки желтоватой крови да"анчи.

...Острые мерцающие шпили, собранные из мелких церитов, высились над пологими холмами, одетыми в чёрную и тёмно-красную каменную чешую. Курганы Меа стояли вплотную друг к другу, и трава не росла на них - только серебристый лишайник пятнал базальтовую броню. Ближний к дороге холм был наполовину разобран, и на нём стояли сиригны в траурных тёмно-серых одеждах. Всадники внесли на холм дрова и уложили их в яму, полив земляным маслом, Хальконы выгнули спины, и сиригны забрали у них тяжёлую ладью. Фрисс, Нецис и Алсаг стояли поодаль, в окружении Всадников Цу. Хальконы отползли в сторону и повернулись головами к холму, Изумрудный Дракон взлетел и повис над курганом, расправив крылья.

- Небесная Река да примет тебя, Нгас"кан ак-Тиэну, - негромко, но чётко проговорил Ратханканар и бросил на холм цветущую ветвь и горсть песка. - Ты достоин Чертогов Кетта, и они достойны тебя. Попутного течения!

Холм потонул в вихре пламени. Все разом - и дракон, и трое Хальконов - выдохнули огонь, и Фрисс даже попятился от сильного жара. Ладья вспыхнула, будто и её пропитали земляным маслом, и пламя побелело и потянулось к небесам. Холм просел с громким треском, поглощая обломки ладьи и груду угля, и огонь угас. Из провала поднимался белый дым, камни блестели и как будто плавились.

- Илкор ан Сарк... - прошелестело над курганами. Нецис подошёл к раскалённому холму и коснулся чёрного камня, отчётливо зашипевшего от прикосновения.

- Илкор ан Кигээл, - продолжил Некромант, закатывая рукав и проводя по руке лезвием маленького стеклянного ножа. Чёрная кровь окрасила стекло, зелёный пар тонкими струйками потянулся от раны.

- Гилара г"инх ну эннуал, - негромко сказал маг, проводя остриём ножа по камню. Оно погружалось в них, как в масло, оставляя глубокие рубцы. Два скрещённых полумесяца... звезда о четырёх концах... четыре спирали... замкнутые кольца, схожие с кругами на воде... Зелёное сияние наполняло их на миг и тут же гасло.

- Гиларинэх кэ шэн-гиларинх, - нож рассыпался в руке мага, он прижал ладони к испещрённым знаками камням. - Илкор ан Кигээл-Рейкс - гаакх...

Кольцо зелёного света опоясало курган и вновь погасло. Каменные пластины сдвинулись сами собой, превращаясь в непроницаемую броню. Нецис склонил голову и отступил от холма на три шага, не поворачиваясь к нему спиной. Все вокруг тоже попятились, так же поступил и Фрисс, на которого чуть не наступил Хээ-нор Хеноо. Было тихо, только шелестели на ветру, поднятом драконьими крыльями, серебристые знамёна, да шумно дышали перегревшиеся Хальконы. Фрисс чувствовал, как жители, притаившиеся среди посевов Кунгу, смотрят ему в спину. Он сдержался и не стал оборачиваться.

Глава 29. Иньин

- Забирай своё зелье, Фрисс. Теперь оно готово, - Некромант ненадолго оживился, достал из многочисленных тряпичных и лиственных обёрток склянку с густым красновато-оранжевым маслом и протянул Речнику. Потом он устало сгорбился в седле - кажется, магу сейчас даже сидеть было трудно.

- Тебе точно не нужно лечение? - с тревогой посмотрел на него Фрисс. Нецису было не по себе с тех пор, как он запечатал курган Нгас"кана - ещё тогда, вернувшись с могильников, он лёг на циновки и лежал пластом, уткнувшись лицом в стену, пока за путешественниками не пришли Всадники Цу.

- Из дома Нгас"кана не виден Ургул, - вяло отозвался Некромант. - Одна ночь под светом священной звезды - и мне станет легче. Всё это запечатывание вытягивает силы вернее, чем подъём мёртвой армии, голема собрать - и то проще.

Фрисс поглядел наверх, туда, где должно было быть небо. Над дорогой смыкались мохнатые ветви Фаманов, сплошь в тёмно-зелёной хвое, широкие и крепкие. В сухих степях Кецани, где воды хватало лишь травам, Речник уже успел отвыкнуть от Высоких Деревьев - и эти Фаманы показались ему гигантскими, а на деле на их ветвях не хватило бы места даже маленькому посёлку, самое большее, они удержали бы две-три хижины. Сквозь тёмный полог ветвей даже солнечный свет проникал с трудом. Речник только надеялся, что к ночи лес останется позади, и звезда Ургул будет видна.

Фаманы выстроились вдоль дороги, как часовые. Это был не дикий лес - эти деревья кто-то высадил рядами, и почва у их корней просто сочилась магией, а оросительных каналов тут было не меньше, чем на злаковых полях. Хвоя на земле уже слежалась в плотный ковёр, но ни веток, ни кусков коры, ни шишек Речник не увидел. Зато невдалеке от дороги он разглядел большие светлые пятна - свежие пни. Кто и каким образом смог срубить Высокий Фаман, Фрисс даже не пытался представить. Без мощной магии не обошлось!

- Та-а, это дорога на Иньин, - тихо сказал Нецис, кивнув на придорожный столбик-обелиск, увенчанный церитом и испещрённый знаками Шулани. - Лес Хетана. Тут нам лучше не сходить с дороги, местные жители не слишком дружелюбны.

- Они тоже тебя знают? - недобро сощурился Речник.

- О чём ты? - как будто удивился Некромант. - Иньин - не тот город, где я мог бы позволить себе вольности. Хотя, конечно, там интересный могильник... не тот, что на севере, а старый, южный, где хоронили Магов Камня и Металла. Много любопытного закопали там...

- Не позволяй себе вольности, Нецис, - вздохнул Фрисс и посмотрел на закрытое ветвями небо. Фаманы закрыли путников от солнца, но Речник не нашёл прохлады в их тени - тут было жарко и душно, вода, испарившаяся из каналов, невидимым, но густым туманом повисла в воздухе и никак не могла подняться к облакам и пролиться дождём. Той ночью, если Фриссу это не приснилось, где-то на юге прошла безводная гроза; дело шло к грозе и сейчас, и Речник подумывал, не вызвать ли её самому.

Иньин встретил пришельцев тучами длиннохвостых Клоа, бестолково мечущихся в небе, запахом гари и окалины, пропитавшим каждый камень, глухим неумолчным грохотом, источник которого невозможно было определить, толкотнёй повозок, нагружённых разной снедью, и недобрыми взглядами стражников. У ворот стояли земляные сиригны, Хээ-нор Хеноо и один рослый Гларрхна в великолепной стальной кольчуге. Речник старался не смотреть на него лишний раз - собственная броня сразу показалась ему жалкой.

- Здесь не базар, чужеземец, - хмуро ответил Гларрхна на осторожный вопрос Фрисса. - Ты не купишь тут иньинскую сталь.

- Я не просто путник - я посланник Короля Реки, - сказал Речник и потянулся за Грамотой. - Я хотел бы поговорить с властителем Иньина и передать ему дары.

- Мы здесь следим, чтобы в городе было тихо, - Гларрхна покосился на бирюзовые сполохи на броне Фрисса. - И я надеюсь, что не напрасно пустил вас в Иньин. Твои спутники... Тебе следует за ними приглядывать. Что до властителя Иньина... Иди к воротам Ютангана. Возможно, тебя допустят в тройную крепость, если ты тот, за кого себя выдаёшь.

Разминувшись с повозками, скрипящими под весом тюков с зерном, и чуть не наступив на Красную Саламандру, Гелин вошёл в город - в огромное, но узкое кольцо чилонковых строений между первой стеной - точнее, земляным валом, утыканным кольями и увешанным чарами - и двумя каменными крепостями, сросшимися в одну. От ворот "застенья" Фрисс уже видел чёрные башни и окованные металлом ворота "двойной крепости" - Хетана. Где-то в недрах Хетана скрывалась "тройная крепость" - загадочный и славный Ютанган, Стальной Город. Даже отсюда Фрисс чувствовал, как магия шевелится в тройном кольце стен, где-то там, у древних колдовских печей, в которых варится иньинская сталь. Об Иньине и его товаре даже навменийцы, любители похвастаться, говорили тихо и немногословно, и всё же Речник кое-что знал. Тут - лучшие на поверхности кузнецы, но то, что сделано их руками, не носит клейма и очень редко попадает к чужестранцам. Проще купить меч из алдерской стали или иприлорскую бронзу... труднее добыть разве что "холодную сталь" из недр сарматской станции.