Последнее падение - Дориана Кац

Чёрное пятно в океане розового безумия. Не сказать, что Алиса была против своего имиджа «блондинки в розовом», однако бывали моменты, когда ей хотелось надеть тёмную потасканную футболку и потрепавшиеся джинсы. Марк полностью лишал её такой возможности, навязывая свои стандарты и контролируя каждый шаг. Однако, когда эмоциональное состояние девушки уходило в ноль, она снимала кольцо с цепочки, что красовалась на шее, и надевала на палец, восстанавливая свой разбитый внутренний мир.

«Последняя из единорогов» — такая фраза, написанная тонким шрифтом, была выгравирована по периметру кольца. Чёрный цвет плавно переходил в синий, смешиваясь с фиолетовым, а маленькие серебристые блёстки напоминали звёзды. Это украшение точно отражало внутренний мир Алисы, который был также схож с космическим пространством.

Это один из немногих подарков от её тётушки, который девушка оберегала ценой своей жизни.

Вроде бы, совсем простое кольцо, некоторые могли бы назвать его безделушкой, но как только Ким надевала его на безымянный палец левой руки — приходило спокойствие и безмятежность, которые возвращали её в безграничные миры мыслей и мечтаний.

Цитата, что красовалась внутри кольца, тоже не была простой случайностью. Так называлась первая книга, которую Алиса смогла прочитать без упрёков и подгонок со стороны родителей. Эта то самое произведение, которое стало ключом к безграничным сказочным просторам. Прочитав за пару недель все книги Питера Бигла, Ким двинулась покорять новые книжные миры, поглощая их один за одним.

Сказки о драконах и магических существах, колдунах и эльфах, истории о настоящем, которое переплелись с прошлым и будущем, вымыслом и сном, рассказы о бесстрашных рыцарях и безжалостных ассасинах. Женщины, что покоряли Империи, мужчины, что склоняли перед ними головы и клинки, те, кто могли в одиночку противостоять всему миру, не боясь потерять собственную жизнь и статус. Всё это сделало из девушки настоящую мечтательницу.

«Ты легенда, Алиса, легенда. И не в том смысле, что великая, а в том, что ты не принадлежишь этому миру и повествуешь о другой природе. О тех далёких краях, где мечтают оказаться странники и тех безграничных высотах, до которых не добраться простым смертным. Ты дитя историй, которое заперто в этом скудном сером мире в человеческом теле. Я сочувствую тебе, а потому, хочу кое-что дать. Пусть этот подарок станет твоей путеводной звездой. Не забывай о сказках, пусть они живут в сердце, и тогда весь мир будет сиять яркими красками.» — так однажды сказала тётя, перед тем как надеть кольцо на палец племянницы.

Алиса часто задумывалась, а не заразно ли тётушкино безумство? Возможно красноречие, которое она явно приобрела благодаря родственнице — первый признак прогрессирующей болезни. Но это волнение было поверхностным. Главное, что девушка наконец-то обрела ключ, от своего потайного мира, недоступного для окружения.

— Давай я сама решу, что мне носить, а что нет, — жёстко ответила та, крутя кольцо на пальце. — Мы на тренировке, камер здесь нет, можешь выдохнуть.

— Зато тут могут быть пары из других групп. Думаешь они не захотят продать пару интересных фактов о наших отношениях?

— Угомонись, — Алиса вновь перекинула волосы через плечо и развернулась. — Выключи своё величие, глядишь и мания преследования исчезнет. На сегодня всё, — уходя сказала та. — Я устала.

Однако отойти далеко она не успела. Марк резко дёрнул её за косу и потянул на себя, тем самым останавливая попытки к бегству:

— Тебе каждый раз нужно напоминать? Ты будешь делать то, что я скажу и говорить то, что я продиктую. Кто-то давал тебе право мне перечить? Запомни Ким, ты нервируешь меня ещё больше, чем я тебя. Ты не особенная, не избранная. Как только контракт закончится, ты перестанешь быть кому-то нужна. Кирилл сразу отлипнет, я испарюсь, а Трубецкая… У этой ненормальной, на фоне поступления в медицинский университет, развился синдром спасателя, поэтому она так в тебя вцепилась, но это тоже ненадолго.

— Ты слишком плохого мнения о своём друге, — прошипела Алиса, пытаясь вырвать волосы из крепкой хватки партнёра. — Лучше бы о себе побеспокоился. Что ты наобещал девчонке? Она аж документы забрала у Славянской.

— Кирилл играет с моей игрушкой, а я немного поиграюсь с его. Ничего критичного я ей не обещал. Просто… Немного потешил девичьи мечты.

— С каких пор мы стали вещами, Кауфман? — Ким выдернула волосы из рук Марка и схватила того за запястье правой руки, чтобы немного усмирить мальчишку. — Не боишься обжечься? Ты же такой ранимый. Всю жизнь на катке, без любви своей мамочки, совсем один. Никчёмный коммерческий проект! Так она назвала тебя перед переводом к Славянской? Или там были слова похуже, Маркуша? Она ведь надеялась, что из её сыночка сделают что-то стоящие. А ты как был ничтожеством, так и остаёшься на самом дне. Сколько бы ты не дал, этого недостаточно твоей мамаше. Комично, не правда ли?

— Закрой рот! Никто не давал тебе права лезть в наши отношения. Запомни, Ким, если я ещё раз увижу или услышу, что ты меня ослушалась, ты собственное имя забудешь. Я устрою всё так, что ты потеряешься в моей тени, Алиса Ким. И в качестве первого предостережения, — он быстро стянул кольцо партнёрши с руки и убрал в карман. — Я пока подержу его у себя. Возможно тогда, ты перестанешь дурачиться и вернёшься к реальности.

***

— Можно не так громко хлопать дверью? — спросила Трубецкая, когда её соседка ворвалась в комнату, чуть не выбив дверь и собирая пару косяков по дороги. — Что-то ты не в настроении.

— Не трогай меня, — рявкнула на неё Ким.

— Ууу, кажется кого-то укусили за бочок, — Лия ехидно улыбнулась и уставилась на представительницу танцев на льду. — Марк опять показывает коготки?

— Ты хоть раз в жизни можешь промолчать?

— Нет. Мне просто интересно, сколько ты будешь это терпеть? Не надоело самой? Ты ведь можешь выплатить всю сумму, которая прописана в контракте, прямо сейчас. Денег у тебя предостаточно, Ким. Так в чём же проблема?

— Я не знаю, как жить дальше, — констатировала та. — Разве есть что-то за пределами танцев? Мне уже не стать одиночницей, не кататься в спортивных парах, а шоу… туда ещё пробиться нужно. А это значит, что если сейчас я покину танцевальные дуэты, то уже никогда не выйду на лёд. Чтобы я не говорила, но я привязана к этому месту. Мы все продали душу дьяволу по имени Славянская и её ледяному дворцу, подписав договор собственной кровью. Теперь никто из нас уже не сможет жить по-другому сценарию.

— У меня есть предложение, — Лия поправила чёрную