Повесть об одиноком велосипедисте - Николай Двойник

Делая несколько резких поворотов по дворам, поворачиваю к парку. В нем заметно темнее и холоднее. Хочется ехать быстрее, и я сдерживаю это желание – силы еще понадобятся, впереди долгий день. Но все же ноги крутят педали быстрее, чем я хочу, и я несусь в туманную мглу… Вот эта осень, она, так же как и эти деревья, остается позади, проносятся метры, я не замечаю их, проносятся дни…

В нужном месте я сворачиваю, потом еще раз и еще… Включаю фонарик, это нехорошо, но без него тут никак. Как в страшных фильмах, откуда-то налетает порыв ветра, и конус света выхватывает дрожащие и колышущиеся ветви. Ветер тоже не к месту, из-за него ничего не слышно. Мало того что теперь меня видно, так теперь я еще и не слышу.

Но вот и железнодорожное полотно, слезаю и выключаю фонарик. Иду вдоль путей, а потом углубляюсь в лес. Тихо хрустят ветки и листья. Метров через триста деревья чуть расступаются и становится лучше видно низкое серое небо. Прислоняю велосипед к стволу и подхожу к маленькому абсолютно круглому озерцу.

Я беру деньги. И дальше мой путь прост и незатейлив. Возвратившись к рельсам, я еду вдоль них, делаю несколько поворотов и выезжаю из леса. Пересекаю улицу, в перспективе которой виден автомобиль, и железную дорогу. Дальше снова небольшой лесопарк, дворы, переулки. В домах начинают зажигаться окна. Потом сворачиваю к Яузе и еду вниз по ней до самого конца. Это прощание с городом и теми местами, где я был счастлив. Точнее, мог быть счастлив, но не стал. Теперь моя мечта осуществляется – я еду на юг, неизвестно куда, и не думаю об обратной дороге.

Примечания

1

Эти разрозненные записи я получил лично от Одинокого Велосипедиста незадолго перед его отъездом. Я не чувствую за собой права редактировать их и предоставляю читателю в оригинальном виде. Единственное, на что я рискнул, – записать по памяти некоторые эпизоды, рассказанные мне ОВ и не вошедшие в его записи, и вставить их в текст в наиболее подходящих, по моему мнению, местах. Текст первого отрывка был утерян по моей вине спустя две недели после нашей последней встречи.