Последнее падение - Дориана Кац

С огромной кипой бумаг и чемоданами, я расположилась на лавочке рядом со входом, пока мама в пятый раз проверяла вещи по списку. Однако я была уверенна — она всё-таки что-то забыла.

— Носки, колготки, резинки, три пакета с леденцами, — перечисляла мама, ставя галочку напротив каждого пункта в списке. — Каролина! Водолазка в чемодане? Я точно её забыла!

— Нет мам, не забыла. Ты ничего не забыла, всё в чемодане, — успокаивала её я, хотя понимала, что она всё равно забыла что-то положить. — Который мы проверили четыре раза. Смысл ещё раз этим заниматься?

— На всякий случай, — парировала она. — Ты ведь не на неделю едешь, а на целых пять месяцев. Важно, чтобы у тебя было всё необходимое.

— Документы проверить не забудь.

— Конечно, давай их сюда, — она протянула руку, требуя передать ей папку с документами. — Проверю.

— Мам! Я же пошутила. Если я что-то забыла, хотя это маловероятно, — прервав дальнейшие споры, размышляла я. — То попрошу у Тани, она не откажет.

— Лина, я ведь говорила, — меня наградили строгим взглядом негодования. — Ты идёшь туда работать, а не дружить.

— Но мам…

— Никаких «но». Повторю ещё раз, она будет твоей подружкой, пока ты не представляешь для неё угрозы. А что если тебя поставят в пару? От вашей дружбы и следа не останется.

— Мам, такого не случится. Я уверена, что мне не придётся выбирать между спортивной карьерой и дружбой.

— Смотри не обожгись. И запомни, доверять можно только себе и тренерам. Теперь они твои самые близкие соратники, поэтому они никогда не сделают того, что может тебе навредить, — сказала она, поглаживая меня по голове. — Не забывай, что ты в любой момент можешь мне позвонить. Я всегда готова тебя выслушать. И предупреждай о своих выступлениях заранее, я буду откладывать всю свою работу и приходить, чтобы оценить твои результаты. Я люблю тебя, золотце.

В этот момент по моим щекам покатились слёзы. Я не любила плакать, но это был особый случай.

«А надо ли мне всё это?» — именно такая мысль промелькнула у меня в голове.

Ведь всю мою жизнь мама была моим самым ближайшим соратником. А теперь её место должен занять кто-то другой. Мне этого не хотелось. Я боялась, однако меня влекло будущее, о котором я грезила.

Мама присела на корточки, вытерла мои слёзы, после чего продолжила:

— Это сложно, я понимаю. Но это то, чего ты всегда хотела. Ты сильная, дружок. Я никогда в тебе не сомневалась и никогда не буду. — Она протянула руку к моей щеке и нежно похлопала так, как может только мама. — Тебе пора.

— Мам, — она слушала меня со всем вниманием. — Спасибо. Я бы не дошла до этого без тебя. Я тоже тебя люблю, и буду скучать.

После этих слов я повисла у неё на шее, запоминая её запах и тепло, которое вновь почувствую ещё не скоро. В этот момент двери общежития распахнулись, и на пороге появилась рыжая бестия — Татьяна Совинькова.

— Доброе утро, — она протянула руку моей матери, когда та отпустила меня из объятий. — Я Татьяна, соседка вашей дочери по комнате. Вы не волнуйтесь, я о ней позабочусь. Со мной не пропадёт.

— Рада знакомству. Варя, — представилась мама и пожала той руку, после улыбнулась. — Уж пригляди за ней.

— Без проблем. С ней всё будет отлично, да и на Новый год она к вам вернётся, — она подхватила пару моих сумок и продолжила: — А нам уже пора, много чего нужно сделать.

Бросив на маму прощальный взгляд, я прошептала:

— До встречи, мама.

— До встречи, — ответила она. Я взяла оставшиеся вещи и двинулась в общежитие. — Я тоже буду скучать, золотце. Не забывай, что ты обещала передать мне привет по телевизору. Я буду ждать.

Развернувшись, я улыбнулась и сказала:

— Конечно, передам. И не один раз.

***

Таня достала из кармана ключи, на которых висело огромное количество брелоков. Заметив моё повышенное внимание к связке, она протянула их мне и сказала:

— Они с различных соревнований и городов. Моя коллекция.

— Красивые. Их так много. Не тяжело постоянно таскать в кармане?

— С учётом того, что я их постоянно теряю — нет, не тяжело. Теперь будем с тобой соревноваться — кто больше соберёт брелоков, — хмыкнув, сказала она и вставила ключ в замок. — Раньше я с Дианкой соревновалась, но теперь буду с тобой. Жаль, что вы так и не познакомились. И надеюсь, ты не веришь в суеверия, комната то тринадцатая.

— Нет, хотя надо бы. Мне ведь ближайшие годы придётся тренироваться у Ирины Владимировны.

— А ты мне нравишься, вроде я уже об этом говорила. Мы быстро подружимся. Иринка — это одно сплошное помешательство. С ней не только в суеверия поверишь, но и подношения делать начнёшь. А, точно, алтарь я тебе позже покажу, — после этой фразы раздался тихий и зловещий смех. — После посвящения…

— Посвящения? Мама говорила, что секты запрещены законом. Я не стану вступать.

— Успокойся. Тем более ты уже часть секты «Сияющих». Заходи, — она открыла дверь и указала на правую часть комнаты. — Эта сторона твоя. Шкаф, стол, стул и кровать, думаю всё понятно. Ключ и форма на подоконнике. Расписание есть в коридоре. Правда в учебное время оно поменяется, но не кардинально. Рассказать вкратце? — спросила она, а после моего положительного кивка продолжила: — Подъём в семь. В восемь завтрак. В девять сухая, обычно там ставят ОФП (общая физическая подготовка), но иногда Иринка зверствует, поэтому мы бегаем кросс. В одиннадцать ледовая тренировка. После хореография. И наконец-то перерыв на обед. В два часа вторая ледовая и СФП (специальная физическая подготовка). Ужин и свободное время. График в ванну у нас расписан. Наше время в семь пятнадцать, очень удобно. Всё понятно?

— Да, всё понятно. Вроде ничего сложного.

— Тогда время зря не теряй. Но тебе повезло, успеешь освоиться, — она резко разъехалась на поперечный шпагат и уставилась в телефон. — И да, я часто тренируюсь в комнате, так что привыкай. Не люблю ходить в зал. Обычно меня можно увидеть там только в тренировочное время.

— Но почему? Там же удобней, есть всё необходимое. — Поинтересовалась я.

— Там Кирилл, — сухо ответила Таня. Только вот я совсем не понимала причину её отказа от спортивного зала. Поэтому она пояснила. — Он меня бесит.

— Но вы же напарники. Я думала вы постоянно вместе, и понимаете друг друга без слов.

Таня перевела левую ногу за себя, продолжая тянуть уже шпагат на правой ноге, и сказала:

— Понимаем. И вообще это наш основной способ общения — мысленно. Мы