Новый Библейский Комментарий Часть 2 (Ветхий Завет) - Дональд Карсон

29:13–14 Формальная вера. Иисус видел в ст. 13 точный образ фарисейства (Мк. 7:6–7). Ст. 14 — это его прямые последствия, потому что поверхностная мудрость работает сама против себя, делая неясным все, с чем сталкивается. Ср.: Рим. 1:22; 1 Кор. 1:19.

29:15—16 Презрение Творца. Смесь бравады и безрассудства (ср.: 30:1) может бессознательно выражаться, к примеру, в отрицании неприятых истин (ср.: 30:9–11). Пророки Иеремия (Иер. 2:26) и Иезекииль (Иез. 8:12) в свое время сталкивались с такой же несознательностью. Неопровержимый пример горшечника (16) вновь использован в 45:9 и с оттенком раскаяния в 64:8; апостол Павел приводит его в Рим. 9:20–21.

29:17—21 Великие перемены. Абсурдность противостояния воле Господа (15) станет очевидной, когда суд Божий будет завершен, когда лучшее из того, что мы знали, превратится в свою противоположность (17) и несовершенство и несправедливость нынешнего времени исправятся (18—21). На это указывают глаголы ст. 17, то есть нынешний Ливан (невозделанный, как пустыня в 32:15) превратится в сад, в то время как нынешние сады будут как лес в сравнении с обретенной плодородностью.

29:22—24 Народ, чтящий имя Господа. Под Иаковом в ст. 22б—23а несомненно подразумевается конкретный человек, несмотря на мнение NIV (в еврейском оригинале использовано единственное число: «лицо его… когда [он] увидит… детей своих [его]»), ср.: 63:16. Больше ему не придется переворачиваться в могиле (говоря современным языком) из–за поведения своих потомков. О том, как Божий народ прославляет святость Его (это первое прошение в Господней молитве «Да святится…»), более подробно говорится в Иез. 36:23 и в контексте, а также в Еф. 1:4,6 и т. д.

30:1 — 31:9 О будущем Египта и Ассирии

30:1–5 Тень Египта. Здесь наконец–то названо иллюзорное убежище лжи, о котором упоминалось прежде в 28:14—22. Десятью годами раньше Исайя отговорил Иудею от участия в игре Египта против Ассирии (гл. 20). Теперь политическая ситуация осложнилась, и иудейские послы уже в пути. Князья (4) — это, очевидно, египетские вельможи, в таком случае Ханес должен находиться неподалеку от Цоана (Таниса, который был самым близким к израильской границе важным городом), а не в 50 милях (80 км) вверх по Нилу, как принято считать. Для наиболее полного представления об этом см. статью NBD «Hanes».

30:6–8 Союзник, остающийся дома. Исайя описывает опасности и тяготы путешествия через пустыню (6) как типичные явления для подобных предприятий, а богатства (6б), столь неуместные в пустыне Негев, символизируют впустую потраченные усилия и средства. Раав (7) (не путать с именем блудницы из Нав. 2, которое пишется по–другому) — это прозвище Египта, означающее «высокомерный» или «непокорный» и часто сочетается с «чудовищем» (крокодилом?) в Ис. 51:9, что также является одним из прозвищ Египта в Иез. 29:3.

30:9—14 Неправильно возведенное строение. Правда и праведность (10) изображены настолько же необходимыми для общества, насколько крепость и аккуратность постройки необходимы для здания (13). Это одно из наиболее ясных подтверждений логичности судов Божьих; ср.: Иез. 13:10—16 об обмазывании стены грязью; Ам. 7:7—8 о свинцовом отвесе и Авв. 2:9—11 о камнях и перекладинах домов, свидетельствующих против тирана.

30:15–17 Цена неверия. Ст. 15 следует выделить из отрывка как откровенный вызов Исайи (см.: 7:1–9). Покаяние буквально — «обращение» к Богу (ср.: 10:21); покой и тишина противопоставляются паническому бегству из ст. 16 (ср.: 28:16); упование придает этим откликам оттенок любовности. Угроза ст. 17 — это оборотная, грустная сторона обещания из Лев. 26:8 и Втор. 32:30.

30:18—26 Блага про запас. От Ассирии и Египта повествование переходит к заре славы, вначале касающейся человеческих отношений (18–22), а затем и материальных благ (23–26). Следует отметить, как отличается долготерпение Бога от нетерпения людей, как велика Его доброжелательность как Судьи (18б,в; ср.: 5:15—16). Близкие отношения, описанные в ст. 20—21, это скорее отношения Нового Завета (ср.: Иер. 31:33—34), нежели отношения после окончательного воцарения Славы Божьей, потому что еще не исключены «уклонения», то есть вероятность оступиться, хотя такая возможность и будет сведена к минимуму (21). Существительное учители здесь во множественном числе, которое означает полноту величия Божьего (как в RSV), а само слово имеет отношение к научению моральному закону, tora (закон). Его голос, призывающий нас, слышен позади (21) только тогда, когда мы отступаем от Него вместо того, чтобы приступить к Нему. Ст. 23–26, по контрасту со ст. 20а, выражают в терминах знакомого мира новую реальность, неизмеримо превосходящую его (ср.: 60:19—22; 65:17–25).

30:27–33 Огонь очищающий. Эти стихи возвращают нас к текущему моменту и посвящены «Ассуру» (31), но в дальнейшем они уже касаются конца времен. Однажды безбожные силы окажутся захваченными поднимающимся потоком (как Иудея в 8:8) и ведомыми за уздечку Господом (как Ассирия в 37:29) к собственному разрушению. Однако для нас это означает освобождение (29): каждый удар карающего жезла будет вызывать радостные звуки тимпанов (32), как в истории с Мариам (ср.: Исх. 15:20), хотя на этот раз могилой врагам станет не Красное море, но Тофет, то есть огненная пропасть конечного уничтожения, которая в Новом Завете названа геенной или адом. В Иер. 7:31—32 описано, каким образом возникло это название. Под царем здесь, вероятно, подразумевается Молох (RSV: ср.: 4 Цар. 23:10), поскольку это имя созвучно слову «царь».

31:1–5 Некоторые надеются на коней… Сравнительное соотношение силы плоти и духа (3) в представлении Исайи полностью противоречило представлениям его современников (ср.: 30:15—16) и в большой мере нашим с вами. В этом заложен ключ к пониманию его образа мышления, правильность которого была драматически подтверждена (ср. иронию в 36:8—9 с развязкой в 37:36—38.). В ст. 2 бедствие правильней будет понимать как широкий термин, обозначающий «зло» вообще (ср.: 45:7; Ам. 3:6). Ревущий лев и птицы в полете — это то, что свободно от человеческого вмешательства, под этими образами также может подразумеваться грозность и нежность Божьей защиты (ср.: Втор. 32:11).

31:6–9 Разгром Ассирии. Сверхъестественное поражение Ассирии описано в 37:36. Но Исайю больше тревожит обращение, чем освобождение; отметим проницательность его оценки ситуации (столько буквально «глубоко»; ср.: 29:15; Ос. 9:9). Ср. стих 7 с 2:20; 30:22. Об огне Господа на Сионе (9) — см. о его свойствах в 33:14.

32:1 — 35:10 О грядущем спасении и о мрачных событиях, предшествующих этому

32:1—8 Царство праведников

Здесь мы видим четвертое пророчество о грядущем Царе (ср.: 7:14; 9:6—7; 11:1—5), изображающее Его величайшее торжество и процветание в Его подданных — от чиновников и до простолюдинов — присущих Ему свойств (дарованных Ему Святым Духом, 11:2; ср.: 32:15). (Отрывок можно перевести как «Если Царь будет царствовать по правде… то…» и т. д. Но знакомый нам вариант одновременно отличается более простым построением и в большей степени соответствует учению Исайи из 7:14 и дал.)

Учитывая множественное число слова князья, верным переводом данного в оригинале слова «человек» будет каждый, как в NIV. Здесь говорится о людях, облеченных властью, которые используют ее также, как Господь использует Свою (ср.: 32:2 с 25:4—5; 26:4). Кроме того, здесь люди используют данные им способности (ст. 3; контрасте 30:10—11; 42:20) и желают обрести новые (4). Более того, истина уничтожит обман, служащий покровом пороку. Со ст. 5 ср. Лк. 22:25–27 о нелицеприятии Господа. Ст. 6–8 — это не предсказание, но пояснение к сказанному в ст. 5, что справедливо подчеркнуто употреблением настоящего времени в NIV.

32:9—20 Нет простого пути к миру

Образ беспечных женщин в ст. 9—13 (ср.: 3:6—26) — это пример в основном пораженчески настроенного общества того времени (ср.: 22:13; 28:15). 10 Если NIV верно передает ст. 10а, то это означает, что пророчество можно примерно отнести ко времени мятежа, направленного против Ассирии, царя Езекии, в ответ на который последовали репрессивные меры 701 г. до н. э. Однако в равной мере ст. 10а может означать «в течение долгого времени». В любом случае, и катастрофа ст. 14, и описание славы в ст. 15—20 превосходят все, что случалось при жизни пророка Исайи. В описании Божьего народа, вышедшего из земного Иерусалима (14, 19), может подразумеваться нынешний век с момента сошествия Святого Духа (ср.: ст. 15).

Основная идея данного отрывка заключается в том, что мир — это не тот дар, который Господь может ниспослать погрязшему в грехе обществу: земля должна быть очищена и вновь засеяна правдой, плодом которой и станет мир (16—17). Для этого необходимо излияние Святого Духа (15), именно в этом секрет разделения с Мессией даров, описанных выше в ст. 1—2. О ст. 15б см. коммент. к 29:17. Образы мирной и утучненной водами земли (напр., в ст. 20) показывают, как действуют на мир новые благословения Господа.