До свидания, Светополь!: Повести - Руслан Киреев

— Рыбаки! — шепнул Петя.

У растроганного Аристарха Ивановича перехватило дыхание. Два отца, два немолодых человека любовались своими самостоятельными детьми.

Вышли на шоссе. Машин не было, и они, подождав немного, отправились пешком. Аристарх Иванович поджимал пальцы, удерживая ёрзающие сапоги.

И получаса не шли, а Игоря жажда одолела. Петя напоил его холодным чаем из фляжки. Потом, посадив, перемотал ему портянки. Внимательно запоминал Аристарх Иванович каждое движение.

Наконец их нагнал грузовик. Беспрекословно нырнул Игорь в кабинку. Беспрекословно…

Холодный ветер насквозь продувал Аристарха Ивановича. Он горбился, втягивал, как мокрый воробей, голову в плечи — все равно сын не видит его.

На каком‑то повороте Петя забарабанил, они вышли, и грузовик умчался, оставив их одних посреди пустой и холодной земли, над которой летели дождевые облака.

— Вы идите, — попросил Петя мальчиков. — Мы сейчас, — Он достал фляжку. — По махонькой? Чтоб не мёрзнуть.

Едва не передёрнуло Аристарха Ивановича, когда представил, что придётся вливать в себя натощак отвратительное, обжигающее зелье. У него разбушевалась язва — не водки, а тёплого б молока с содой…

— Можно, — сказал он, — Для подкрепления духа.

К его удивлению, водка пошла легко, внутри стало тепло и приятно, и даже боль вроде поутихла. Он повеселел.

— И брось ты мне выкать! — сказал он Пете. — Просто Аристарх, Арик. Мы же ровесники! Или ты даже старше, а?

Петя медленно жевал хлеб и улыбался. Они догнали мальчиков. Впереди шел Валерка, а Игорь с мотающимися как плети руками еле поспевал за ним. Аристарх Иванович положил на плечо ему руку.

— Устал, рыбак?

Игорь не ответил; он часто оступался.

— Вот и партизанам так было, — сказал отец. — Здесь наверняка партизаны были. Может, на этом самом месте. А ведь сегодня День Победы как раз, — обрадовался он.

Ни слова в ответ. Война его сыну казалась сказкой, которую взрослые изобрели для детей в своих нравоучительных целях.

— Знаешь, кто были разведчиками у партизан? Дети. Вот такие, как ты. — Аристарх Иванович говорил совсем тихо, чтобы ни Валерка, ни Петя не слышали. — И ходили одни, ночью… В тыл врага. А если их ловили…

И он рассказал, что было, когда их ловили. Подумать страшно…

Дядя Паша Сомов — тот выдержал бы любые пытки, это видно сразу. Может, его даже и крутили в застенках, иначе откуда такие страшные шрамы? Но конечно же бесполезно крутили. А вот на свой счёт Аристарх Иванович не обманывался…

Петя догнал сына, что‑то шепнул ему, и тот, с неудовольствием глянув на отца, пошёл тише.

В желудке жгло. Остановившись, Аристарх Иванович прикрыл глаза. А когда с усилием разлепил веки, на него, обернувшись, внимательно смотрел Петя. Аристарх Иванович растерялся, но тотчас бодро дальше двинул.

— Язва! — беспечно пояснил он. — Вчера лишнего хватил! — и он щелкнул по горлу.

Приметливый сосед его смотрел пытливо и серьёзно.

— Ничего? — произнёс. — Может, это?.. — кивнул он в сторону шоссе.

— Ещё чего! Без рыбы — ни под каким предлогом. Ты мне рыбу обещал!

Петя улыбнулся — хорошо и уважительно. Сильным человеком почувствовал себя Аристарх Иванович. Проснувшись, чирикнула неведомая птица. И вдруг любую пытку выдержит он, если на него будет см Игорь.

Он поднял голову. По небу летели клочковатые облака. В просветах синело небо.

Нечаянная ветка шлепнула по лицу. Остановился, удивленно потрогал округлые, вибрирующие от удара листья. Спросил, как называется дерево.

Отец и сын одновременно обернулись.

— Осина! — бросил младший и, не дожидаясь отца, зашагал дальше.

«Это и есть осина», — умиленно подумал Аристарх Иванович. Он так давно знал это название и столько раз видел это дерево, но предмет и слово только сейчас соединились для него.

Вышли к ручью. На траву сбросил Аристарх Иванович заплечный мешок. Когда‑то, в голодное время, мать таскала в нем на рынок картошку.

Вода была ледяной. Он умылся, но пить не стал — язва не любит холодного. Валерка, встав на четвереньки, по–звериному тянул воду. Вспотевший, страдающий ангинами Игорь завистливо кусал губы.

— Остынешь и напьёшься, — тихонько сказал отец.

Сев на камень, осторожно вытянул ноги. Никто не должен знать, что он без портянок…

— Немного осталось, — сказал Петя. — Реку перейдём, а там напрямую.

Все трое стояли, и Аристарх Иванович, незаметно опершись рукой о камень, тоже поднялся.

Река оказалась узкой и быстрой. В один миг перемахнул Валерка на другой берег — по поваленному дереву. Аристарх Иванович в нерешительности остановился.

— Идите, — сказал Петя, вежливо пропуская его. И в голову не приходило, что можно бояться такого пустяка.

С суетливой поспешностью шагнул Аристарх Иванович к дереву. Ногой попробовал — здесь, у края, оно не качалось. Нетолстое, однако, неровное, с подгнившей корой…

— У меня голова иногда… — предупредил на всякий случай.

Поставил одну ногу на ствол, другую и пошёл, неотрывно и напряжённо глядя вниз, руками балансируя.

Ствол слегка пружинил. Быстрое и неожиданно шумное течение создавало иллюзию, будто дерево откатывается. Было мгновение, когда Аристарх Иванович едва не потерял равновесие. Он рванулся вперёд, и через секунду стоял рядом с Петиным сыном. Мальчик смотрел на него с недоумением.

— Головокружение у дяди, — засмеявшись, сказал Аристарх Иванович. И громко, будто тот был не в десятке метров от него, а на другом краю пропасти, позвал Игоря: — Давай, сын! Покажи класс!

Игорь тупо смотрел на дерево. Петя что‑то тихо говорил ему.

— Чего он? — буркнул Валерка.

— Не решается. В первый раз… Ты уж вон какой опытный!

Подлизывался. Да–да, подлизывался, будто из них двоих взрослым был не он, а Валерка.

— Давай, Игорь, давай! А то вся рыба уйдет. Верно я говорю, Валера? — И Аристарх Иванович подмигнул.

Мальчик не ответил.

— Игорь! — теряя терпение, громко позвал Аристарх Иванович. — Ты слышишь меня?

Он уже жалел, что поспешил перелететь на этот берег: будь он там, вдвоём с ним, уж он сдвинул бы его с места.

Петя тем временем осторожно вошёл в воду. Остановился, внимательно глядя под ноги. Аристарх Иванович беспокойно следил за ним.

— Вброд, думаешь? — догадался. — Не надо, он так перейдёт.

— Я перенесу, — сказал Петя, вернулся на берег и стал стягивать сапоги.

— Ни в коем случае! — крикнул Аристарх Иванович. — Слышишь — ни в коем случае!

Петя, успокаивая, поднял руку.

— Тут одна минута… Вода не холодная, — А сам уже за портянку взялся.

Аристарх Иванович мгновение колебался, глядя на дерево, которое опять казалось ему тонким и шатким, потом решился и перебежал на тот берег.

— Ни в коем случае! — повторил он, волнуясь. — Я не позволю. Иди, мы догоним вас.

Петя перестал разматывать портянку.

— Все нормально…

— Нет! — жёстко сказал Аристарх Иванович. — Он перейдёт сам. Иди, оставьте нас одних. Он сам перейдёт! Я прошу тебя, Пётр! — И протянул ему мокрый сапог.

Петя, помешкав, надел сапог, поднялся и, ещё помешкав, спокойно перешёл.

— Идите! — настойчиво повторил Аристарх Иванович. — Идите, идите! Мы догоним вас!

Они подчинились. К Игорю повернулся он.

— Не стыдно? — прошептал, —Ты же мужчинд! Любая девчонка засмеёт тебя! Перенесли, на ручках! Думаешь, мне не страшно? Но я же пошёл. Надо преодолевать трусость, преодолевать — понимаешь? На войне боялись все — и герои, и предатели. Все, без исключения! Только герои умели побороть страх, а предатели — нет. Я тоже боюсь, я никогда не ходил по бревну, но я же иду! Смотри — мне, как и тебе, страшно, но я иду!

Он без колебаний вступил на дерево, быстро прошёл до того берега и повернул обратно, но страха, о котором он говорил, не было в нем. В метре от берега остановился, постоял так, балансируя, и вдруг оторвал от ствола ногу.

— Пожалуйста! — И, как клоун, развёл руками.

Сын смотрел на него исподлобья крупными материнскими глазами. Аристарх Иванович прыгнул на берег.

— Представь, у тебя важное донесение, тебе нужно доставить его в штаб, от этого зависит жизнь людей. Представь, ну! — упрашивал он.

— Я так… — выдавил Игорь. — По воде… Я разденусь.

С мольбой смотрел он на отца. Терпение оставило Аристарха Ивановича.

— Нет, ты не пойдёшь так! — Он задыхался, — Сейчас же иди! Сейчас же! — Он сжал кулаки.

Игорь, испуганно косясь на него, двинулся к воде. Несколько мгновений оцепенело стоял перед деревом, затем протянул дрожащую ногу. Сделал несколько мелких шажков, качнулся, замахал руками, хотел повернуть обратно, вскрикнул и плюхнулся в воду.

Аристарх Иванович не помнил, как тоже очутился в воде. Сын барахтался и кричал дурным голосом. Отец норовил схватить его в охапку, но Игорь яростно отбивался, пока не встал вдруг на ноги. По пояс было ему. Он хватал ртом воздух. В расширенных прозрачных глазах зиял ужас. Аристарх Иванович, скользя и оступаясь, потащил его к берегу. Игорь вырвался. Упал на берегу, но тотчас вскочил, с рёвом побежал прочь. С него стекала вода. Аристарх Иванович бросился следом. Догнал сына, но тот, толстый и скользкий, отбивался от него что было мочи.