Год 1492-й: конец света или начало истории? - Андрей Пустогаров

Поэтому не удивительно сообщение английского посла Боуса о том, что дьяк Щелкалов известил его о смерти Ивана Грозного словами «умер твой английский царь». Добавим, что и герб Ивана Грозного – единорог – совпадал с английским.

3. Строгановы: татарские мурзы или английские купцы?

А что мы знаем о торговой империи Строгановых, обладавшей своей, вооруженной пушками, армией и ставившей города и церкви? Считается, что Строганов был уполномочен Иваном Грозным следить за соблюдением англичанами условий торгового соглашения. Но, позвольте, что же это за условия, если торговля была беспошлинная, то есть бесконтрольная? Методы хозяйственной деятельности Строгановых характеризуются следующим образом: «батожьем засекались насмерть мастеровые и дворовые люди и на свирепой эксплуатации, каторжным трудом создавались разнообразные производства и поставленные с размахом вотчинные земледельческие хозяйства» (Гавлин М. Л. Российские предприниматели и меценаты. М., Дрофа, 2005, с. 12–29). В целом, Строгановы действовали совершенно теми же методами, что и англичане, точно так же давали кредиты московскому царю, просили право на строительство «городков», освоение новых земель, на поиск «медных и железных руд на Устюге, в Перми и в других местах», а также на разработку оловянных и серебряных руд. И получали его. Следует сделать вывод, что параллельно на одной территории существовали две торговые компании, занимавшиеся одним и тем же, говоря современным языком, бизнесом. Читатель, ты, вероятно, готов услышать о жестокой конкурентной борьбе? Ничего подобного. Мы не знаем ни о каких конфликтах Строгановых с англичанами. Так, может, это была одна и та же компания?

Откуда, вообще, мы знаем историю Строгановых? О ней, как водится, России поведал иностранец – Герхард Фридрих Миллер в своей «Истории Сибири». Этот немец принял в 1747 году российское подданство и был назначен придворным историографом. Но свои сведения о происхождении Строгановых он черпает… у других иностранцев. Первым о Строгановых написал голландец Исаак Масс в вышедшем в 1612 году в Амстердаме сборнике «Beschryvinghe van der Samoyeden Landt in Tartarien» («Описание земли самоедов в Тартарии»). Правда, Маас называет их не Строгановыми, а Аниковичами (то есть потомками Аники), но Миллер уверен, что это точно Строгановы. Заметим, что Маас нигде определенно не отождествляет Аниковичей с московитами и русскими. Он пишет, что они на момент начала рассказа живут в Московии в ста милях от Архангельска и имеют низкое происхождения, ведя свой род от сельского жителя (een Land-man). На наш взгляд, отсюда совсем не следует, что Аниковичи коренные уроженцы Московии. Более того, Аника предпринимает усилия, чтобы разузнать, откуда на Двину ежегодно для торговли приходят самоеды. Странно, что этого не знают коренные жители. Отправляя своих людей торговать с самоедами, Аника дает им «колокольчики» (товар явно западного происхождения) и другие «немецкие товары» (Deutsche Cramarye). Далее, разбогатев на торговле с самоедами, Аниковичи решают заручиться поддержкой московских царей и знати, рассказав царскому зятю Boris'y Goddenoof'у о возможностях сибирской торговли. Boris Goddenoof тут же выдает им «грамоту, по которой они без противоречия с чьей бы то ни было стороны могли взять в свое вечное потомственное владение те земли, где только пожелают» и отправляет с Аниковичами в Сибирь своих людей. Вот этих посланцев Годунова, в отличие от Аниковичей, Маас уже четко называет московитами.

– Если ваша версия верна и Строгановы являются английскими купцами Московской компании, то почему бы Маасу прямо об этом не сказать? – можешь спросить ты, читатель.

Несколько забегая вперед, скажем, что Строгановы сохранили свой бизнес в России при всех режимах. В том числе и после ликвидации Московской компании и английской торговли. В этих условиях им совершенно очевидно были не выгодны упоминания о их связях с Англией. Поэтому и появились анекдотические версии о происхождении то ли от новгородских крестьян, то ли от татарских мурз, о которых сообщает Миллер.

4. Колониальная торговля

Итак, что же получила от Грозного Московская компания? Кроме беспошлинной торговли, о чем мы уже говорили:

– исключительное право торговли через северные порты: ни другим иностранцам, ни англичанам, не входящим в состав компании, не дозволено приезжать в Московское государство северным путем – гавани на Ледовитом океане и Белом море открыты для одной лишь компании,

– право торговать с восточными народами, в особенности вести торговлю с Персией,

– право чеканить английскую монету на русских монетных дворах и привилегия «жить везде в России по своему закону» – право суда и наказания над англичанами принадлежит главному агенту компании, русские власти обязаны оказывать ему содействие,

– право иметь свои дворы во всевозможных городах,

– наконец, право самоуправления в широких размерах.

(Кулишер И. М. История русской торговли до девятнадцатого века включительно СПб, Атеней, 1923, гл. 7).

Следует отметить и уже упомянутое право искать в опричных уездах железо и открывать железоделательные заводы (правда, завод на р. Вычегде англичане открыть не успели).

То есть мы видим полную автономию Московской компании, да при этом читаем еще и о том, что англичане что хотели, то и творили с царем Иваном Грозным. Если Россия не была превращена в английскую колонию, то что же тогда колония? (При этом, однако, англичане, по всей видимости, не вторгались во внутреннюю жизнь местного населения, ограничиваясь хозяйственной деятельностью и проживая в своих укрепленных факториях – Дворах). Не удивительно поэтому, что английский исследователь Уиллан считает: англо-русская торговля в 16 веке «во многом напоминала обмен, сложившийся между Англией и её колониями» (T.S.Willan The Early History of the Russia Company. 1553–1603 Manchester University Press, 1956. Цит. по Кагарлицкий).

5. От Москвы до самых до окраин

Московская компания имела торговые дворы в Новгороде, Пскове, Ярославле, Казани, Астрахани, Костроме, Ивангороде, а также на всем протяжении пути от Белого моря до Волги. «У Николо-Корельского монастыря на острове Ягры в устье Двины они устроили свою пристань и поселок. Остров, где росло много диких красных роз, был назван «Розовым» (Rose Island). На нем стояли английские дома и амбары с товарами. Здесь происходила разгрузка кораблей; отсюда на мелких судах, «дощаниках» или «насадах», товар шел в Холмогоры и на Вологду; сюда же доставлялись русские товары для отправки в Англию» (С. Ф. Платонов Москва и Запад в XVI–XVII вв. Л., Сеятель, 1925).

В 1584 г. был построена Архангельская крепость, ставшая еще одним центром англо-русской торговли.

Крупной торговой (а также производственной) базой стала Вологда, которая использовалась купцами Московской компании как:

1) складской пункт «заморских» и русских товаров;

2) место реализации своих товаров, покупки русских товаров и заключения договорных сделок с вологодскими купцами;

3) место, где они разворачивали производственную деятельность;

4) нанимали судовых рабочих («ярыжек»), извозчиков, рабочих для своих промыслов, а также торговых агентов из русских людей;

5) пункт, где они постоянно проживали в качестве представителей торговых компаний и агентов (приказчиков) отдельных купцов. (М. Б. Булгаков Деятельность западноевропейского купечества в городе Вологде в первой половине XVII века// Вологда: Краеведческий альманах. Вып. 4. Вологда, Легия, 2003).

6. Русский экспорт в битве за мировое господство

Говоря о пути в Московию через Белое море, «англичанин Гаклейт еще в 1598 году… сравнивал это открытие с открытием португальцами… морского пути в Индию, а итальянцами и испанцами – неизвестных прежде стран к западу и юго-западу от Гибралтара… Таким образом, открытие морского пути в Московию приравнивалось к открытию морского пути в Индию, а открытие самой Московии – к открытию Америки» (Кулишер, гл. 7).

Из Московии в Англию поставлялись древесина, воск, кожи, мясо, сало, зерно, лен, пенька, ворвань, смола, канаты, корабельные мачты. Заметим, что последние пять наименований являются стратегическим сырьем для развития морского флота. Недаром уже в 1557 году англичане налаживают производство канатов в Холмогорах. Другим производственным центром стала Вологда.

Вряд ли стоит объяснять моряку, какое значение имеют канаты на парусном судне. Или что есть для деревянного судна смола и пакля, получаемая из той же конопли, что и канаты.

«Поставки из России были решающим фактором в становлении английского военного флота. Русско-английское сотрудничество было частью англо-испанского противостояния. Испанский король Филипп II готовился к вторжению в Англию, а Елизавета Английская в срочно порядке создавала флот. Поставки стратегического сырья из России в Англию сыграли огромную роль в исходе военно-политической борьбы, охватившей Западную Европу во второй половине XVI столетия. Противоборство между Англией и Испанией из-за господства на Атлантическом океане становилось неизбежным. Отныне вопросом жизни и смерти для елизаветинской Англии было создание военно-морской мощи. «Английский флот построенный в эти годы и победивший испанскую Непобедимую Армаду в 1588 году был оснащен преимущественно русскими материалами», – отмечает шведский историк Артур Аттман (A. Attman The Russian and Polish Markets in International Trade, 1500–1650 Gotheborg, 1973, p. 6). Огромную роль поставок стратегического сырья признают и другие западные историки: см. С. Brinton, J. B. Christopher, R. L. Wolf A History of Civilization v. 1. p. 413. Московская компания была официальным поставщиком королевского флота. «Россия не являлась монопольным поставщиком канатов и снастей, которые ввозились также из балтийских стран, но российские поставки были особенно важны для флота Елизаветы, а канаты и снасти для тогдашнего флота имели такое же значение, как нефть для современного», пишет Уиллан. Английские моряки признавали, что снасти, поставленные из России, были «лучшие из привозимых в страну». К тому же канаты и снасти, поступавшие из Московии, были дешевле, чем те, что поставлялись из других мест. А потому, заключает Уиллан, северная торговля «была для Англии более важна, чем для России» (Кагарлицкий, гл. 4 Стратегический союз).