Мой милый Фантомас (сборник) - Виктор Брусницин

Консьержка, мадам Фурнье, душевно протянула кисть для поцелуя: Петр Васильевич с первого посещения настоял на церемонии, шутливо обосновав страсть к женским рукам: они передают в широком смысле гармонию женщины – у мужчины рот.

– Мадемуазель, – Петр настоял на обращении («Вы юны – не спорьте!»), он усвоил прием: русским сходило практически все, – я понимаю, отчего Антуан так регулярен.

– Ну что, все готово? – войдя в лабораторию, спросил Антуан у Жюльена, вихрастого, юркого ассистента.

– В общем и целом, – ответил тот, крепко пожимая на русский манер руку Петра Васильевича и похлопывая по плечу. С патроном был приметно суше.

Уткнулись в приборы… Через час Антуан откинул голову, заложив одновременно за нее руки.

– Черт бы вас взял, русских, а ведь все шло как по маслу!

Петр Васильевич самодовольно перекосился на кресле:

– Я предупреждал – чем-то похоже на Робертсоновскую транслокацию.

Давайте скажем прямо, Мари не имела шансов не понравиться. Ее настоятельное сходство с Милен Демонжо – эта актриса угадала Тащилину на самые впечатлительные годы – не то что настраивало, настораживало. Между прочим, когда Петр естественным порядком отметил сходство, чуть скуксилась:

Конец ознакомительного фрагмента.