Верхом на тигре. Европейский ум и буддийская свобода - Оле Нидал

Адриана впервые за десять лет идет по улице

Картину усложняли еще и частные армии, и профессиональные киллеры. Звуковой фон ночной Боготы напоминает тир, и Адриана всегда старательно оберегала покой наших Защитников. Только в моей компании, впервые за десять лет, она решилась прогуляться по улице. Все остальное время вне дома она проводила в своей неприметной машине с плотно закрытыми окнами и дверями. Во время моих лекций слушатели каждые полчаса вскакивали и кидались к окнам: именно с такой частотой на одной маленькой улице срабатывала сигнализация в машинах, которые кто-то пытался грабить.

Эдуардо владел четырьмя фермами, но посещать мог только одну – иначе его бы похитили. Два его дяди уже попали в заложники и погибли. Его брата на улице угостили сигаретой со скополамином. Хотя он известен как безобидная «сыворотка правды», на самом деле это сильный яд нервно-паралитического действия. Брата на следующий день нашли где-то в поле, голым, с повреждением мозга.

Вездесущее колумбийское насилие с каждым днем подступало все ближе. Однажды перед нами два джипа выписывали на улице такие зигзаги, что наш консервативный водитель никак не мог их обогнать. «Дилеры, это точно, – сказал он. – Петляют, чтобы их не пристрелили». Наконец мы вырвались вперед – и тут же заметили, что второй внедорожник был оборудован специальной нишей, в которой под открытым небом сидел вооруженный автоматчик. В оружии я разбираюсь со времен службы в датской армии, но такого лица не видел никогда. Оно было словно высечено из гранита.

Вездесущее колумбийское насилие с каждым днем подступало все ближе.

Одна лекция прошла в самой лучшей английской школе страны – ей руководила свекровь Адрианы. Дети порадовали меня своей одаренностью. Другая лекция, в университете Боготы, привлекла целую толпу. Большинству слушателей было за тридцать, как и в Венесуэле, и в США. Двадцать столпов общества приняло Прибежище. Здешний центр помещался в доме, предоставленном Адрианой. Как и везде, буддисты Боготы начали медитировать на Шестнадцатого Кармапу. Они планировали обмениваться записями поучений с Каракасом и Меридой.

Проводы Калу Ринпоче

Тогда трудно было представить себе, насколько плодородной почвой для буддизма Алмазного пути окажутся просторы между Мексикой и Аргентиной. К 2002 году здесь сформировалось значительное количество слаженно работающих и официально признанных центров Кармапы, и они даже экспортировали путешествующих учителей в Испанию. С 1989 года я ежегодно приезжаю в Латинскую Америку, и в этой части света у меня много очень близких связей.

Перед отъездом мы получили от Эдуардо увесистое подношение – семидесятикиллограмовое устройство для ручного прессования кирпичей из сырой глины. Оно предназначалось для нашего нового ретритного центра Берчен Линг под Коринфом. Годы перелетов по прижимистым странам научили нас брать все самое тяжелое в ручную кладь, но провезти эту глыбу железа через Париж во Франкфурт, а оттуда до Афин оказалось хитрой задачей. В Мюнхене нас вывели из салона и проверили багаж на наличие перевеса. Мне пришлось как следует сконцентрироваться, чтобы нести эту машину так, будто она весит не больше дозволенных пяти килограммов.

В Карма Гёне – на пути в Чистые страны

В начале мая Ханна вылетела в Малайзию. Ей предстояло переводить поучения Гьялцаба Ринпоче. 10 мая в Сонаде скончался Калу Ринпоче. Как только Бокар Тулку с Гьялценом хитростью выманили из комнаты назойливых докторов, он сел в позу медитации и покинул тело. Мы оба тогда почувствовали его сильное благословение, а у Ханны из книги выпала его фотография. По пути в Европу Ханна от имени нашей семьи побывала там и почтила память Ринпоче. Нам действительно было за что его благодарить.

Испания

Первые две недели мая мы гостили в чудесном испанском Карма Гёне. Это место ничем не уступает Румтеку, и больше нигде Кармапа не ощущается так близко. Я еще не успел закончить лунг – устную передачу – «умирания в сознании», а у Педро уже пошла носом кровь, а на макушке его благородной головы появилась дырка. За четыре дня все получили знаки. Природа там настолько красива, что прыжок в Чистую страну кажется совершенно естественным. Горы на востоке имеют форму традиционных тибетских драгоценностей – потрясающий вид.

Небольшая ссадина на макушке и капелька крови – типичный знак успешной пховы

Германия

Остаток месяца я провел в Швейцарии и Шварценберге, читая лекции. Затем состоялась чистка, которую нужно было устроить уже давно. Встреча организаторов злосчастного немецкого института шумно продемонстрировала тот факт, что такая идеалистическая работа, как наша, способна продолжаться только в условиях дружбы и уважения. Наши йогины, представители типа желаний, сошлись в схватке с гневными монахами-бюрократами; они не могли понять косное упорство последних в нормировании всего и вся. Постепенно перетянув на себя все организаторские функции, монахи возвели свою безрадостность в официальный ранг. Милая Сис нашла решение: пути наших организаций разошлись, и это было наилучшим выходом. Наконец-то бюрократы стали приносить пользу: у нас теперь было куда отсылать трудных людей.

Адриана из Колумбии сопровождала нас в Венгрию и Италию. То, чему она научилась в этих поездках со мной, впоследствии принесло большую пользу Южной Америке. Объехав наши главные немецкие центры, я в июле полетел на один день в Афины. Там прошла публичная презентация греческого перевода «Открытия Алмазного пути». Хотя на Западе серьезные произведения на духовные темы редко становятся бестселлерами, моя книга расходилась очень неплохо.

Шварценберг

Дания

Главным буддийским событием 1989 года стали посвящения цикла Кагью Нгагдзё на юге Дании. Шестьсот человек пробыли там все три недели, и еще сотни приезжали на несколько дней. Джамгён Конгтрул Ринпоче проводил его впервые, и важным было то, что эта передача состоялась на Западе. В одном из своих предыдущих воплощений Ринпоче носил имя Лодрё Тхае, тогда-то он и составил это собрание посвящений. Почти тысячелетие назад их принес в Тибет Марпа, отец нашей линии преемственности. В этой жизни Джамгён Конгтрул Ринпоче вместе с нашими друзьями получил эти методы от Кармапы в Непале в 1976 году, когда мы большой группой приехали в Азию на автобусах.

Джамгён Конгтрул на посвящениях Кагью Нгагдзё

Все шло прекрасно, и перед последним посвящением Ринпоче сделал то, что казалось невозможным после скандала с Озелом Тензином, – похвалил западного ламу. Подчеркнув, что наша школа мне полностью доверяет, он поблагодарил нас за множество центров и учеников, которые теперь наслаждались благословением Кармапы. Теперь, когда мы выиграли все битвы, он мог высказываться прямо, не опасаясь пролить воду на мельницу чьей-нибудь политики. Его комментарии красиво подытоживали нашу работу последних лет, и у всех осталось радостное ощущение. Когда приходит время принимать трудные решения, ты действуешь один или с самыми доверенными людьми, но торжество победы следует разделять со всеми.

Когда приходит время принимать трудные решения, ты действуешь один или с самыми доверенными людьми, но торжество победы следует разделять со всеми.

Тенга Ринпоче помогал на посвящениях. В августе, будучи в том же пресловутом институте, где мы только что закончили шумную встречу, он произнес похожие слова. Указав на нашу с ним близкую связь, он сообщил, что был свидетелем того, как Кармапа заставил меня пообещать учить в Германии и странах к востоку от нее.

В Берлине Михаэль и Гунда наконец-то организовали здоровую группу немцев и поляков, и туда снова стоило приезжать. Нас ждал дизельный «Опель» для дальнейшего путешествия. В Польше тогда все было в дефиците, и дизельная машина нас очень выручила. За две недели, проведенные в этой стране, мы дважды попадали в аварии и еще дважды нашу машину взламывали. С тех пор мы постепенно пересели на поезда.

Польша

Ремонт в ретритном центре Кухары стоил ровно столько, сколько мы могли на него потратить, – огромное достижение! Чтобы заработать необходимые средства, мои бесстрашные ученики чинили заводские трубы и крыши в Норвегии.

США

Затем мы с Томеком поехали через Пассау в Вену и оттуда вылетели в Лос-Анджелес. То была последняя возможность потратить наши бонусные мили, которые иначе просто пропали бы зря. Ночная поездка из аэропорта на север казалась сном, и в Санта-Барбаре пришлось отдохнуть несколько часов. Дальше на север мы ехали уже на мотоцикле БМВ 750, заткнув уши ватой от холодного ветра. В девять утра мы купили на блошином рынке два подержанных шлема, а еще через час, в Сан-Луи Обиспо – старую армейскую одежду для защиты от тумана. Облачившись в это обмундирование, мы наслаждались виражами на дорогах в необыкновенных прибрежных горах Калифорнии. Особенно забавно было проноситься сквозь группы «Ангелов Ада». Им это не нравилось, но они были слишком обкурены, чтобы гнаться за нами.