Введение в философию иудаизма - Пинхас Полонский

Ответ следующий. Свобода подчеркнута и у тех, и у других в иудаизме. Я уже говорил, что еврейская Каббала отличается от неоплатонизма наличием воли. Отсюда же берется свобода выбора. На самом деле, в еврейском понимании из Божественной свободы выбора следует человеческая свобода выбора. То есть, иудаизм всех направлений - что рационалисты, что мистики, - всегда подчеркивает, что у человека есть свобода выбора, что человек предопределяет будущее, что оно не предугадано полностью, в нем есть, конечно, некие провиденциальные вещи, которые Бог предугадал, как бы предусмотрел, чтобы они были такими, но есть вещи непредусмотренные, Бог оставляет свободу выбора человеку. Это очень сильно в иудаизме во всех параметрах. Очень много в ТаНаХе об этом.

B Торе написано: я оставляю тебе Добро и 3ло, выбери жизнь, "выбери, выбери, выбери", - все время подчеркивается в Торе.

Именно поэтому и в Каббале имеется очень сильный параметр свободы выбора. И в рационализме. И поэтому еврейские рационалисты и мистики, - у тех и у других очень сильно подчеркивается свобода выбора.

Но это не является общим местом рационализма или мистики в общеевропейском смысле. В частности, в христианстве наличествует концепция, согласно которой у человека нет свободы выбора, и предусмотрено изначально, кто будет праведником, а кто будет злодеем. На ком Божья благодать, а на ком ее нет, не было и не будет никак. Только мы этого не знаем - на ком она есть, а на ком - нет. Мы как бы должны стараться, но на самом деле предусмотрено изначально. Эта концепция в иудаизме категорически отвергается. В Талмуде категорически утверждается: "Все в руках Неба, кроме страха перед Небом". То есть, Бог может все что угодно предусмотреть, но он оставляет свободу выбора человеку быть ли ему праведником или злодеем. В христианстве есть концепции, - совсем не во всяком христианстве, но есть такие направления, которые отрицают свободу выбора человека в рамках праведности или злодейства, добра или зла. В частности, ее отрицает блаженный Августин, один из крупнейших отцов церкви. У человека нет свободы выбора, а предназначено одним быть злодеями, а другим - праведниками, и Божья благодать идет не по выбору человека, а сверху. И очень много таких же вещей в протестантстве. В кальвинизме то же самое. Точно также в исламе есть два направления. Одни говорят: человек свободен в выборе, а другие говорят: нет, Бог все предназначает. Причем, если я не ошибаюсь, главенствующим в исламе является направление, где Бог все предназначает. В раннем средневековье ведущим направлением в христианстве тоже было то, что все предписано Богом. Но потом так случилось, что все-таки главным направлением у них стала свобода выбора человека. А вот в исламе главное, что все предписано.

B иудаизме никоим образом никто никогда не считает, что все предписано. Все абсолютно направления в иудаизме, - и этим иудаизм отличается от европейской средневековой философии, - все абсолютно за то, что у человека есть свобода выбора, он сам выбирает, ему никто не предписывает, быть ли праведником или злодеем.

Небольшое добавление: конечно, Бог знает, какой выбор мы сделаем, но он нам его не предписывает, свобода выбора остается. Это классическое противоречие: как реализуется свобода выбора, если Бог все знает. Я могу вам придумать пяток логических схем, Рамбам этим занимается много, на уровне рационализма, но ответ настоящий я вам приберегу до следующей лекции, потому что на ее примере я вам хочу продемонстрировать, что такое экзистенциализм, на примере этого вопроса.

Продолжаем рассмотрение по нашему списку.

Следующий пункт: отношение к 3емле Израиля. Грубо говоря, степень сионизма. Теоретически говоря, казалось бы, можно быть рационалистом и стремиться в Эрец Исраэль, и можно быть мистиком и стремиться в Эрец Исраэль - какая разница? Но на практике оказывается, что, если мы рассмотрим еврейских мудрецов за последнюю тысячу лет, и их систематизируем по признаку, кто был более рационалистом, а кто был мистиком, а потом - кто был более сионистом, а кто был менее сионистом, то мы увидим явную корреляцию между мистикой и сионизмом. Такой уж есть у нас культурно-исторический факт, что в истории те, кто был большими мистиками, были большими сионистами. То есть, рационалисты у нас, конечно, тоже считают, что есть заповедь жить в Эрец Исраэль. Но для рационалиста это как бы остается одной из заповедей, а для мистика может стать основой бытия.

Причина, как я думаю, в следующем: для рационалиста главное - это его рациональные соображения, а материя в каком-то смысле немножко вторична. И поэтому он менее склонен к тому, чтобы вопрос, в какой стране жить, был центральным вопросам жизни. Он ведь приближается к Богу не тем, по какой земле ходят его ноги, а тем, что думает его голова. А мистик приближается к Богу всем своим существом, в том числе тем, по чему ходят его ноги. Поэтому он стремится жить в Святой 3емле. Это не стопроцентный факт, но у мистика явно большая тяга к подчеркиванию Эрец Исраэль, а у рационалиста меньшая. Классическим примером является Маймонид, он главный суперрационалист в иудаизме, для которого вообще вопрос, есть ли вообще заповедь про Эрец Исраэль. Она не упомянута в списке заповедей. Есть споры, считал ли Маймонид это заповедью или не считал. И даже если мы докажем, что он считал, что такая заповедь есть, - это довольно легко доказать, - то все равно это останется у него в качестве одной из заповедей, а не самой основой существования. Для мистика, например, Нахманида, Рамбана, наоборот, - он подчеркивает, что эта заповедь есть, она важнейшая, что нужно завоевать Эрец Исраэль. Известно, что они оба были изгнаны из Испании, и оба через Эрец Исраэль проезжали. Только Маймонид после этого поехал в Египет и жил в Египте, а Нахманид остался в Эрец Исраэль. Это только иллюстрация, это не доказательство. Или, например, тот факт, что современный религиозный сионизм, рав Кук, полностью стоит на мистике. Рав Кук, это, конечно, на сто процентов мистическая школа в иудаизме.

Сущность пророка. Мистика, для которой Божественная эманация пронизывает мир, для нее пророк - это человек, который получает специфическую Божественную эманацию. То есть, подчеркивается, что Бог выбрал определенного человека, чтобы через него миру дать Божественный свет. Для рационалиста пророк - это тот, кто достиг такой высоты, что ему стал доступен высший Божественный свет. Пророк, в некотором смысле, сам дополз до этого уровня, дошел, поднялся до такого уровня, что он видит Высший свет и поэтому о нем сообщает. Рационалист не может, конечно, исключить Божественную активную роль для пророка, поэтому он говорит, что Бог для некоторых недостойных людей, хоть они и поднялись на высоту, Он не дает им видеть Божественный свет. Но в норме как бы человек, поднявшийся высоко, должен этот свет видеть. Можно даже считать, что достижение уровня пророчества является вполне целью для Маймонида, и достижение это делается путем повышения интеллектуального уровня, понимания Божественных вещей, человек поднимается, поднимается, поднимается и станет пророком.

A для мистиков пророчество - это то, что сверху спускается данному человеку, и поэтому он может говорить. То есть рационалисты подчеркивают более активную роль человека в этом процессе, а мистики - более активную роль Всевышнего. Но, опять таки, это не является обязательным выводом, это является склонностью к тому или иному истолкованию.

Например, отношение к сексу. Совершенно ясно, что рационалист будет относиться к сексу как к некой не очень духовной вещи. Он, конечно, признает, что это важно, что это нужно, нет ничего похожего на христианский монастырь, это останется некой важной частью его жизни, но не Божественным светом. Это как бы вынужденная уступка человеческой природе. Ведь люди приближаются к Богу своим разумом, а не сексуальными отношениями. А для мистика наоборот, мало того, что сексуальные отношения есть такое же приближение к Богу, как и рациональность, но есть язык еврейской мистики, просто от начала и до конца наполнен, как бы стоит весь на терминах, которые на уровне человека означают сексуальные отношения. То есть, иными словами, терминология еврейской мистики, Каббалы, в большой степени, - я не знаю, как в христианской, в христианской, наверное, это не так сделано, - но в еврейской мистике, в Каббале, вся терминология - это терминология соединения, там употребляются такие слова, как поцелуи, и всевозможная терминология близости, в различных степенях, вплоть до того, что, конечно, каббалистическое истолкование Песни Песней - это взаимоотношения Бога и человека, или Бога и еврейского народа.

Небольшое отступление. Профессор Розенберг в одной из лекций дал одно замечательное определение: "B рационализме отношения человека с Божественностью романтические, а для мистика - эротические". Романтические здесь правильнее было бы перевести в смысле "платонической любви", так сказать, любви издалека. Концепция мистика - это эротика, а концепция рационалиста - это романтика. Романтические отношения, в смысле, платонические - это отношения отдаленных друг от друга вещей, где Бог для человека нечто далекое, к чему он стремится, но он не вступает с Ним в контакт. А контакт - это есть суть эротики, а не романтики. Контакт с Божественностью, который считается полной параллелью любви между людьми, между мужчиной и женщиной, из этого берется весь язык Каббалы, который весь - язык эротический.