Легионер. Книга 3 - Луис Ривера

Нужно все сделать очень тихо и быстро. Проникнуть в поселение, найти домишко друида, связать его, пронести через всю деревню на плечах и убраться оттуда как можно дальше, путая следы. Знать бы еще, где искать этого старика… Не заглядывать же в каждый дом — мол, извините, не здесь ли живет ваш главный колдун? Значит, придется взять себе проводника. Вряд ли кто-нибудь станет добровольно помогать мне. Так что какому-то варвару не повезет сегодня ночью…

До темноты я просидел в кустах можжевельника, воююя с муравьями, которые так и норовили сожрать меня. Можно было бы перебраться в другое место, но уж очень хорошо из этих кустов просматривались подходы к деревне. Неплохо было видно и центральную площадь и нечто вроде дворца, по варварским меркам, расположенные на самой вершине холма. Этот добротный бревенчатый дом, похоже, и принадлежал старейшине общины. Чуть ниже прилепились построенные из жердей и обмазанные глиной дома людей побогаче, совсем внизу — землянки бедняков. На полях кипела работа, груженые повозки то и дело въезжали и выезжали из деревни — видно, дела у жителей шли неплохо. Слышался молот кузнеца, топоры плотников, мычание скота… Мирная сельская жизнь.

Я вдруг задумался, смогу ли так жить после выхода в отставку. С четырнадцати лет в армии — это не шутка. Большую часть жизни мне предстоит провести под орлом. Если, конечно, не погибну раньше. Например, сегодня… Но, допустим, дослужу до почетной отставки. Получу кучу денег или землю, освобождение от налогов, стану декурионом… Будет у меня свое хозяйство, пара рабов, жена, ребятишек куча. Тихо, спокойно… И скучно. Я постарался вспомнить свой дом, тогдашнюю деревенскую жизнь. Получилось плохо. Так, обрывки какие-то… Но какой-то тоски по тем временам не почувствовал. Опять в земле ковыряться, да радоваться хорошему урожаю олив? Тоска.

Нет, уж лучше на службе оставаться, пока ноги ходят, а рука может меч поднять. Дослужиться до примпила. А там уж можно и в отставку. Хорошая должность в магистратуре, почет, уважение. Может, всадническое кольцо… Или стать префектом лагеря. И разбогатеть можно и вроде как на военной службе. Хорошо. Считай второй человек после легата. Не какая-нибудь штафирка.

Так я лежал в своем укрытии, поглядывал на деревню и мечтал, как всякий нормальный солдат, о том светлом времени, когда действительной службе придет конец. Наверное, если бы не эти мечты, каждый третий солдат стал бы дезертиром.

Пытался высмотреть Куколку, но с такого расстояния и мужчину от женщины-то отличить было трудно. Может, она и работала в поле, да только как разберешь. Ближе к вечеру мелькнула мысль, что можно было бы прихватить какого-нибудь пахаря, чтобы вызнать, где искать жреца. Но это было слишком рискованно. При свете дня запросто могут заметить. Тогда пиши пропало. Одному в чистом поле против всей деревни мне не выстоять. Решил ждать ночи.

Я перекусил остатками сухарей, напился воды из лужи, немного подремал, проверил десять раз оружие, раз сто прокрутил в голове свой план, словом, убивал время. Когда солнце начало клониться к закату, а варвары принялись загонять скот за частокол, я осторожно перебрался поближе к деревне. Подальше от проклятого муравейника. Еще несколько часов. Нужно дать варварам как следует уснуть. Лучшее время для ночной атаки — начало четвертой стражи. Валяться без дела на холодной еще земле, конечно, надоело, но тут уж ничего не попишешь. Ладно, скоро согреюсь.

Наконец, совсем стемнело. Ночь, к счастью, выдалась безлунной. Что ж, сегодня удача не на стороне варваров. Умирать в кромешной темноте не очень весело. Я начал готовиться к атаке. Вымазался весь грязью, чтобы совсем сливаться с темнотой и хоть немного перебить запах — у германцев полно собак. Да таких, что целиком заглотят меня и не подавятся. Настоящие волки. Часть оружия решил все-таки оставить. Ходить, громыхая железом, как целая центурия на марше, не годится. Взял с собой меч, пару ножей да пращу. Остальное припрятал. Мало ли пригодится. Пожалел, что не принес хоть какую-нибудь жертву перед таким серьезным делом, но было уже поздно. Пора начинать веселье…

Пробраться в деревню можно было в десятке мест. У главных-то ворот было нечто вроде сторожевой башенки, в которой дремал часовой, но кое-где частокол превращался в хлипкую изгородь, способную остановить разве что больную корову. Там-то и нужно было лезть.

Помолившись своим предкам и для надежности Юпитеру, я выполз из своего убежища и направился к деревне. Шел, пока это было возможно, вдоль самой кромки леса. Потом одним броском преодолел открытое пространство и затаился. Пока все было тихо. Где-то лениво брехали псы, с другого конца деревни раздавались голоса, но большая часть домов спала.

Через изгородь я перелез легко и бесшумно. Вот и все. Волк среди спящих овечек. Теперь нужно отыскать нужный дом. Если, конечно, их жрецы вообще живут в домах. Им бы больше подошли гнезда на деревьях или норы. Скорее всего, главный жрец должен держаться рядом со знатью. Значит, мне нужно подняться на вершину холма. И лучше при этом оставаться как можно дольше незамеченным. Хоть я и набрался сил за время дороги сюда, рисковать не следовало. Даже хороший опытный мечник не сможет долго выстоять против десятка бойцов, вооруженных копьями.

Стараясь держаться поближе к домам, я заскользил вверх по склону. И за первым же углом лицом к лицу столкнулся с германцем, тащившим на плечах набитый чем-то мешок. Запоздавший крестьянин волокущий домой то, что наработал за день. Рука сама собой метнулась ему навстречу и варвар рухнул истекая кровью, так и не издав ни звука. На лице застыло удивление. Вытаскивая из тела меч, я шепотом выругался. Он бы мог указать мне дорогу к дому друида. Зачем было его убивать? Привычка, выработанная долгими годами походов и сражений. Увидел врага — убей. Она спасала мне жизнь. Теперь же сыграла злую шутку. Нет ничего хорошего или плохого. Есть нужное и ненужное в данный момент. Дав себе зарок оставить следующего в живых, я оттащил тело в придорожную канаву и продолжил путь.

Один есть. Жаль, что это простой землепашец. С другой стороны, этот самый парень, в мирное время пасущий скот или возделывающий поле, начнись война, запрятал бы подальше свой плуг и взялся за фраму. У германцев каждый мужчина прежде всего воин. Так что туда ему и дорога.

Половину подъема я проделал без всяких приключений. Деревня словно вымерла. Ни одного огонька, ни одного звука, кроме храпа. Их счастье.

Но когда я оказался у вершины, пришлось затаиться. На небольшой площади был установлен глиняный очаг, на котором варвары всем скопом готовят пищу. Чуть поодаль, у костерка грелись два варвара. Судя по валявшимся рядом с ними щитам и копьям — что-то вроде часовых. Интересно, что и от кого они тут охраняют? Остатки ужина, что ли? Пройти незамеченным мимо было невозможно — слишком плотно здесь стояли дома. Пришлось бы огибать холм. Впрочем, даже будь такая возможность, я не стал бы этого делать. Очень уж чесались руки.

Я бесшумно размотал пращу, вложил свинцовый шарик в петлю и приготовил нож. Одного из них надо оставить живым, второго можно отправить к праотцам. Оглядев обоих, я выбрал на роль проводника того, что поменьше и раскрутил пращу.

Тяжелый шарик ударил германца прямо в лоб. Тот беззвучно откинулся назад, взбрыкнув ногами. Удачный выстрел. Настала очередь второго. Он сидел, непонимающе вертя головой по сторонам. Но рука уже шарила вокруг в поисках оружия. Я оказался быстрее. Нож с тихим хрустом перерезал варвару горло от уха до уха. Германец так и не увидел, кто испортил ему вечер.

Надо было поторапливаться. Неизвестно, когда придет смена. К счастью, молодой варвар оказался жив. Широкая грудь едва прикрытая грубой холстиной еле заметно вздымалась. Крепкая голова, ничего не скажешь. Такому и шлем не нужен. Я плеснул ему в лицо воды, из его же бурдюка и как следует ткнул кулаком в бок. Помогло. Варвар застонал, открыл глаза и тут же дернулся всем телом. Я приставил нож к его глотке:

— Где живет ваш главный жрец? — прошептал я.

Варвар тупо уставился на меня, выпучив глаза.

— Где дом вашего жреца? — повторил я, выговаривая слова как можно четче.

Не помогло. Он продолжал пялится на меня, не издавая ни звука. Похоже, с пращей я не расчитал. Пришлось встряхнуть его и посильнее надавить на нож.

— Главный жрец. Где он?

— Там, — прохрипел варвар, бестолково вращая глазами.

— Где?

— Наверху. Большой дом.

— Там все дома большие.

Германец озадаченно замолчал. Жить ему хотелось, но придумать, как понятнее объяснить мне, где искать жреца, он не мог. Неудивительно, что пуля из пращи его не уложила на месте. С такой головой ему и баллиста не страшна.

— Значит так. Если хочешь жить, доведешь меня до дома жреца. Ты понял?

Я слегка провел по его горлу ножом. Варвар вздрогнул и кивнул. Кивок получился очень осторожным. Хоть на это ума хватило.