Каббалистическая астрология. Часть 3: Планеты - Авессалом Подводный

В наш век разделения и узкого профессионализма люди ценятся примерно как буровые скважины: по глубине и тяжести прохождения грунта. Трудно, конечно, быть одновременно блестящим композитором, поэтом и танцовщиком; тем не менее, есть люди разносторонних и синтетических дарований и нередко им кармически предусмотрено развивать их все — хотя бы и ценой снижения уровня раскрытия каждого из своих талантов в отдельности. Сильная юпитерианско-марсовская энергетика означает, что человек делает хорошо все, чем он занимается, и все это вместе соединяется в единую (по крайней мере, для него самого) картину его жизни — это и есть самоактуализация на высоком уровне, хотя, заметим, самых высоких достижений ни в социализации, ни в узкопрофессиональном отношении у человека не может быть. Для женщины это может быть судьба домашней хозяйки, которая по существу, эзотерическими глазами, является жрицей семейного очага и вполне способна быть женой или матерью (социально, профессионально или духовно) великого человека — но совершенно не сводиться к этой роли.

"Как поздно за полночь ища глазунию

луны за шторами зажженной спичкою,

вручную стряхиваешь пыль безумия

с осколков желтого оскала в писчую".

Это — уровень метафилософии, или философии, предметом которой является та или иная философская система или системы. Типичный пример — теоретическое групповедение, то есть философия поведения группы, которая рассматривается как сложный синтетический объект, состоящий из нескольких людей-микрокосмосов; теоретическая социальная психология находится (в лучшем случае) на юпитерианско-меркуриальном уровне, так как рассматривает отдельного человека как более или менее сложную схему.

На юпитерианско-юпитерианском уровне выступает спортсмен, исполняющий сложную комбинацию, в которую органично вписываются его собственное тело и гимнастический снаряд; практически невозможно написать на сильной юпитерианско-юпитерианской энергетике роман, зато короткие стихотворения философского плана, признаваемые шедеврами, тяготеют именно к ней. Естественный юпитерианско-юпитерианский жанр это философский афоризм — квинтэссенция возможной философской системы или концепции.

Работа на юпитерианско-юпитерианском уровне являет большой соблазн для начинающего теоретика и доморощенного философа, для которых более чем естественным и несложным представляется построение — первым делом — всеобщей теории всего или, на худой конец, данной области знаний, скажем, ботаники. Опытные специалисты прекрасно знают, что такого рода философия или бессмысленна, или бесплодна, или чрезвычайно трудно достижима и обычно требует разработки специального сложного и абстрактного языка. На бытовом уровне юпитерианско-юпитерианская энергия находит свое выражение в обобщениях высокого уровня (чаще всего беспочвенных), кратких и энергичных изречениях или жестах с неочевидным и весьма расплывчатым смыслом, претендующим на всеобщность — атманическую, буддхиальную, каузальную, ментальную, астральную, эфирную и физическую, например:

"Прячась в логово свое,волки воют "е-мое".(И. Бродский)

"Ты не птица, чтоб улететь отсюда;

потому что, как в поисках милой, всю-то

ты проехал вселенную, дальше вроде

нет страницы податься в живой природе".

На этой энергии происходит синтез объекта в реальных условиях, когда, в частности, выясняется, есть ли воля, Божья на его создание сейчас, здесь, теми инструментами и из тех материалов, которые были предусмотрены. Наиболее типичный пример это зачатие ребенка, которое происходит всякий раз как чудо, ибо число факторов, ему препятствующих, неисчислимо, и потому его вероятность, согласно современной медицинской науке, практически равна нулю.

Когда происходит синтез (физическая сборка и первые испытания) объекта, созданного человеческими руками, проясняются многие ранее неочевидные обстоятельства, но и возникают многие неучтенные препятствия; удастся ли их преодолеть, зависит от юпитерианско-сатурновской энергии его создателей и сборщиков. Нехорошо, например, если гайка, которую нужно завинтить, находится в замкнутой со всех сторон камере — но в изделии, сделанном с хорошим юпитерианско-сатурновским запасом, половину гаек можно вообще не завинчивать. Почву под зданием Московского Государственного Университета пришлось заморозить, дабы он не уплыл в Москву-реку и далее по течению в Каспийское море — так материализовалась недостающая первоначально юпитерианско-сатурновская энергия в комплексе: Храм учености + Воробьевы горы (на которых он стоит).

Юпитерианско-сатурновская философия это синтетическая система, создаваемая для реальности, внутри которой находится сам философ, и под час такие системы оказываются для их авторов куда более синтетичными и эффективными, чем прославленные классические и современные философии Запада и Востока: и ошибки, и достоинства, и белые пятна своей философии автор испытывает на себе, и эта обратная связь порой приводит к прекрасным результатам, особенно при сильном Юпитере автора концепции; к сожалению, общесоциальное значение такие персональные синтетические философии получают крайне редко.

Сильный Юпитер дает человека, вокруг которого всегда что-то происходит; при этом не обязательно он сам организует это действие: мощные центростремительные и центробежные силы сначала привлекают к нему людей, а затем неудержимо их отталкивают, проведя через опыт, который что-то необратимо меняет. Те немногие близкие родственники и друзья, которые находятся с этим человеком постоянно, знают, как нелегко удержаться на близкой к нему орбите. Он любит доводить дела до конца, часто даже начатые другим человеком или несколькими людьми; любимый вид его деятельности — на стыке нескольких направлений, каждое из которых может быть им усвоено не слишком глубоко, но результат его усилий порой превосходит возможности любого узкого специалиста.

Синтез это всегда нечто качественно новое, своего рода чудо, рождающееся из обыденности и банальности, и без этого чуда сильному Юпитеру неинтересно — но произвести его на должном уровне не легко, ибо предварительно нужна марсовская проработка нескольких тем или граней объекта, и здесь, включая сильную программу, Юпитер порой представляет в своей занудно-собирающей ипостаси, которая может затянуться порой на годы, причем человек будет чувствовать, что то, что он изучает и в чем совершенствуется — не главное, это лишь часть чего-то, подготовка к будущим делам, но каким именно, он часто не имеет представления. При этом его увлечения (видами деятельности, сферами познания, идеями и людьми) часто носят кратковременный характер: он как бы пылко влюбляется, на короткое время словно погружаясь в новую область (или человека), но, считав необходимую для будущего синтеза энергетическую информацию, быстро охладевает к предмету увлечения (часто сам не понимая, почему — просто становится скучно и — на каком-то уровне — все понятно, то есть неинтересно), переключаясь на что-то еще.

Сильному Юпитеру трудно, но очень важно искать самого себя, то есть свой внутренний синтез; это никогда не происходит безболезненно, так как всегда последний всегда требует жертв и самоочищения: на ржавый болт гайку не навернешь, и не спаяются окислившиеся участки электрической схемы. Кроме того, при синтезе всегда обнаруживается много лишнего, что должно быть безжалостно (или с сожалением) выброшено, так как в новый объект не вмещается, и похоронный звон по отжившим низшим программам подсознания — типичный спутник жизни сильного Юпитера; зато ему редко бывает скучно с самим собой.

Слабый Юпитер дает человека, во внутренней жизни которого редко возникает ситуация завершения каких-либо программ: даже если во внешней реальности что-то такое и происходит (дочь выходит замуж и уходит из родительской семьи), внутреннее переживание соответствующего события смазывается. В обществе ему трудно находиться в центре внимания, если только он не ведет совершенно определенной ограниченной программы; в глубине души он предпочтет быть не царем, а царедворцем.

При сильном Марсе у него будет соблазн стать слишком узким специалистом, и времени для расширения кругозора и изучения иностранных языков ему будет хронически не хватать.

Весьма вероятно, что этот человек не будет слишком цельным; в нем непонятным образом могут уживаться по виду противоречащие друг другу черты характера, устремления и склонности. Спектр его жизни и интересов может быть не слишком широк, но он может, например, долгое время жить двойной или тройной жизнью, почти этим не удручаясь, и представать перед женой, любовницей и престарелыми родителями в совершенно разных ипостасях; если же его спросить: "А какой ты на самом деле?" — он не сможет ответить.