Покаяние, Исповедь, Духовное руководство - Протоиерей Владимир Воробьев

Покаяние, Исповедь, Духовное руководство

Начало

Исповедь является одним из главных средств спасения овец духовных. Хотя это не единственное средство, но в жизни церковной оно занимает одно из центральных мест. Об исповеди можно говорить очень много, кое-что особенно важно для будущих священников. Я, конечно, не могу претендовать на то, что имею какой-то особенный опыт. Лучше было бы, чтобы какой-то настоящий духовник, очень опытный, нас поучил и поделился своим духовным разумением проблемы духовничества, но, как говорится, за неимением гербовой бумаги, пишут на простой; вам придется довольствоваться моими малыми сведениями и мнениями.

Говоря об исповеди, мы должны сразу понять, что здесь имеется в виду, в основном, таинство покаяния. Таинство является одним из самых главных таинств, и дается нам, как благодатный дар, который после воскресения Своего Господь Иисус Христос сообщил ученикам Своим, со словами: «Приимите Дух Свят. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Ин. 20, 23).

По общему рассуждению Церкви, это и есть тот дар вязать и решить, который является, по преимуществу, достоянием священства. И понятно, таинство покаяния, которое с этим даром связано, жило и живет в Церкви на протяжении уже почти двух тысяч лет, всегда оставаясь тождественным самому себе. Это таинство не меняется, ибо оно является таинством духовного врачевания, оно принадлежит духовному миру. Но в истории, как мы знаем, могут меняться формы совершения таинств, меняется чинопоследование таинств, меняется понимание таинств. Само таинство не меняется, его онтологическая сущность остается той же самой. Но понимание той сущности может быть разной в разное время. И более того, мы знаем, что всякое таинство совершается по вере, следовательно, очень часто бывает так, что в таинстве Господь преимущественно дает то или другое, в зависимости оттого, что мы просим с верой. Но это не значит, что таинство стало другим, нет. Скажем, есть таинство причащения Святых Христовых Таин. Естественно, что в этом таинстве мы сочетаемся со Христом. Это главное. Но при этом мы можем всегда молить Бога о том, чтобы благодать, которая даруется в этом таинстве, сделала бы нас радостными и добрыми, а в другой раз — чтобы очистила наше сердце от каких-то страстей, а иной раз — чтобы Господь явил нам Свою волю. В таинстве мы получаем просимое. Так и в таинстве покаяния в зависимости оттого, что ищем, что просим у Господа, можем получать по своей вере различные дары. В разные эпохи народ церковный, понимал это таинство по-разному и просил разное. Очень важно уяснить эволюцию понимания и совершения таинства.

Таинство покаяния принадлежит к числу тех таинств, которые в наше время в наибольшей степени профанируются.

Всякое таинство велико, бесконечно глубоко, всякое таинство соединяет нас с Богом, сообщает нам бесконечную, новую жизнь, сокровенную духовную перспективу. В этом смысле всякое таинство всеобъемлюще и непостижимо. Отсюда и название: «таинство»: оно таинственно, непостижимо для разума человека, оно постигается сердцем в той мере, в какой сердце расширилось. Но таинство покаяния имеет и еще особую трудность — человеческую, потому что в нем человек должен покаяться. Это здесь главное.

В любом таинстве требуется, чтобы человек шел навстречу Богу. В любом таинстве требуется духовная активность, но здесь в особой степени. Здесь нужно, чтобы человек покаялся, увидел себя, захотел измениться, переродиться.

В наше время таинство покаяния стало более трудным для понимания, чем когда-либо. Хотя всем нам известно: вот исповедь, она имеет цель очистить совесть кающегося грешника, все кажется ясным. На самом деле эта ясность именно кажущаяся. В действительности почти не встречаются сейчас люди, которые могли бы как следует объяснить, что же здесь должно быть и как все нужно правильно понять. Причем не только кающиеся не понимают, но и многие священники не понимают.

Существует богословское объяснение таинства крещения, очень много написано о Евхаристии, очень много говорилось о браке, много о священстве сказано. Но о таинстве покаяния написано явно мало.

Таинство покаяния является неким центром, в котором духовник встречается с пасомыми и имеет возможность (и должен) заглянуть в самые сокровенные уголки души человеческой, где он должен научиться помогать человеку раскрыть себя до конца, раскрыть себя пред Богом и перед духовником, ничего не утаивая, преодолевая всякое лукавое, лицемерное, стыдливое желание что-то скрыть, оставить тайным. И в момент такого совершенно особенного самораскрытия, откровения своей души, которое, конечно, требует максимального доверия, священник получает возможность руководить душой кающегося, потому что кающийся приходит и вручает свою душу священнику. Он поступает так, как поступает больной, который идет к врачу. Часто мы болеем, но к врачу идти не хотим, надеемся, что как-нибудь переможется болезнь, как-то поправимся сами. Бывают такие болезни, с которыми особенно неприятно обращаться к врачу. И вот человек оттягивает этот момент, надеется, что как-нибудь обойдется, но болезнь не проходит. И приходится идти, и врач требует выполнения самых неприятных процедур. Человек должен подчиниться, сделать над собой насилие, ради того, чтобы победить болезнь, остаться живым. Нечто подобное происходит и в таинстве покаяния: больной вручает себя, в конце концов, в руки врача, хирурга, ложится на операционный стол, сознавая, что достаточно только дрогнуть руке, и он умрет, но, тем не менее, вручает себя врачу, идет на риск в надежде, что хирург будет добрым врачом, что Бог ему поможет, что он его исцелит.

Однажды мне рассказали, как оперировали двух одинаковых больных. Одна больная перенесла тяжелую операцию и поправилась от смертельной болезни. А когда оперировали вторую, у хирурга дрогнула рука, и он разрезал чуть больше. И хотя больная сразу не умерла, она старта тяжко болеть и умерла через месяц. Этот случай для нас очень показателен. Все это, в каком-то смысле, совершается и на исповеди. Духовник оказывается здесь сразу и терапевтом, и хирургом, и очень часто психиатром, и, конечно, он прежде всего должен быть духовным врачом. Именно врачом. Кающийся приходит и вручает свою душу ему. От того, в какой степени кающийся вручает свою душу, зависит многое.

Есть разница между врачом телесным и врачом духовным. До того, как оказался больной во врачебном кабинете, он, может быть, не думал, что ему велят сейчас, например, глотать какую-то кишку, и таким образом обследовать все его внутренности. Он этого не знал, но, когда пришел, ему сказали: «Нет, ты отсюда не выйдешь, тебя нельзя отпустить, ты иначе умрешь, необходимо….» Его можно уговорить, а можно и принудить; бывает, что родственники госпитализируют насильно тяжелобольных, а врачи усыпляют и делают очень тяжелые операции человеку, который не знает своего диагноза…

И на исповеди может встретиться нечто подобное, но здесь труднее. Здесь никак нельзя обойтись без воли кающегося. Все определяется его волей, его верой. И в руках духовника нет средств насилия, он должен быть искусен настолько, чтобы убедить, расположить кающегося не уйти, не остаться таким, как он есть, больным, а начать духовное лечение. Духовник должен уметь воздействовать на приходящего к нему так, чтобы поставить с должной глубиной проблему духовной болезни, должен дать почувствовать, ее опасность. Здесь требуется дар, который есть не у всех. Здесь требуется определенный опыт общения с людьми и особенная способность к контакту, умение внушить к себе доверие.

Но более всего здесь требуется духовность. Необходимо, чтобы духовник был бы действительно обращен к Небу, к Богу в такой мере, чтобы приходящий сразу же чувствовал реальность духовной жизни. Чтобы он рядом с ним почувствовал, что тут открывается совершенно новая и самая главная сторона его жизни. Нужно, чтобы он своей молитвой, своей жизнью мог привлечь благодатную помощь. Поэтому-то самыми лучшими духовниками всегда были святые люди — не психоаналитики, психиатры и психологи, которые занимаются «службами доверия», дают советы, разбираются в психических состояниях человека. Не они оказываются самыми лучшими врачами духовными, а именно святые люди, которые действуют иными методами, имеют благодатные дары, умеют молиться и умеют призвать Бога на помощь и явить эту благодатную Божественную силу немощному и страждущему человеку.

Очень часто бывает так: в больницу приходит человек, по виду вполне здоровый и даже цветущий, он, скажем, подвернул себе ногу. А ему говорят: «Вы давно не были в поликлинике. Вам нужно пройти такую-то диспансеризацию, обследование». Он этого не хочет, чувствует себя здоровым, но его принуждают. И вот после того, как его обследуют, оказывается, что у него рак, о котором он ничего не подозревает. Думая, что он вполне здоров, он собирается ехать в горы путешествовать. А ему говорят «Нет, Вам нужно срочно ложиться в больницу, обследоваться, нужно срочно делать операцию, нельзя откладывать. И, конечно, в горы Вы никуда не поедете в этом году, даже если операция пройдет благополучно».