Владычество 2 - Рэнди Алькорн

мне так нравится гулять с тобой. Никаких проблем и вопросов, просто приятная вечерняя прогулка.

Они остановились у МЛК прочесть меню уютного ресторанчика.

— Вот это малышка! — воскликнул голос с другой стороны улицы, где стояли двое молодых парней, похожих на дилеров.

— Сестренка, я дам тебе номер моего пейджера, — прокричал второй парень Жениве, — можешь звонить мне днем и ночью. Ведь глядя на тебя, даже слепой прозреет!

Кларенс глянул, нет ли машин, пересек улицу. Они побежали, но у одного шнурки были развязаны, и он запнулся.

— Не успеешь крикнуть «мама», как станешь пригодным для хора мальчиков-кастратов! — прошипел Кларенс. Он не стал бежать за ними, а крикнул вслед, — пусть только кто-нибудь тронет ее, из-под земли достану, ясно!

Он подошел к Жениве, взял за руку. Помолчал, пока пульс не пришел в норму.

— Вот, — улыбаясь, сказала Женива, — мама всегда говорила, что нет ничего приятней вечерней прогулки.

— Хочу повидаться, малыш, — сказал Таю Джи Си. Мальчик гордился тем, что тот хочет с ним пообщаться. Он просто не представлял, что Джи Си, как и любой бандитский чин, просто ищет место для хранения оружия и наркоты. С каждым новичком появлялось больше возможностей, больше власти.

Они встретились в середине дня. Тай думал, что его дядя будет на работе. Но Кларенс пришел раньше и видел, как они подошли к дому. Джи Си держался спокойно, уверенно. Это подходило ему, как привычные джинсы. Тай был несколько натянут, и демонстрировал самоуверенность. Кларенс заметил смазанные гелем кудри Джи Си в стиле раннего Майкла Джексона.

— Привет, Тай, — сказал Кларенс, когда входная дверь открылась. Он старался быть приветливым, но это не обмануло племянника, — что собираешься делать?

Тай двинул плечом.

— Так, ничего.

— И с кем, ты собираешься делать ничего?

Кларенс и Тай посмотрели на Джи Си.

— Мы дорожные псы, — вежливо пояснил Джи Си.

— Дорожные псы?

— В смысле — лучшие друзья, — сказал Джи Си.

— У лучшего друга моего племянника есть имя? — спросил Кларенс.

— Его имя Джи Си, — сказал Тай.

— Привет, Джи Си, рад знакомству, — Кларенс протянул руку. Джи Си лишь коснулся его пальцев.

— Что значит «Джи Си»? — спросил Кларенс.

— Джи — гангстер, Си — крутой, — ответил тот, не моргнув глазом.

— Как появилось это прозвище? Выбрал? Заработал?

— Заработал.

— Если хотите общаться с моим племянником, то Вам лучше сменить имя. Гангстеров здесь не жалуют.

У Тая вытянулось лицо. Джи Си только улыбнулся, как всегда прекрасно владея собой.

— Гангстерство влечет за собой смерть. Сегодня ты — Джи Си, а завтра — МГ.

— Кто?

— Мертвый Гангстер.

Джи Си буравил взглядом Кларенса, как лев зебру, словно прикидывал, стоит ли затеваться, или он вовсе не голоден. Кларенс, не опуская глаз, тяжело смотрел на Джи Си. Роли постепенно менялись. В какой-то миг Джи Си ощутил себя в роли зебры под взглядом льва.

— Ну что ж, малыш Джи Си, — сказал гангстер Таю, — пойдем.

Кларенс положил руку племяннику на плечо, но тот стряхнул ее.

Кларенс хотел удержать его, он не расслышал, что этот тип сказал Таю, только уловил «малыш Джи Си». Со стиснутым сердцем он смотрел, как эти двое уходят.

— Как оно ничего, бра? — окликнул Джи Си двух подростков.

— Классно, бра, — пацаны подняли кулачки и дали какой-то знак Джи Си и Таю. Джи Си махнул в ответ правой согнутой ладонью, что означало «Крипы С», а левой показал знак «60». Тай неуклюже повторил жест.

Даже если у Кларенса и были какие-то сомнения, то теперь они рассеялись: он понимал, что видит не троих гангстеров, а четверых.

Sip**®

К обеду среды Кларенс дописал свою колонку для четвергового выпуска, собрал кейс и ушел из редакции в час дня. Он торчал в редакции с полшестого утра, и у него уже все кости ныли и стремились за город. Он заехал в дом в северном Портленде, переоделся в спортивную одежду, прикрепил к машине велосипедный багажник, на него — горный велосипед, и пружинисто запрыгнул на водительское место. Он выехал в направлении Грешема. При жизни в пригороде он раза три-четыре в неделю срывался в Спрингвотер Коридор Трейл. Теперь из-за отдаленности он мог делать это только раз в неделю, по средам. Но в любую погоду он ждал этого с нетерпением. Это был такой оазис в его нынешней пустыне.

Вечером в четверг гостиную заполонили звуки скрипок, труб, французского рожка, барабанов и цимбал. Двое мужчин, сидя рядышком, наслаждались музыкой. Перед ними проносились синие, красные, черные сполохи и белые точки того края галактики, где парили сейчас их души, связанные с телами, сидящими в квартире Джейка. Это была музыкальная заставка к Дип Спейс Девять. Час они внимательно смотрели передачу, прерывающуюся рекламой.

— Передача становится лучше, — сказал Кларенс, — почти такой же хорошей, как Вояджер или Некст Женерейшн.

— Нет, не настолько, — заметил Джейк.

— Ну, Сиско — лучший из капитанов.

— Лучше Кирка, да. Но лучше ли Дженвея? Не знаю. Он мне нравится, но нет никого лучше Пикарда.

— Пикард? Холодная рыба. По мне, Сиско — лучший.

— Он чем-то напоминает тебя.

— Черный и упрямый?

— Нет, милый и любящий.

— Милый и что? — спросил Кларенс. — Слушай, Джейк, помнишь, как капитан Кирк поцеловал лейтенанта Угуру, в оригинале Стар Трек? Знаешь, что это был первый межрасовый поцелуй на ТВ?

— Я не знал.

— Да, — Кларенс улыбнулся,