Последнее падение - Дориана Кац

— Кирилл, — Алиса показала ему, что произойдёт, если тот не перестанет дразнить партнёршу и всё её окружение.

— Не упрекай его, Лиса, — Марк положил руки партнёрше на плечи, прижимая её поближе к себе, получив в отместку лишь неприличный жест прямо перед носом. — Тут же дети, Алиса! Прекращай своими пальцами в меня тыкать.

— Благодари, что я не опробовала на тебе свой новый маникюр, — она покрутила рукой с длиннющими красными ногтями. — Я ведь могла выколоть тебе глаз, а лучше два.

— После тренировки, всё после тренировки, — парень слегка поправил своей партнёрше причёску, убирая выбившиеся пряди за уши. — Почему не убрала волосы как следует? Мешаться будут же.

— Лак дома забыла, — сухо ответила Ким.

— Как обычно. Я же написал, что оставил его в прихожей, в третьем ящике. Зайди потом ко мне и забери банку, у меня всегда для тебя имеются запасные вещи.

— Прекрати, — она оттолкнула парня от себя, стряхивая следы его прикосновений. — Нервируешь. Мало того, что бываешь у меня в квартире, когда захочешь, даже не предупреждая, так ещё и на тренировках прохода не даёшь. Я хоть глоток воздуха могу сама сделать?

— Можешь, конечно. Просто тебя везде и во всём нужно контролировать, по-другому никак.

— Себя контролируй, я без тебя прекрасно справляюсь. И верни мне мои ключи от квартиры, я собираюсь замок менять, я где-то свой комплект потеряла.

— Ничего удивительного, — Марк вновь положил руки ей на плечи. — Отдам, когда вернёмся в комнаты. И я жду новый дубликат.

— У тебя есть ключи от её квартиры? — удивлённо спросила Татьяна. Она явно не ожидала такого расклада.

— Конечно, мы же партнёры. Я периодически к ней заглядываю.

— Ох уж этот тотальный контроль, — упрекнула его Трубецкая, успевшая появиться в поле зрения. — Ты поэтому отказалась жить в Академии, Ким?

Алиса Ким — одна из тех спортсменок, которая не жила на территории объединения «Дар», предпочитая жить за пределами железного забора нашего спортивного городка. Она объясняла это тем, что так она независима от спортивной индустрии в своё свободное время. Ким никогда не ставила спорт на первое место, постоянно говоря, что первоначально — она свободная личность, требующая уединения и покоя, а не шумных коридоров и постоянной беготни. Возможно так она пыталась отделить ту оставшуюся, свободную часть себя, которую не хотела погружать в мир фигурного катания. А возможно, ей просто настолько сильно нравилось одиночество, что она уже полностью стала его частью. Увы, но нам она этого никогда не расскажет, ведь то что происходит у неё в голове — это лишь её проблемы и переживания, которые совершенно нас не касаются.

— На лёд выходим, — скомандовала Славянская. — У меня есть для вас пара слов наставления.

Никто в Академии не решался выходить на ледовую площадку без тренера, ведь в противном случае — это каралась наказанием в виде штрафных кругов. Ответственность за наши жизни, особенно за жизни несовершеннолетних, нёс весь тренерский штаб, и возможные травмы, которые были получены на ледовой арене в период их отсутствия, также ложились на плечи уставших тренеров.

Сняв чехлы, я ступила на ледовое покрытие и затряслась с новой силой.

«— Всего лишь скольжение, здесь нечего осуждать. Им всё равно на меня, я для них всего лишь очередная мелкая девчонка. Да как тут быть спокойной?! Я сейчас буду тренироваться с действующими чемпионами мира и страны! Я себе такого даже представить не могла!» — я тихо визжала от восторга, перебирая в голове все возможные варианты развития событий.

— Успокойся, — шепнула мне, стоящая рядом Сова. — От твоих трясок сейчас каток перевернётся, — она положила свою руку мне на бедро, пытаясь успокоить бушующие нервы. — Они такие же люди, как и мы. Я понимаю, что для тебя это в новинку, но привыкай. Теперь ты будешь видеть их постоянно.

— Не могу, — я закрыло лицо руками. — Ты только представь — они чемпионы!

— И что?

Татьяну явно не волновали подобные вещи.

— А вдруг я в кого-нибудь въеду?

— Не ты первая, не ты последняя, — она слегка улыбнулась. — Я на первых сборах со всей дури влетела в пару Аськовой и Тасманова, а они, на тот момент, уже были чемпионами мира и призёрами Олимпийских игр. Вот смеху то было. Олеся буквально вылетела со льда, держа меня на руках, и переживая, что как-то могла мне навредить. Хотя переживать нужно было за её здоровье, ведь я буквально рухнула на неё, сбивая при этом и её партнёра. Кирилл в тот год был ещё противней, чем обычно и решил, что меня можно отпустить с поддержки в самый неподходящий момент, а Олеся и Олег оказались у нас на пути. Вот тогда мне было стыдно, до сих пор помню свою красную физиономию и крики Трубецкого. Жаль, что ребята уже не катаются. Они были крутыми наставниками.

— Думаешь всем всё равно на моё присутствие?

— Ну не совсем. Всё-таки, старички понимают, что все мы приходим им на замену, и что скоро их время закончится. Но не более. Они не станут нам пакостить и мешать тренировочному процессу, всё-таки мы все взрослые люди. Я тебе больше скажу, они с радостью тебе помогут и направят работу в нужное русло. Так что прислушивайся к их мнению и не пропускай ничего мимо ушей, они когда-то уже проделали этот путь и стали лучшими. И ещё, прости меня за слова в раздевалке.

— Ничего, — я слегка приобняла подругу. — Меня подобное не задевает. Я ведь знаю — ты у нас девушка взрывная. Так что всё в порядке.

— Спасибо, что терпишь меня, Мороз. Ты правда хорошая подруга.

— Лучшая, — поправила я её.

Она усмехнулась и приобняла меня в ответ:

— Самая лучшая.

— И так, — Славянская подошла поближе к борту, чтобы видеть всех, кто находился на ледовой площадке. — Думаю, вы и так это знаете, но я всё же повторю. Это уже своеобразная традиция. Теперь работа будет строиться по-другому, особенно это касается новеньких. Работаем мы самостоятельно, не ждём моих команд и пояснений. Я здесь по большей степени надзиратель, который видит все ваши ошибки и указывает, где именно вы неправы. Так что сопли и слабость — оставляйте за бортом, здесь не существует незаменимых. В следующем году сюда придут дети ещё лучше вас, которые будут хотеть работать безостановочно. Дети, которые не устают. Нет сил? Не хотите работать? Не можете встать? Дверь открыта, я никого здесь не держу, замену вам найдут быстро. Вы лишь очередные представители сборной, не более. Без моей