Небесная река. Предания и мифы древней Японии - Ольга Крючкова

Следуя долгу, гадальщик скрепил союз чаркой сакэ, однако не мог совладать с отвращением.

Дождавшись, пока молодая супруга уснет, он тихонько выскользнул из постели и, приоткрыв ставни, вылез на улицу. Ноги сами несли его к деревушке Кохама. Была осенняя ночь, и луну застилала туманная дымка.

Внезапно гадальщику стало жаль дочь богача. Ему пришло в голову, что бросить женщину, занемогшую от любви, недостойно мужчины. Однако юноша не сумел заставить себя повернуть обратно. Одолеваемый сомнениями, он, наконец, добрел до берега смутно белевшей в ночи реки Тонэгава. И решил имитировать свою смерть – мол, пошёл искупаться и утонул в реке.

Гадальщик разулся и поставил сандалии у кромки воды, сам же направился к местному храму.

Утром дочь богача и прислуга обыскали весь дом, пытаясь найти гадальщика. Но, увы, тщетно. Обезумев от горя, она выбежала из дома и заметалась в поисках жениха. К полудню дочь богача добрела до реки. Там она увидела стоящие у воды знакомые сандалии. Девушка поняла, что жених утопился от отвращения к ней – и бросилась в волны…

Тело умершей от горя девушки прибило к берегу ниже по течению реки. Жители деревни, жалея дочь богача, похоронили её тело. Гребень, украшавший волосы девушки, положили в могилу рядом с телом.

Окрестные женщины поклоняются могиле несчастной, особенно кого судьба наделила кудрявыми волосами. Приносят в подношение гребни. Те же, у кого лица обезображены пятнами и нарывами, жертвуют духу утопленницы румяна с белилами, умоляя об исцелении. Говорят, дух милостив к несчастным женщинам.

Абэ-но Сеймэй – великий колдун

Восемь веков назад жил в Японии очень известный астролог и могущественный колдун по имени Абэ-но Сеймэй. Согласно поверьям, считалось, что его матерью была лисица-оборотень.

Молодой дворянин Абэ-но Ясуна спас её в облике белой лисицы от охотника, но был сильно ранен в поединке с ним. Тогда лисица-оборотень Кудзуноха превратилась в прекрасную женщину, взялась вылечить его раны и помогла вернуться домой. Они с Ясуной полюбили друг друга, поженились, и вскоре Кудзуноха родила ему сына Сеймэя.

Несколько лет они счастливо жили, пока маленький Сеймэй не заметил кончик её хвоста. Показав сыну свою истинную природу, Кудзуноха решила покинуть мир людей и вернуться в родной лес. Мужу она оставила записку с просьбой навестить ее в лесах близ храма в местечке Синода. Ясуна и Сеймэй отправились на её поиски, и женщина явилась им в виде лисы. Тогда-то они и узнали, что она – богиня-хранительница храма в Синоде. На прощание Кузуноха наделила сына даром понимать язык животных.

С малолетства у мальчика проявлялись магические способности. И, когда пришло время, отец решил отдать Сеймэя в ученики к могущественному столичному колдуну Камо-но Тадаюки.

Как-то раз отправились учитель и ученик в южную часть Киото по делам. Они посетили богатый дом некоего вельможи, где составили астрологическое предсказание его семье и сделали ряд предсказаний о будущем.

Вельможа предлагал колдуну и его ученику переночевать в его доме, предупредив, что в южной части города в позднее время не безопасно. Но колдун не придал его словам значения и, получив плату за оказанные услуги, погрузился в повозку и отправился домой.

Не успел учитель и его ученик покинуть дом вельможи, как сгустились сумерки. Учитель Тадаюки тотчас задремал в повозке, запряжённой волом. А в это время его ученик шёл позади неё на некотором расстоянии и его одолевали дурные предчувствия.

Пока его учитель дремал, Сеймэй при помощи своих магических способностей заметил группу приближавшихся к ним демонов. Испуганный, он быстро подбежал к повозке, разбудил учителя и сообщил о приближающейся опасности. Учитель с помощью своих чар поспешил скрыть повозку, ученика и слуг от демонов – и как раз вовремя! Демоны удалились, не заметив их. Слуги Тадаюки ничего так и не увидели, ощутив лишь порыв холодного ветра, когда демоны проходили мимо них.

Учителя Тадаюки поразила духовная чувствительность Сеймэя. С того времени он очень ценил своего ученика и постепенно передавал все свои знания.

После смерти учителя Абэ-но Сеймэй жил в северо-восточной части дворца. Однажды его посетил старый монах. Монаха сопровождали двое мальчиков-слуг, которым было примерно по десять лет. Сеймэй цепким взором смерил монаха и его слуг, а затем обратился к нему с вопросом:

– Кто вы, почтенный, и из какого храма прибыли?

Монах поклонился и почтительно ответил:

– Слава о вашем магическом искусстве достигла столь отдалённых от столицы мест. Я прибыл из храма, расположенного в городе Гифу для того, чтобы обучаться у вас.

Сеймэй сосредоточился и при помощи своих внутренних чувств несколько мгновений изучал монаха. И сделал следующий вывод: «Этот человек – и сам могущественный колдун. Он прибыл сюда, чтобы бросить мне вызов. Если я откажу ему, то опозорюсь… Поэтому мне стоит разрушить его коварные замыслы, опередить его и первому бросить вызов. К тому же слуги этого мнимого монаха явно не те, кем являются. Они – его духи-сикидзины[9], созданные при помощи высшей магии».

Сеймэй мысленно произнёс магическое заклинание, сокрыв руки в длинных широких рукавах, сделал магические жесты, а в довершении добавил:

«Если эти мальчики на самом деле духи-сикидзины, пусть они станут невидимыми для своего хозяина».

После чего с дружелюбным выражением лица Сеймэй сказал таинственному монаху:

– Я буду учить вас, когда у меня будет время, но сегодня я очень занят. Нужно определиться со временем занятий. Приходите ко мне через пару дней, и мы составим удобное для меня и вас расписание.

Монах низко поклонился и ушел. Не успел он выйти за ворота, как двое его слуг исчезли, словно утренняя дымка. Сколько монах не искал их и не звал – тщетно. Слуги, как в воду канули.

Тогда мнимый монах бросился обратно в дом к колдуну.

– Господин Сеймэй! Двое моих слуг бесследно исчезли. Пожалуйста, верните их мне.

Сеймэй мысленно возликовал – значит, он был прав. Слуги монаха – магические существа. Искусно скрыв чувство своего превосходства, колдун ответил:

– Вы обвиняете меня в том, что не можете найти своих слуг? Зачем они мне? Разве человек может раствориться в воздухе? Разве только, если он – сикидзин!

Монах побледнел – превосходство Сеймэя было явным. Он робко извинился и сказал:

– Простите меня, господин Сеймэй. То, что вы говорите, правда. Пожалуйста, простите меня и верните моих сикидзинов.

– Вы поступили очень опрометчиво, прибыв ко мне с сикидзинами. Вы намеревались бросить мне вызов, не так ли?! – не унимался Сеймэй. – Если вы намерены не обучаться, а прибегать к уловкам, то поищите учителя в другом месте!

Сеймэй сокрыл руки в рукавах, сделал магические жесты, мысленно пропел магическую мантру – спустя мгновение через ворота во двор вбежали два мальчика.

Монах был глубоко поражен.

– Вы действительно могущественны, господин Сеймэй! Пожалуйста, примите меня в ученики, хотя я был так невежлив.

Сеймэй согласился, и тот неучтивый монах стал его учеником.

Однажды Сеймэй посетил священника Канто в одном из столичных храмов. Там среди монахов оказались благородные молодые люди, которые были заинтригованы возможностью увидеть известного колдуна.

Один из них спросил господина Сеймэя:

– Правда ли, что вы можете убить человека с помощью своего духовного двойника?

Сеймэя, который был по натуре миролюбивым человеком, всегда сбивали с толку такого рода вопросы. Он неохотно ответил:

– Что за глупые вопросы вы задаете? Разве убийство имеет отношение к искусству колдовства? Хоть это нелегко, но, приложив небольшое усилие, я могу убить человека. Но к чему мне это? Это не является целью моей силы.

Благородные молодые люди и колдун сидели в монастырском дворе подле водоёма. В тот момент, когда Сеймэй произносил речь, из водоёма вылезли на берег три жабы.

Распалённые любопытством молодые люди, воскликнули:

– Докажите нам своё мастерство! Убейте одну из этих жаб. Ведь это просто жабы!

Сеймэй пришел в уныние. «Этих молодых людей, – думал он, – не интересует мудрость. Всё чего они желают так – это увидеть какое-нибудь чудо. Они просто хотят бросить мне вызов… Ну что ж, так тому и быть…»

Колдун вздохнул и сорвал лист с персикового дерева, раскинувшего свою крону подле водоёма. Вздохнув и речитативом прочтя заклинание, он бросил лист и тот плавно опустился на спину жабы. Бедная жаба тут же оказалась сплюснутой, будто на неё упал огромный камень. Молодые пришли в изумление и выглядели даже испуганными.

Сеймэй был искренне огорчен гибелью безвредной жабы. И потому поспешил оживить её. Он вынул веер из-за пояса и помахал им вокруг несчастной жабы. Та тотчас ожила и издала громкий характерный звук. Но не сдвинулась с места. Сеймэй помахал веером ещё раз и от жабы во все стороны устремились белые бабочки.