Пойти туда... - Дия Гарина

– Потому что настоящие археологи. Если мы, любители, – "черные", то они, значит, "белые". Так вот я тут им и говорю: можно я попробую покопать. Чем черт не шутит… Я – везунчик – один раз даже холодильник в "Спортлото" выиграл. Они только посмеялись: лопат, мол, не жалко бери и копай. Ну, я и взял. Иду по кургану, место себе подыскиваю. К интуиции прислушиваюсь. Она в нашем поисковом деле не последнюю роль играет. Один круг сделал – ничего. Молчит моя интуиция. Второй – молчание. Уже на третий пошел… И как подтолкнул меня кто-то. Я даже споткнулся на ровном месте. Ага, – говорю себе – вот оно! И начал копать.

При этих словах я внутренне улыбнулся. Археологам крупно повезло – даже шагающий экскаватор по производительности не шел ни в какое сравнение с моим другом детства.

– Двадцать минут копаю, тридцать. Уже по пояс закопался… Тут лопата о камень клац… и вывернула его. Я еще немножко покопал, смотрю – не скала это – кладка. Собирался честь – по чести народ позвать, а потом "жаба" меня задавила. Никогда еще погребальные камеры не вскрывал… Короче, расчистил я место, стал камушки потихоньку выковыривать. И в самый ответственный момент приносит нелегкая этого Олега – старшего из рабочих. Увидел он камушки мною вынутые, да как заорет: вход нашелся, вход нашелся! Тут все сбежались. Кирилл с Валентином руку мне жмут, поздравляют. Даже упомянуть в отчете обещали. Того и гляди войду в анналы археологии. И стали мы там всем кагалом раскапывать. Раскопали… дыру – метр на метр. А оттуда таким могильным холодом вдруг потянуло… У меня аж волосы на голове зашевелились. Сразу о проклятии вспомнил.

– Сдрейфил, выходит, – поддел я друга.

– И не я один. Все замерли. А "научники" сказали, что пока спускаться нельзя, нужно все запротоколировать, и заснять для истории. Побежали за камерой. А я к тебе. Как раз к началу представления успеем.

И мы успели. Только не на то шоу, на которое рассчитывали…

Мы подошли уже к подножию Шум-горы, когда с противоположной стороны из леса показалась подозрительная группа товарищей. Четверо молодых парней, без следов глубокого интеллекта, на лицах, зато с карабинами. Я многозначительно посмотрел на Витьку, а Витька на меня. От них за километр несло агрессией. Но не успели наши подозрения обрести плоть и кровь, как с вершины кургана донесся крик боли. Четверо рабочих во главе с Олегом, заломили руки Валентину с Кириллом и связывали их прочными капроновыми шнурами. Не требовалось большого ума, чтобы понять – это нападение. Причем спланированное заранее. Четверо бандитов нанялись рабочими, четверо пришли им на помощь, как только раскопали вход в курган.

Два – восемь, не в нашу пользу. Самым разумным было удрать. Но и удрать не получится. Они запросто нас подстрелят, к чему им лишние свидетели…

– Не стрелять! Они мне нужны живыми! Все до единого, – прокричал сверху Олег вновь прибывшим, – Да, с ними еще "телка". Ее тоже приведите. Их палатка ближе к озеру стоит.

Тут, наконец, я решился, и, повернувшись на 180 градусов, кинулся к берегу. Главное – предупредить Ольгу. Она еще сможет уйти, переплыв вытянутое и узкое озеро. В воду эти козлы не полезут, а если и полезут, то зря. Догнать Ольгу в воде без мотора просто нереально. Но для этого мне нужно успеть…

Фора у меня была, бегал я неплохо, но вот хватит ли драгоценных секунд, что бы объяснить Ольге что случилось, и что она должна делать? Проклятый феминизм мог сыграть с нами злую шутку. Раньше когда муж кричал жене: "Беги", она беспрекословно подчинялась. А сейчас жена сначала начнет требовать объяснений, потом думать, потом пугаться, и только потом выполнять. Чем и подпишет себе смертный приговор. Относительно намерений бандитов я не питал никаких иллюзий. Наоборот, события, подсмотренные в прошлой жизни, убедили меня в том, что если кто-то кричит "Брать живым", то этому "кому-то" лучше живым не попадаться.

Вот и расселина. Я преодолел несколько метров одним прыжком и пробкой от шампанского вылетел на прибрежный песок. Ничего не подозревающая Ольга резвилась в воде, издеваясь над Альфой. А именно: сначала ныряет и далеко уплывает под водой, пока обеспокоенная овчарка вертит головой в поисках пропавшей хозяйки. Потом выныривает, и, притворяясь тонущей, подзывает Альфу к себе. И все начинается с начала. Давняя игра, которая так нравится им обеим.

В тот момент, когда я появился на берегу, Ольга, слава богу, как раз вынырнула.

– Ольга! – диким голосом заорал я, – Быстрей плыви на тот берег. Вместе с Альфой. На нас бандиты напали! Да сматывайся ты скорей!

Все-таки с женой мне повезло. Должно быть, феминизм не успел пустить в ней свои глубокие разрушительные корни. Она ничего не ответила, только взглянула… Но так, будто толкнула полуторачасовую речь с трибуны Государственной Думы. В этом взгляде было все – и понимание, и страх, и прощание, и даже надежда, которой уже не было у меня. Я смотрел вслед удалявшейся мощными гребками жене и мысленно шептал слова прощания, подслушанные, уже не помню, в каком фильме.

Прощай, прощай. Навек прощай.К берегам своих мечтаний отчаль,И прости, все, что было забудь.И в путь,Но любовь забыть не обещай.Прощай.

Топот ног за спиной, вернул меня к действительности. Нужно выиграть для Ольги побольше времени. Когда они увидят, что добыча ускользает, то могут пренебречь приказом главаря-Олега. И откроют стрельбу… Я встал посередине расселины, полностью перекрыв проход. На скалы они не полезут, значит, им придется пройти через меня. Из-за приказа: «всех брать живыми», и узости прохода, по которому подойти ко мне они смогут только по одному, – у меня есть шанс выиграть достаточное количество драгоценных минут.

Трое вооруженных людей подбежали к расселине и остановились, увидев меня. Я был безоружен, я был один, но все же они замерли перед входом, и начали тихо переговариваться. Не знаю, что было написано на моем лице, которое все кому не лень почему-то читают как открытую книгу, но желающих первым войти в узкий проход долго не находилось. Или это мне показалось, что долго, а на самом деле прошло совсем не много времени? Не знаю. Наконец они двинулись друг за другом, постепенно втягиваясь в горловину прохода. Первый шел, сняв с плеча карабин, и перехватив его двумя руками, видимо, собираясь воспользоваться им как дубиной. Все происходило в непривычном молчании.

Когда между нами оставалось меньше трех шагов, шедший впереди парень замахнулся, собираясь основательно приложить меня прикладом по голове. Я поднырнул ему под руку и, сократив дистанцию, ответил своим коронным левым апперкотом, потому что правой рукой до сих пор не мог шевелить без мысленных стенаний. До сегодняшнего дня я так никогда не бил. Раньше был азарт и спортивная злость – теперь всепоглощающая ненависть. Отчетливо хрустнули позвонки, и первый бандит, как подкошенный, свалился на руки шедшим позади дружкам. Из-за тесноты каменной щели, в которой не разминуться и двоим, упавший стал на время непреодолимой помехой. И пока молодчики возились, протаскивая его назад у себя под ногами, я получил небольшую передышку. К сожалению, очень небольшую.

Второй архаровец, ставший теперь первым, решил испытать на мне приемы восточных единоборств, которых неизвестно у кого нахватался. Даже не специалисту, было понятно, что он никогда не занимался этим всерьез. И потому попался на простейший прием боевого самбо, который я еще в армии довел до рефлекторного уровня. Любитель размахивать ногами, полетел на землю, ощутимо приложившись головой о каменную стену. Но и я был вынужден отступить.

Оставшийся на ногах третий бандит не спешил. Он положил карабин на приходящего в себя горе-каратиста, а сам вынул из кармана нечто, напоминающее обыкновенный фонарик. "Электрошок, – промелькнуло в голове, – Надо быть поосторожнее". Я полностью сконцентрировался на его небыстрых, плавных движениях, стараясь не пропустить готовящийся выпад. И потому не заметил, как за моей спиной неожиданно сгустилась тень… Резкий тычок в спину, сопровождаемый электрическим разрядом, на какое-то время удалил меня из реальности. Перед закрытыми глазами зарябило от звездочек, черточек и горошин, а когда я их открыл, то обнаружил, что лежу на берегу озера связанный по рукам и ногам. Быстрый взгляд на водную гладь проинформировал меня о том, что Ольга благополучно добралась до противоположного берега и уже успела скрыться среди подступающих к самой воде деревьев. Я с облегчением перевел дух. Миссия выполнена. И что там будет со мной дальше…

– А ты, оказывается, не слабак, – донесся до меня насмешливый голос Олега, который умудрился перелезть через скалы и спокойно подойдя сзади, на совесть обработал меня электрошоком, – Как ты ловко Жорику врезал! До сих пор в отключке…

Его полупрезрительный тон не мог до конца скрыть одобрительные нотки. Словно ему гораздо интереснее было иметь дело с сильным противником, чем вовсе не встречать сопротивления. Он наклонился надо мной, бесцеремонно разглядывая, как будто искал знакомые черты. Потом, видимо не найдя, равнодушно пожал плечами, но прежде чем отдать распоряжения своим подручным, как бы на всякий случай заглянул мне в глаза. И в этот момент я понял, что наше дело – труба…