Последнее падение - Дориана Кац

Марк передал старшему тренеру свою спортивную экипировку и показал не менее привлекательный костюм. Если Алиса была безумием, покорившем этот мир, то Марк был человеком, пытающимся укротить его и выжить. Торс был обтянут чёрной тканью, имитирующей кожу и представляющей собой военную форму из фильмов про космических захватчиков. Руки, также, как и у партнёрши, были обтянуты сеткой, на которой красовались такие же рисунки из страз.

— Вы прям сочетаетесь, — констатировал Русаков. — Я такое люблю.

— Согласна, выглядите как единое целое.

— Ирина Владимировна, — раздалось из радиорубки. — Прекратите отвлекать моих спортсменов, у них осталось три минуты на разминку.

— Валимов как всегда. Не стойте столбом, — обратилась она к ребятам. — А то он меня сожрёт с потрохами, — она приостановила Алису, когда Марк занялся разминкой шагов и твизлов. — Тебе очень идёт новый образ, Ким, да и платье ему под стать.

— Спасибо, — слегка смутившись, тихо ответила та и, последовав примеру партнёра, начала раскатываться.

Музыка разнеслась по всему катку, когда танцевальная пара заняла свою начальную точку. Алиса изворотливо обходила Марка, каждый раз выскальзывая из его рук и будто зовя за собой, куда-то в глубину мироздания. Танец был настолько хорошо соткан, что Славянская положила на борт блокнот, в который обычно записывала все ошибки подопечных, и начала просто наблюдать за происходящим.

— Не думаешь, что она торопится? — спросил у старшего тренера Виктор Станиславович. — Марк за ней не поспевает.

— Это уже его проблемы, пусть научится быстрее ездить. Кауфман, ты идиот, — рявкнула Ирина Владимировна, когда Марк оступился на твизлах, чуть не подбив за собой партнёршу. — Смотри, что ты делаешь, придурок!

— А девочка то расцвела.

— Это да, — поддержала Русакова женщина. — Я боялась, что они посредственная пара, где партнёр привлекает больше внимания к своей персоне, чем партнёрша. Но как ты видишь, она не потерялась в его свете. Правда теперь уже Алиса начала затмевать Марка, но это проблемы мальчишки. Теперь она действительна достойна любых наград. Так что пусть этот идиот соответствует её уровню.

— А что за музыка? Вроде же под другую собирались катать? Она пусть и быстрая, но нетипичная для ритм-танца.

— «Mad World» Unsecret. Задумка Валимова, после того, как Алиса отказалась кататься под джаз. Илья Игоревич в этом сезоне решил поэкспериментировать и как видишь, очень даже неплохо. В целом, их костюмы хорошо передают смысл композиции. Там про что-то разрушенные миры и неизбежность краха всего живого.

— Чего я ещё ожидал от Валимова? — рассмеялся Русаков. — А по произвольной что?

— Всё также, партия чёрного лебедя из «Лебединого озера».

— Значит ты всё-таки уговорила Алису надеть пачку?

— У меня нет лишних жизней, — Славянская переложила карандаш из одной руки в другую. — Мы сделали совершенно новый образ по моим эскизам. Платье чёрного цвета, скорее похожее на камзол, верхняя часть которого полностью из сетчатой ткани. На груди вырез, открывающий декольте со вставкой телесной сетки, а по краям разреза красные и золотые стразы, выложенные в форме перьев и других узоров. На плечах эполеты, созданных из золотистых камней и парочки шипов.

— И давно ты стала подрабатывать дизайнером? Тебе же вроде только за тренерскую работу платят.

— Платят то да, но иногда у меня появляется такое чувство, что я работаю нянькой в ясельной группе, не иначе.

— Ну как я справилась? — спросила у меня Алиса, когда Татьяна отправилась на разминку.

— Потрясающе! — радостно крикнула я, обнимая девушку. — Ты будто рассказывала историю своей жизни. Такого я ещё никогда не видела.

— Было проделано немало работы, но я тоже довольна.

— Ты останешься посмотреть на мой прокат? — я посмотрела на неё, выпятив нижнюю губу.

— Останусь, радость моя. Куда же я денусь, — она вновь обратила своё внимание на лёд, рассматривая спортивные пары. — Кирилл с Таней какие катают?

— Вторыми, — я положила руки на борт, немного перенося вес и расслабляя спину. — Только не знаю, как они будут катать сегодня.

— Всё ещё не помирились, — задумчиво констатировала Алиса.

— Тебе Кирилл ничего не рассказывает про их отношения?

Девушка лишь улыбнулась и потрепала меня по голове:

— Мы вообще не говорим о спорте. У нас немного другие мысли в голове летают, — заметив интерес, проснувшийся у меня в глазах, девушка щёлкнула меня поносу. — Ничего тебе не скажу, даже не проси. Ещё слишком маленькая.

Я лишь тяжело вздохнула и указала в сторону Трубецкого и Совиньковой:

— Мне так нравятся их костюмы. У Тани платье из чёрного переходит в красное, а Кирилла костюм наоборот из красного в чёрный. Так красиво смотрится.

— Знаешь, Мороз, — Алиса слегка передёрнула плечами, расслабляя затёкшие мышцы и разминая шею. — Я иногда удивляюсь нам. Как можно кататься на одном катке, но не знать под какую музыку кто катается? Может я одна такая?

— Да нет, я такая же. Просто за пределами льда мы действительно редко говорим о спорте, поэтому мало осведомлены в подобных вопросах. А когда находимся на катке, анализируем лишь собственные программы, не замечая остальных. Я вот до сегодняшнего дня вообще не знала, что вы поменяли музыку.

— А ты под что у нас катаешь в этом сезоне?

— Ты посмеёшься, — я сняла кофту, слегка морщась от холода и показывая свой костюм. — Но короткая программа у меня под саундтрек из «Алисы в стране чудес», — девушка действительно начала хохотать, а я достала из кармана олимпийки заколку в виде шляпы и приколола её к специальной петельке на плече. — Только катаюсь не в образе Алисы.

— А в образе Шляпника, — перебрила меня Ким. — Ты не подумай, я смеюсь не над тобой, а над комичностью данной ситуации. Просто свой первый взрослый старт я катала как раз именно в образе Алисы, а Кауфман в образе Шляпника. Тебе очень идёт, Мороз, — она приблизилась, чтобы рассмотреть моё платье. — Надеюсь ты справишься с этой ролью. А второй образ какой?

— Тут уже сложнее, — с подачки Ким, я вновь набросила кофту на плечи, чтобы окончательно не обледенеть. — Илья Игоревич решил, что мне пойдёт образ, связанный с Нарнией. Я изображаю саму себя, которая оказалась в том волшебном мире.

— Хотелось бы мне такую программу, — девушка тяжело вздохнула. — Повезло тебе, Лина. А там платье какое?

— В сине-голубых тонах, с витиеватыми узорами.

— Действительно, Валимов превзошёл сам себя. Слушай, если изображаешь саму себя, то ты уже придумала свою историю?

— Да! Конечно! — радости в моём голосе стало ещё больше, поскольку теперь я могла рассказать сюжет своего выступления ещё кому-то,