Обозрение пророческих книг Ветхого Завета - Алексей Хергозерский

Здесь, очевидно, предсказывается нашествие царей Сирийского и Израильского во времена Ахаза (2 Пар 28:5–8, [123] 17–18 [124]), а может быть и нашествие Сеннахирима в четырнадцатый год Езекии (4 Цар 18:13 [125]).

Третью пророческую речь произнесенную во дни Озии, составляет так называемая песнь Возлюбленному о винограднике его («Воспою Возлюбленному моему песнь Возлюбленного моего о винограднике Его»; (Пс 44:1–3; [126] 79:9–12 [127])), изложенная в пятой главе.

У Возлюбленного моего был виноградник на вершине утучненной горы, хозяин крепко огородил его; насадил в нем отборные лозы; снабдил всем потребным и ждал добрых гроздов или крупных виноградных кистей; а виноградник уродил дикие ягоды и даже терние. Как поступить с таким неблагодарным виноградником? Отнять ограду, предать на разграбление и попрание; даже дождевому облаку не дозволить орошать его; — вот справедливое возмездие. Так хозяин и поступит со своим виноградником (5:1–6 [128]). Затем пророк сам поясняет свою песнь или аллегорию. Виноградник означает дом Израилев или ветхозаветную Церковь; а царство Иудино — отборную или лучшую ее часть, вновь как будто устроенную и особенно любимую и оберегаемую или охраняемую; и в ней-то расплодились вопиющие беззакония и неправда (5:7 [129]), ненасытное корыстолюбие (5:8–10 [130]), беспросыпное пьянство с нераскаянностью или упорством во зле (5:11–18 [131]), кощунством над угрозами и обличениями пророков (5:19 [132]), извращением понятий о добре и зле, самомнением и неправосудием (5:20–23 [133]). За это гнев Господа Саваофа истребит их: Господь даст знак народу отдаленному (Ассириянам), который прибежит как лев, схватит предоставленную ему добычу и не будет отъемлющего или защищающего (5:24–30 [134]).

Вторая часть.

Вторую часть книги Исаии составляет видение Сына Божия на высоком и превознесенном престоле, бывшее в год смерти царя Озии или в первый год царствования Иоафама, изложенное в шестой главе.

«Как он видел — я не знаю, говорит святой Иоанн Златоуст. О том, что видел, Исаия сказал. А как видел, — о том умолчал. Я принимаю сказанное; не любопытствую знать умолчанное; постигаю открытое, но не исследую сокрытого; ибо для того оно и сокрыто» (Беседа 6 на Исаию 6:1). Что действительно Сын Божий явился здесь Исаии, — это видно из свидетельства Иоанна Богослова, который в обличение неверия иудеев, указав на десятый стих шестой главы книги Исаии, заметил: сие сказал Исаия, когда видел славу Его и говорил о Нем (Ин 12:39–41 [135]).

Из упоминаемых Исаией подробностей (вся земля полна славы Его!, поколебались верхи врат; и дом наполнился курениями; руке у него горящий уголь, который он взял клещами с жертвенника и проч.) можно заключать, что видение было в храме Иерусалимском, видимом месте присутствия Божия на земле. Сын Божий является как Царь, окруженный Серафимами (пламенеющими), которые не находят средств достойно восхвалить Его неприступную славу и нестерпимое величие (6:1–4 [136]). При виде Господа Исаия почувствовал свое недостоинство и опасность смерти (Исх 33:20; [137] Быт 32:30; [138] Суд 13:22 [139]); тут один из Серафимов горящим углем коснулся уст его и сказал: вот, это коснулось уст твоих, и беззаконие твое удалено от тебя, и грех твой очищен (6:5–7). Тогда, услышав голос Господа: кого Мне послать? и кто пойдет для Нас? (стоящим в храме и живущим окрест Иерусалима), Исаия смело отвечал: вот я, пошли меня. Господь сказал ему (Ис 6:5–10): пойди и скажи этому народу: слухом услышите — и не уразумеете, и очами смотреть будете — и не увидите. Ибо огрубело сердце народа сего, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули, да не узрят очами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их.

А когда Исаия спросил: доколе, Господи, будет продолжаться эта упорная нераскаянность иудеев, которую он уже видел и обличал в долговременное и славное царствование Озии? Тогда Господь открыл Своему пророку, может быть, в смущении и страхе взиравшему на возлагаемое на него трудное поручение, что упорство иудеев продолжится, пока земля их не останется пуста, т. е. что пророку предстоит борьба продолжительная и ожесточенная; впрочем, предстоящее запустение (которое внесут сначала Сирийцы и Израильтяне, а потом Ассирияне) будет непродолжительно; оставшиеся снова размножатся и будут святым поколением (6:11–13 [140]).

Следовательно, описанное в шестой главе видение само по себе не ведет к заключению, что тут излагается первое призвание Исаии к пророческому служению. Это видение и призывание показывает только потребность в сильном и непоколебимом проповеднике среди предстоящих обстоятельств, более невыгодных, нежели какие были в царствование Озии Прокаженного, в целом преданного вере отцов и державшего народ в повиновении властной рукой. А Иоафам, благочестивый сам по себе, не имел твердости и отваги положить преграду идолослужению в народе (4 Цар 15:33–35 [141]). Преемник же Иоафама царь Ахаз открыто стал на сторону иностранных обычаев и культов (4 Цар 16:10–16 [142]); даже сына своего провел чрез огонь (4 Цар 16:3 [143]) и таким образом дал полную свободу чувственным наклонностям народа, удовольствием которому служило идолослужение, сопровождавшееся необузданным разгулом. Вероятно потому из царствования Иоафамова записано только одно это видение, что тогда необходимо было действовать для вразумления простого народа, а тут полезнее речь устная, нежели письменная. При известном благочестии царя аристократы также не дозволяли себе открытого идолослужения, а против тайного — также успешнее действовало устное слово. Содержание же устных речей и обозначено в призывании пророка на служение (Ис 6:8–13).

Третья часть.

Третья часть книги пророка Исаии содержит четыре пророческие речи, произнесенные в царствование Ахаза и изложенные от начала седьмой главы по двадцать седьмой стих четырнадцатой главы.

Первая пророческая речь во дни Ахаза произнесена по случаю нашествия Израильского и Сирийского царей на Иудею с намерением свергнуть Ахаза с престола и воцарить в ней сына Тавеилева. Союзники начали войну чрезвычайно счастливо: царь Сирийский в один день истребил 120 000 отборного Ахазова войска, а Израильтяне увели в плен 200 000 Иудеев (2 Пар 28:6–8 [144]). Кроме того отряды Идумеев и Филистимлян рассеялись по стране; грабили и забирали множество пленных по беззащитным городам и селам (2 Пар 28:17–18 [145]). Так-то как отрепье внезапно сгорела армия, созданная Озией — эта сила Иудейская (Ис 1:31 [146]), служившая угрозой соседям и вызвавшая с их стороны возмездие! Успехи и замыслы союзников произвели на Ахаза панический страх: и всколебалось сердце его и сердце народа его, как колеблются от ветра дерева в лесу (7:1–2). Для успокоения не столько нечестивого царя, сколько народа, среди бедствий склонного к бунту, а также для остановления замыслов некоторых изменников отечества (Ис 7:5–8 [147]), Исаия с сыном своим Шеар Ясувом (остаток спасется или сохранится), по указанию Божию, идет на место строящихся укреплений навстречу Ахазу и говорит ему: не страшись и да не унывает сердце твое от двух концов этих дымящихся головней (или огарков близких к тому, чтобы погаснуть, по изъяснению святого Иоанна Златоуста), т. е. от Рецина, царя Сирийского, и Факия, царя Израильского (7:3–4). Ибо хотя цари эти заключили союз против Иудеи, но это не состоится и не сбудется (7:5–7); их собственные владения останутся целыми и независимыми только до истечения 65-ти лет со времени изречения пророчества Амосова о Самарии (Ам 5:27; [148] 7:11 [149]), произнесенного в 25 год царствования Озии Прокаженного (след. 111 Озии остающиеся 27: Иоафама 16: Ахаза 16 и Езекии 6 лет — итого 65 лет); а потом царство Ефремово или Израильское пострадает от людей Ассирийской монархии (7:8–9 [150]).

Но видя, что Ахаз, пославший просить помощи Фелгаффелласара, царя Ассирийского, и объявивший себя данником последнего (4 Цар 16:5–8 [151]), презрительно относится к вестнику воли Божией и не верит возвещаемой безопасности, Исаия предлагает царю просить знамения в глубине или на высоте, т. е. в области земной или небесной, по его выбору (7:10–11 [152]). А когда Ахаз с кощунством отказался [153] от предлагаемого способа удостоверения, то Исаия, обличив его высокомерное презрение к пророкам и даже к Самому Богу, обращает речь ко всему дому Давидову, которому грозила опасность истребления в случае успеха царей Сирийского и Израильского, и говорит: слушайте же, дом Давидов!… Итак Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил (7:12–14), т. е. знамением для удостоверения вашего в безопасности да будет величайшее дело человеколюбия Божия и особого благоволения к дому Давидову, а именно рождение Мессии от Девы из племени Давидова, по обетованию (2 Цар 7:8–28). Следовательно дом Давидов не может быть истреблен до исполнения сего обетования, как бы ни казалась великой предстоящая опасность. Как несомненно, что Дева, без нарушения девства, вопреки законам природы человеческой, родит Еммануила — также достоверна и безопасность ваша от умысла врагов, хотя представляется вам невероятной. А земля, которой царей вы теперь боитесь, опустошена будет через столько же времени, считая от настоящего дня, сколько обыкновенно проходит от зачатия младенца до раскрытия в нем способности отличать добро от зла, т. е. полезное от вредного (7:15–16 [154]).