1115 вопросов священнику - раздел сайта Православие.Ru

Вопрос об участи некрещенных младенцев сейчас является особо болезненным в связи с тем, что в нашей стране женщины, лишенные чувства святого материнства, совершают более 4 (с учетом применения абортивных средств на ранних стадиях — 6) миллионов убийств своих детей. Куда они идут и где они пребывают? Ответить на это никто не может. Тайна эта настолько велика, что в нее не проникали даже святые отцы. Можно встретить у них рассуждения на эту тему, но существенное расхождение их мнений говорит лишь о том, что они высказывали только свои взгляды.

У современных авторов, пишущих против абортов иногда встречаются необоснованные и резкие утверждения о том, что убиенные в результате абортов младенцы — «пища для ада». Этому ложному взгляду хочется противопоставить слова святителя Феофана Затворника, от которых веет не только пастырской мудростью, но и христианской любовью: «Дети все — ангелы Божии суть. Некрещеных, как и всех вне веры сущих, надобно предоставлять милосердию Божию. Они не пасынки, и не падчерицы Богу. Потому Он знает, что и как в отношении к ним учредить. Путей Божиих бездна. Такие вопросы следовало бы решить, если бы на нас лежал долг всех призреть и пристроить. Как это невозможно для нас, то и оставим пещись о них Тому, Кто печется обо всех».

Убийц Данте встретил в седьмом круге. Такой взгляд вполне согласуется с мнением святых отцов, которые, однако, не делили ад на отделения, а лишь писали о тяжести мучений. «Горе… любодейце, которая извела зачатый ею во чреве плод, чтобы не видел он здешнего мира; не даст Бог увидеть и ей новый век. Как она не дозволила ему насладиться жизнью и светом в этом веке, так и Он лишит ее жизни и света в оном веке. Поелику решилась она извергнуть плод свой из чрева преждевременно, чтобы скрыть его во мраке земли, то и она как мертвый плод чрева извергнута будет во тьму кромешную. Таково воздаяние любодеям и любодеицам, которые посягают на жизнь детей своих: Судия накажет их вечною смертию и низринет в бездну мучения, полную зловонного тления» (Св. Ефрем Сирин). «Врач», сделавший убийство невинных жизней своей профессией, подлежит тому же Суду. Милосердный Господь дает время каждому на покаяние. У людей, совершивших тяжкий грех детоубийства, остается надежда на спасение. Для этого надо принести покаяние Богу в таинстве исповеди и всей дальнейшей жизнью явить духовные плоды.

Пройдя восемь кругов, путники оказались в самой глубине ада — среди ледяного озера Коцит (по-греч. — плач). Это четвертый пояс девятого круга, названный по имени предателя Иуды — Джудекка. Там путники встретили Люцифера и предателей своих благодетелей. Данте называет только Иуду, Брута и Кассия.

В конце тридцать четвертой песни Ада Данте имеются три терцины (117–126) весьма значимые в богословском отношении. Поэт говорит о происхождении ада и объясняет его архитектонику: он образовался в результате падения Денницы. Не Бог сотворил ад, как утверждают некоторые богословски несведущие комментаторы, а «создал» его сатана. Когда он низвергся с Неба, то вонзился в южное полушарие Земли и дошел до центра. Земля, покрывшаяся морем в месте падения Денницы, скрылась и, ужасом объята, выступила из волн в северном полушарии:

Есть малый круг, обратный лик ДжудеккиТут — день встает, там — вечер наступил;А этот вот, чья лестница мохната,Все так же воткнут, как и прежде был.Сюда с небес вонзился он когда-то;Земля, что раньше наверху цвела,Застлалась морем, ужасом объята,И в наше полушарье перешла;И здесь, быть может, вверх горой скакнула,И он остался в пустоте дупла.

При чтении Комедии может родиться вопрос: имел ли право Данте помещать кого-либо в ад? Не является ли это делом Божественного Суда. Автор Комедии не берет на себя то, что принадлежит только одному Богу. Он создал литературное произведение в целях разрешения тех мучительные моральных вопросов, которые глубоко затрагивали его жизнь. Это открывают нам его трактаты. «О род человеческий, сколько бурь и невзгод, сколько кораблекрушений должен был ты претерпеть, чтобы, обратясь в многоголовое чудовище, ты стал метаться в разные стороны! Оба твоих интеллекта, а вместе с ними и сердце поражены болезнью, ты не врачуешь свой верховный интеллект неоспоримыми доводами, и лицезрением опыта не лечишь свой интеллект подчиненный, и равным образом не исцеляешь сердце свое сладостью Божественного увещания, возглашающего тебе трубою Духа Святого: «Как хорошо и как приятно жить братьям вместе!» [Се что добро, или что красно, но еже жити братии вкупе? [Пс.132:1]. (Монархия. Книга первая. XVI). Примем эти слова, как обращенные к современному человечеству.

Когда жил Авраам, и верил ли он в Спасителя?

иеромонах Иов (Гумеров)

Определение времени жизни патриарха Авраама — задача для библейской науки весьма трудная, почти неразрешимая, потому что исследователи не могут опереться на летоисчисления, которые использовали народы Древнего Востока. У древних евреев, как и у других народов Ближнего Востока, не было единого летоисчисления. Годы, которые указываются в древних летописях (чаще всего — годы правления царей) не соотнесены с определенной общепринятой отправной исходной датой. Поэтому библейская датировка ветхозаветных событий не дает возможность уверенно соотнести их с нашим отсчетом времени. На основе данных Септуагинты датами жизни патриарха Авраама надо считать 2165–1940 годы. Если мы возьмем 1500 год за точку отсчета времени исхода евреев из Египта и примем в расчет, что они жили там 430 лет, то мы получим подтверждение данных Септуагинты. Более поздняя дата жизни патриарха Авраама невозможна еще и потому, что его родной город Ур был разрушен в 1900 г. до Р.Х.

Не все разделяют эти вычисления. Некоторые ученые определяют время жизни патриарха Авраама между 2000–1800 годами.

Патриарх Авраам является родоначальником нашей веры: Ибо не законом [даровано] Аврааму, или семени его, обетование — быть наследником мира, но праведностью веры. Итак по вере, чтобы [было] по милости, дабы обетование было непреложно для всех, не только по закону, но и по вере потомков Авраама, который есть отец всем нам (Рим.4:13,16).

Как Иисус Христос накормил 5000 человек 5 хлебами и 2 рыбами: сотворил всю эту еду из ничего или как-то ещё?

иеромонах Иов (Гумеров)

Среди множества чудес, которые совершил Господь во время Своей земной жизни, чудесное насыщение пяти тысяч человек пятью ячменными хлебами и двумя рыбами имеет особое духовное значение. О нем повествуют все четыре евангелиста. Событие это находится в преемственной связи с некоторыми ветхозаветными чудесами (Исх.16:3; 3Цар.17:8-16; 4Цар.4:42–44). Люди Израиля, жившие ожиданием Избавителя, верили, что Мессия даст новую манну. Сугубая значимость этого чуда была в том, что оно символически указывало на будущее таинство святой Евхаристии, которое Господь установил на Тайной вечере. Св. евангелист Иоанн Богослов сообщает важную хронологическую подробность: Приближалась же Пасха, праздник Иудейский (Ин.6:4).

Когда люди по тогдашнему восточному обычаю возлегли для вкушения пищи, Спаситель воззрел на небо, благословил и, преломив, дал хлебы (Мф.14:19). Формула благословения, основывалась на Лев.19:24 и Втор.8:10. Ее произносили с древности: «Благословен Ты, Господи Бог наш, Царь вселенной, Который выводишь хлеб из земли». Однако еврейские и греческие слова (бэрах и эвлогиа), обозначающие «благословение», могут также употребляться в значении «благодарить», а также «восхвалять», «прославлять». При насыщении четырех тысяч семью хлебами и рыбами Иисус Христос, взяв семь хлебов и рыбы, воздал благодарение, преломил и дал ученикам Своим (Мф.15:36). Хлеб в Палестине пекли в виде тонких и хрупких лепешек. Его легко было разламывать, что и сделал Спаситель.

«Каким образом Иисус Христос накормил 5000 народу»? Сотворил из ничего. Этим указал народу на Свое Божественное достоинство. «Но почему не творит хлебов вновь? Чтобы <…> самыми делами научить, что все видимое произведено и сотворено Им, и чтобы доказать, что Он есть дающий плоды и изрекший вначале: да произрастит земля былие травное; также: да изведут воды гады душ живых (Быт. I, 11, 20). И настоящее чудо не маловажнее творения былия или гадов. В самом деле, пресмыкающиеся, хотя и сотворены вновь, однако сотворены из воды. А из пяти хлебов и двух рыб сделать так много — не маловажнее, чем произвесть из земли плод и из воды пресмыкающихся животных; это значило, что Иисус имеет власть над землею и над морем. Доселе творил Он чудеса над одними больными; а теперь оказывает всеобщее благодеяние, чтобы народ не оставался простым зрителем того, что происходило с другими, но сам получил дар. И что иудеям, во время странствования по пустыне, казалось чудным (так как они говорили: еда и хлеб может дати, или уготовати трапезу в пустыне (Пс. LXXVII, 20), то самое Господь показал на деле. Для того и ведет их в пустыню, чтобы чудо не подлежало решительно никакому сомнению, и никто не подумал, что для напитания принесено что-нибудь из ближнего селения. Для того евангелист упоминает и о времени, а не только о месте. Отсюда научаемся и другому, именно: познаем умеренность учеников в удовлетворении необходимых потребностей, и то, как мало заботились они о пище. Их было двенадцать человек; а они имели при себе только пять хлебов и две рыбы. Столь мало радели они о плотском, а занимались только духовным! Да и этих немногих хлебов не стали удерживать, а и их отдали, как скоро попросили у них. Отсюда должны мы научиться, что хотя имеем у себя и малость, и то обязаны отдавать нуждающимся. Когда им велено принести пять хлебов, они не говорят: что же будем есть сами? Чем утолим свой голод? — но тотчас повинуются. Кроме сказанного, по моему мнению, Христос и для того не творит вновь хлебов, чтобы привести учеников к вере: они были еще весьма слабы. Потому взирает и на небо. Они видели неоднократно примеры других чудес, а такого чуда еще не видали. Итак, взяв, преломил и раздавал чрез учеников, делая им чрез это честь. Впрочем, Он сделал это не столько для чести их, сколько для того, чтобы, когда совершится чудо, они не остались в неверии и не забыли о бывшем, когда собственные их руки будут свидетельствовать о том <…> Но и тем чудо еще не ограничилось. Господь сделал, что оказался избыток, и избыток не в цельных хлебах, а в кусках, чтобы показать, что это точно остатки от тех хлебов, и чтобы не находившиеся при совершении чуда могли узнать, что оно было. Для того Христос попустил народу почувствовать и голод, чтобы не принял кто чуда за мечту; для того сделал остатков двенадцать кошниц, чтобы и Иуде было что нести. Господь и без хлебов мог утолить голод, но тогда ученики не познали бы Его могущества, потому что это было и при Илие. А за это чудо иудеи так удивились Ему, что хотели сделать даже царем, хотя при других чудесах никогда не покушались на то» (Святитель Иоанн Златоуст. Толкование на святого Матфея Евангелиста. Беседа XLIX).