Библия-Миллениум. Книга 2 - Лилия Курпатова-Ким

Слава же о Самуиле, который был одним из первых пророков Израиля и последним из его судий, по стране множилась. Понимая всю трагичность сложившегося положения, Самуил стал подыскивать кандидатуру нового царя. По внушению свыше Самуил отправился в Вифлеем к некому Иессею, внуку Вооза и Руфи, у которого было к тому времени восемь сыновей. Среди них-то и следовало Самуилу отыскать потенциального царя.

Первые семь представленных Самуилу юношей не вселили в него надежды. «И сказал Самуил Иессею: все ли дети здесь? И отвечал Иессей: есть еще меньший, он пасет овец. И сказал Самуил Иессею: пошли и возьми его; ибо мы не сядем обедать, доколе не придет он сюда. И послал Иессей, и привели его. Он был белокур, с красивыми глазами и приятным лицом. И сказал Господь: встань, помажь его; ибо это он. И взял Самуил рог с елеем и помазал его среди братьев его, и почивал Дух Господень на Давиде с того дня и поселе; Самуил же встал и отошел в Раму. А от Саула отступил Дух Господень, и возмущал его злой дух от Господа».

Чтобы унять это «возмущение духа», Саул приказал найти себе гусляра, дабы тот игрою своею успокоил его. Этим гусляром и оказался Давид, младший сын Иессея, помазанный Самуилом втайне от Саула на царство. Давид, как видно по всему, ни о чем не подозревавший, прекрасно справлялся со своей задачей — быть музыко-психотерапевтом при выживающем из ума Сауле.

Как раз в это время филистимляне собрали свои войска для очередного бесчинства на еврейской земле. Но наступать сразу они не стали, а расположились станом между Сокхофом и Азеком в Ефес-Даммиме. Саул же расположил свое войско напротив так, что оба стана стояли на горах, между которыми пролегала долина.

Подобно знаменитому историческому эпосу о битве на Куликовом поле, началу сражения должно было предшествовать единоборство сильнейших воинов — филистимлянина и еврея. Филистимлян представлял Голиаф — исполин из Гефа, а перепуганные насмерть евреи долгое время не могли отыскать для него соперника. Голиаф же кричал им: «Выберите у себя человека, и пусть сойдет ко мне. Если он может сразиться со мною и убьет меня, то мы будем вашими рабами; если же я одолею его и убью его, то вы будете нашими рабами и будете служить нам».

На безрыбье, как известно, и рак — рыба, а потому Давид, попавший в стан воинства израильского совершенно случайно (он занес пропитание своим братьям), вызвался победить Голиафа. «И сказал Давид: Господь, Который избавлял меня от льва и медведя, избавит меня и от руки этого филистимлянина». Все сначала посмеялись над его словами, потом посетовали на Давида, и, наконец, Саул благословил храбреца.

Заручившись поддержкою Господа Саваофа, Давид вышел на Голиафа с палкою и пращей. Голиаф, понятное дело, возмутился, увидев своего четырнадцатилетнего соперника. Уж больно все это показалось ему глупым. Однако казалось недолго, поскольку Давид, особенно не мешкая, достал из своей походной сумки камень и запустил его из пращи прямо в лоб Голиафу. Тот и преставился… Давид выхватил из ослабевших рук Голиафа меч, отсек великану голову и поверг несчастных филистимлян в ужас. Они бежали, евреи бежали за ними и «разграбили стан их».

ОНА пишет о Самуиле и Давиде — это история юношеской влюбленности «младшего» в «старшего», это история очарования и восхищения, это история о том, как самое ужасное, что только может вообразить себе молодой человек, оказывается для него вдруг единственным счастьем и наслаждением.

Борьба сознания человека с желанием — извечная трагедия. В ней открывается то, что есть человек. Нет, он не плод воспитания, хотя зачастую так кажется. Он — желающий, а потому — живущий. Жизнь побеждает, пробираясь сквозь тернии одиночества и пустоты к радости света. Голиаф — не живущий, он имитирующий жизнь покойник. Как и всякий мужчина, который отрицает свое желание в угоду устоявшемуся порядку, Голиаф ищет собственной смерти. Он находит ее… Но победа желания над сознанием — такая же смерть. Странно ли, что гомосексуалы всегда так мучительно думают о старости и о смерти?..

«Искусственность происходящего показалась Давиду ужасной, они перекидываются пустыми словами, вместо того чтобы высказать что-то единственно настоящее, вечно ускользающее от них, какую-то одну фразу, какое-то одно чувство».

Саул и Самуил

Библейская история Саула и Самуила — история сложных и глубоко чувственных отношений, замешанных на надежде и вере. Этот период в истории Израиля — время смены правления Судей на правление Царей. То есть, если до Самуила, включая последнего, власть в Израиле фактически принадлежала «Церкви», то после Самуила и начиная с Саула она стала «светской». Самуил был пророком и напрямую общался с Господом. Однако же дни его истекли, а сыновья его с ролью наследников не справились. Народ захотел царя, чем вызвал сокрушенные причитания Господа. Впрочем, Господь поворчал-поворчал и наказал Самуилу помазать некого Саула на царство.

Саул, сын Киса, был родом из Колена Вениамина. Как свидетельствует Библия, был он «молодой и красивый; и не было никого из Израильтян красивее его; он от плеч своих был выше народа всего». По откровению Господа, Самуил чудесным образом повстречался с Саулом, «взял сосуд с елеем и вылил на голову его, и поцеловал его, и сказал: вот, Господь помазывает тебя в правителя наследия Своего». Впрочем, вхождение на царство не было для Саула простой задачей, предстояли бои с иноплеменниками и сопротивление «несознательной» оппозиции. Однако безусловная поддержка его Самуилом решила дело положительно.

Но и тут не обошлось без конфуза. В сложной военно-политической ситуации Саул решил, что может обойтись без Самуила. Не дождавшись последнего, Саул собственноручно принес жертву Господу перед сражением с филистимлянами. Явившийся с опозданием Самуил то ли не смог перенести нанесенного ему таким образом оскорбления, то ли действительно Господь наточил зуб на Саула. Так или иначе, Самуил разгневался и предсказал конец царствования Саула: «Господь найдет Себе мужа по сердцу Своему, и повелит ему Господь быть вождем народа Своего, так как ты не исполнил того, что было повелено тебе Господом».

Впрочем, все это не вразумило Саула, более того, он допускает еще одну «промашку». Самуил возвещает Саулу о необходимости поразить Амалика, город его и народ его. Кроме прочего, Самуил оговаривает и подробности: «Истреби все, что у него; и не давай пощады ему, но предай смерти от мужа до жены, от отрока до грудного младенца, от вола до овцы, от верблюда до осла». Но Саул был прагматичен и истребил только всякую мелочь, остальное же взял, как объяснял потом, для принесения в жертву Господу. Объяснения эти были проигнорированы. Повод уличить Саула в неверности был найден и пущен в дело.

Самуил лично умертвил плененного царя Амаликитского, ни много ни мало «разрубив» его, а потом отправился в Раму. «И более, — как свидетельствует Библия, — не виделся Самуил с Саулом до дня смерти своей; но печалился Самуил о Сауле, потому что Господь раскаялся, что воцарил Саула над Израилем». Впрочем, история на этом не заканчивается. Господь, глядя на Самуила, говорит ему: «Доколе будешь ты печалиться о Сауле, которого Я отверг, чтоб он не был царем над Израилем? Наполни рог свой елеем и пойди; Я пошлю тебя к Иессею Вифлеемлянину; ибо между сыновьями его Я усмотрел Себе царя». Мы возвращаемся к Давиду…

ОНА видит эту историю так, словно бы просвечивает ее рентгеном. Двое мужчин — любящий и влюбленный, Самуил и Саул. Они разыгрывают заурядную сцену: один мучается, но любит, другой мучается, мучимый любовью любящего. Завороженный и испытывающий отвращение. Вечное «мимо», извечное «никогда». Любовь — это стремление к недостижимому, любовь — это схватка, в которой проигрывают оба. Любовь — это насилие, которое всегда обоюдно.

ОНА смотрит на этих мужчин, ОНА словно бы разглядывает их под тубусом микроскопа. Странно, они остаются мужественными, совершая отнюдь не «мужские поступки». Парадоксально, мужчина, дабы остаться мужчиной, не должен любить, но в нелюбящем мужчине так мало мужского.

Два заряда одинаковой модальности по самой природе своей вынуждены отталкиваться друг от друга, но вечная тяга к подобному не позволяет им разойтись. «И знаешь, это очень справедливо — сначала ты изгадил мою жизнь, а теперь я твою!» Удивительный в своей бессмысленности и абсурдности бой, где сходятся двое, готовые к схватке, где каждый закалывает самого себя.

«Они не то, не там и не так ищут» — ЕЕ резюме. Они ищут, вместо того чтобы иметь, они пытаются стать, вместо того чтобы быть… Глупо.

Давид и Ионафан

Одна из самых печальных повестей, обогативших мировую литературу, изложена на нескольких библейских страницах, это история любви и дружбы Давида и Ионафана. Два разбитных героя, оба мужественны и сильны, оба совершали отчаянные подвиги, оба одержали удивительные военные победы — имели одну душу, одну на двоих.