Святая Наталия - Л. Филимонова

Был уже вечер. Когда Наталия умолкла, Адриан сказал ей:

– Теперь ступай домой, жена моя; как только узнаю о времени, когда нас выведут на мучение, я извещу тебя, и ты придешь и увидишь нашу кончину.

Затем Наталия подходила к каждому из двадцати трех узников, припадая к ним, лобызала оковы их и говорила:

– Рабы Христовы! Молю вас, утверждайте в подвиге эту Христову овцу; помогите ему претерпеть до конца, указывая на будущее воздаяние, уготованное верным, приносящим кровь свою Христу Богу, подобно вам, принесшим Ему свою кровь. Ведь за страдание ваше вы получите в награду вечное спасение. Присоедините и его душу к своим душам и будьте ему отцами вместо родителей по плоти, которые были нечестивыми; укрепите его душу вашими святыми наставлениями с твердой верой совершить свои страдальческий подвиг.

– Смотри, господин мой, – снова обратилась Наталия к Адриану, находившемуся в самой глубине темницы, – не щади своей молодости и красоты телесной: бренное тело будет пищею червей. Не помышляй об имении своем, о золоте и серебре, так как все это не принесет пользы на Страшном суде. Там никто никакими дарами не может откупиться от вечной погибели. Только одни добрые дела святых душ примет Бог вместо даров.

Сказав это, Наталия ушла домой.

По прошествии нескольких дней Адриан, услыхав, что царь хочет уже вывести его вместе с другими узниками на суд и мучение, обратился к святым мученикам с такой просьбой:

– Господа мои! – сказал он. – С вашего благословения мне нужно сходить в свой дом и позвать рабу вашу, мою жену Наталию, затем, чтобы видеть ей наши страдания, так как я обещал позвать ее в назначенный для этого час.

Святые дали ему свое благословение и поручились за него. Заплатив темничным стражам, Адриан отправился домой.

Один из горожан, увидев его идущим домой, опередил Адриана и сообщил Наталии, что муж ее освобожден от оков и подходит к дому. Услышав об этом, Наталия не поверила и сказала:

– Кто же мог освободить его? Не может быть, чтобы мой муж расстался со святыми мучениками.

Во время этого разговора пришел также один из слуг и сказал:

– Знаешь ли, госпожа, муж твой освобожден и уже подходит к дому.

Наталия, подумав, что Адриан отрекся от Христа и поэтому освободился, сильно опечалилась и горько заплакала. Увидав в окно приближавшегося к дому мужа, она бросила свою работу, поспешно встала и, затворив двери, воскликнула:

– Не подходи ко мне, отступник от Бога, обманувший Господа своего! Я не хочу говорить с тобой и не стану слушать твои лживые слова! О, безбожник и окаяннейший человек! Кто побудил тебя взяться за дело, которого ты не смог довести до конца? Кто разлучил тебя со святыми? Кто соблазнил тебя удалиться от содружества с ними? Что обратило тебя в бегство до выхода на брань? Ты не увидел еще врага, а уже бросил свое оружие; в тебя не выпущена еще стрела, а ты уже сражен! Может ли быть добрая семья от безбожного рода? Может ли быть принесена чистая жертва Богу от потомка мучителя? Будет ли благоуханным для Вышнего кадило со стороны тех, кто проливает кровь неповинную? И как быть мне, несчастной, вышедшей замуж за этого нечестивца? Не удостоилась я звания супруги мученика, напротив, сделалась я женою отступника. Кратковременна была моя радость и перешла она в вечное поношение; пользовалась я некоторое время почестями среди жен, а теперь мне будет всегда стыдно перед ними!

Блаженный Адриан, стоя за дверями и слушая Наталию, радовался и загорался еще большим желанием исполнить обещание Христу Богу. Он удивлялся таковым словам молодой жены, недавно вступившей с ним в брак. Прошло всего лишь тринадцать месяцев со дня их женитьбы.

Видя великую скорбь своей жены, Адриан, стуча в двери, начал ее просить:

– Отвори же мне, госпожа моя Наталия! Не убежал я от мучений, как ты думаешь; нет, не мог я так поступить. Я пришел взять тебя с собою, как обещал, дабы ты могла видеть нашу кончину.

Не веря его словам, Наталия с упреком продолжала говорить ему:

– Ты обманываешь меня, преступник, ты лжешь, как второй Иуда! Уйди от меня, или я убью себя! – И не отпирала дверей.

– Отвори же скорее, – просил Адриан, – а то я уйду, не увидев тебя, и ты будешь скорбеть об этом. Мне нужно скорее возвратиться. За меня поручились святые мученики, и если меня не будет и обо мне спросят начальники, то святые, кроме своих мук, должны будут понести наказание и за меня; но могут ли они понести мучения и за меня, когда они и так уже едва живы?

Наталия тотчас с радостью отворила двери, и оба бросились друг к другу в объятия.

– Блаженна ты, жена! – сказал Адриан. – Поистине, ты супруга, любящая мужа! Венцом тебе будет блаженство: ты, хотя и не терпишь сама мук, но соболезнуешь страданию мучеников своим участием.

И Адриан вместе с женой отправился в темницу.

По дороге он спросил Наталию:

– А как же мы поступим со своим имением?

Наталия отвечала:

– Оставь, господин мой, попечение о земном, чтобы не совратило оно твоего ума; заботься и помышляй единственно о подвиге, совершить который ты призван. Забудь обо всем мирском, тленном и вредном для души, позаботься лучше о том, как получить вечные блага, уготованные тебе и тем святым, с которыми ты идешь путем Господним.

Войдя в темницу, раба Божия Наталия припала к святым мученикам и, лобызая оковы их, увидела их загноившиеся раны, в которых были черви. От тяжести железных оков разрывались суставы мучеников. Наталия стала отирать гноившиеся раны мучеников и немедленно послала своих служанок принести из дома хорошего полотна для перевязок. Когда полотно было принесено, Наталия своими руками перевязала раны страдальцев и, насколько могла, облегчила их нестерпимые страдания, прислуживая в темнице семь дней до самого суда.

Когда настал день суда, царь Максимиан повелел привести к себе узников. Слуги тотчас же отправились в темницу объявить христианам царское повеление. Увидев, как они изнемогли от тяжких ран и не могут ходить, слуги поволокли всех мучеников, связанных одною цепью, как трупы скотов; Адриана же вели позади всех, связав ему руки сзади.

Когда они подходили к судилищу, царь был извещен об этом.

– Ведите сюда всех вместе, – приказал царь, – дабы они видели мучения друг друга. Приготовьте их к мучению, обнажив по пояс.

Начальник темницы доложил царю:

– Царь! Те, которые подвергались мучениям раньше, не могут быть истязаемы ныне: их тела загноились, сквозь раны виднеются кости, и, если начать их мучить снова, они, пожалуй, тотчас же умрут, не перенеся мук, им уготованных. Мы не хотим того, чтобы они умерли от кратковременного мучения, как маловиновные, но дай им некоторое время на выздоровление. Потом, когда они поокрепнут, мы сможем предать этих людей жесточайшим мучениям за их беззакония. Повели привести сюда одного Адриана, так как он бодр и здрав телом и может понести различные мучения.

Царь приказал ввести одного Адриана. Раздев Адриана по пояс, слуги дали ему самому нести орудия для пыток. Святые мученики сказали:

– Блажен ты, Адриан, ибо сподобился понести крест свой, подражая Христу! Смотри же, не устрашись и не потеряй своей награды. Остерегайся дьявола, который может украсть твое сокровище; не бойся видимых мук, а взирай на будущее воздаяние: смело приступи и посрами мучителя! Знай: нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас (Рим. 8, 18) и которую мы надеемся получить по милости Господней.

Блаженная Наталия также сказала Адриану:

– Обрати ум свой к одному только Богу, и пусть сердце твое не страшится ничего! Мал труд, но покой бесконечен, страдания кратковременны, а слава мученическая вечна; потерпишь недолго и вскоре будешь радоваться с Ангелами. Если ты, служа земному царю, заботился о собирании малых податей, не щадя своего здоровья, и готов был умереть на войне, то не с большим ли мужеством теперь надлежит тебе принять всякие мучения и умереть за Царя Небесного, Который Сам воздаст тебе великие почести.

Когда привели Адриана к нечестивому царю Максимиану, он, взглянув на святого, спросил:

– Неужели ты пребываешь еще в своем безумии и хочешь в мучениях закончить свою жизнь?

– Я уже прежде говорил тебе, – отвечал Адриан, – я не обезумел, но образумился и готов умереть!

Царь спросил:

– Не принесешь ли ты жертвы и не поклонишься ли богам, как я и все, которые со мною?

– Безумец, – отвечал Адриан, – заблуждаясь сам, зачем же ты и других вводишь в заблуждение? Ты ведь не только себя самого подвергаешь погибели, но и весь народ, который слушает тебя, ты увлекаешь на погибель, советуя и принуждая поклоняться бездушным истуканам, оставив истинного Бога, Творца неба и земли!

– Так ты считаешь наших богов малыми? – спросил царь.

– Я, – отвечал Адриан, – не называю их ни малыми, ни великими, ибо они – ничто.