Книга Видящих - Основа - Серёжа Тимофеев

Выбор зависит не от желания, а от качества твоего свечения, твоего кокона. Оно само потянет тебя туда, где твоя сила сможет реализоваться полностью. Ты поймёшь это без сомнений.

Стих Второй: Проход (техническое описание видящих)

Проход — это не физическое место. Это состояние собранности, где всё твоё осознание, вся твоя безупречность, весь перепросмотр сжимаются в одну точку — точку сборки, которая становится ярче тысячи солнц.

В этом состоянии мир людей растворяется. Остаётся лишь огненный поток осознания — тот самый, из которого всё рождается и в который всё возвращается. Видящие называют это «лучом Орла», «эманациями».

Чтобы пройти, нужно сделать одно: отпустить последнюю привязанность — привязанность к самому себе как к отдельному «я». Не уничтожить себя, а признать свою истинную природу: ты и есть этот поток. Ты всегда им был. Ты лишь забыл.

Это самый трудный шаг. Эго будет цепляться до конца. Поможет только одно: память о том, что ты уже делал это бесчисленное количество раз, умирая в прошлых жизнях. Только теперь ты делаешь это с открытыми глазами.

Стих Третий: Что остаётся за порогом (несказанное)

Говорить о том, что там, — бессмысленно. Любое слово будет ложью, ибо слова принадлежат миру тоналя, который остался позади.

Видящие, вернувшиеся с порога (таких единицы), говорят намёками. О неописуемой свободе. О том, что индивидуальное осознание не исчезает, а становится чем-то бесконечно бóльшим, не теряя при этом ощущения «я есть». О слиянии с Источником и одновременном сохранении себя как уникальной перспективы этого Источника.

Это не рай и не нирвана. Это следующий эволюционный шаг сознания. Из гусеницы в бабочку. Из сновидящего — в того, кто творит сны.

Стих Четвёртый: Последнее наставление для оставшихся

Если ты выбираешь путь активного воина, помни: твоя жизнь теперь — произведение искусства, посвящённое Орлу. Каждое действие — мазок кисти. Каждое слово — нота в симфонии.

Не будь мрачным. Юмор — признак свободы. Смейся над абсурдом мира, над собственной важностью, над серьёзностью спящих. Но смейся тихо, про себя, с любовью.

Будь бесполезным. Не продавай своё знание. Не основывай школу. Не становись гуру. Если к тебе придут ищущие — давай указания, которые заставят их работать, а не поклоняться тебе. Лучший учитель делает себя ненужным.

И, наконец, люби этот мир. Не цепляясь за него, а как художник любит краски, как музыкант — звуки. Он — твоё последнее поле для безупречности, твой полигон, твой самый сложный и прекрасный сон.

Стих Пятый (Последняя Притча: Ткач и Полотно)

В начале пути ты был нитью, которая считала себя отдельной от полотна. Ты боролся с другими нитями, завидовал их цвету, боялся, что тебя вырвут.

Затем ты осознал, что ты — часть узора. Ты начал видеть свою связь с другими нитями, понять свой цвет и своё место.

Потом ты увидел станок — точку сборки — и понял, что узор ткётся.

Ты узнал Ткача — Намерение Орла — и ощутил его руку.

И в конце концов, в момент полного осознания, ты совершил последнее открытие: Ткач, станок, нить и узор — одно целое. Ты и есть Ткач, ткущий себя в вечность. Ты и есть узор, познающий себя. Ты и есть станок, и нить, и сам процесс творения.

Полотно завершено. И оно совершенно. И оно — живо. И теперь, зная это, ты можешь либо остаться в узоре, радуясь его красоте, либо раствориться в руке Ткача, чтобы начать новое полотно. Выбор не имеет значения. Ибо в абсолютном смысле — выбора никогда и не было. Было только осознание этого факта.

СВОД ЧЕТВЕРТЫЙ: КНИГА ВОЗВРАЩЕНИЯ

Книга 1: О ПУСТОМ МЕСТЕ У КОСТРА

Воин, дошедший до края пути, обнаруживает странную вещь: ему нечего сказать. Знания, обретённые с таким трудом, оказались не сокровищем, а грузом. Сила — не жезлом, а тяжестью. Он приходит к костру, вокруг которого сидят ищущие, и видит, что место учителя уже занято. Его заняли слова, догмы, системы, авторитеты.

Он не садится среди них. Он садится чуть поодаль, в тень. Он становится тем пустым местом, на которое падает взгляд, уставший от яркого пламени ложных ответов. Он — не источник тепла. Он — тишина, в которой отчётливей слышен треск настоящего огня.

Его спрашивают: «Учитель, как нам идти?». Он смотрит на спрашивающего долго, пока тот не замолкает от смущения. И потом говорит: «Тропа начинается под твоими ногами. Не там, где стою я».

Это — первый принцип Возвращения: не заполнять пустоту других своим знанием. Показывать им их собственную пустоту, в которой уже есть всё.

Книга 2: О ДАРЕ, КОТОРЫЙ НЕЛЬЗЯ ПОДАТЬ

Ищущие приносят ему свои чаши — жаждущие, чтобы он наполнил их. Он смотрит на эти чаши. Одни — из позолоченного тщеславия. Другие — из треснувшего отчаяния. Третьи — вовсе не чаши, а сита, готовые просеять любое учение, оставив лишь то, что льстит уму.

Он не льёт в них воду из своего колодца. Он берет чашу и переворачивает её. Пустая, она звенит чистым звуком. «Слышишь? — говорит он. — Это звук твоей готовности. Теперь иди и найди источник, который отзовётся на этот звон».

Его называют жестоким. Скупым. Но он знает: напоить другого — дать ему рыбу. Научить слышать жажду и искать источник — дать удочку. А истинный дар — уничтожить саму идею, что ты нуждаешься в дающем. Он не даёт удочку. Он указывает на существование рек.

Его единственный дар — непоколебимое присутствие. Он просто есть. И в его присутствии чудесным образом пустые чаши ищущих начинают находить свои источники сами. Он — не дождь. Он — давление, которое заставляет родник бить из-под земли.

Книга 3: О ЯЗЫКЕ, КОТОРЫМ ГОВОРИТ МОЛЧАНИЕ