Квест - Виктория Старкина

потолка балки. Да, здесь определенно требовался серьезный ремонт, а лучше снос! Надо посоветовать отцу, когда расследование будет завершено. Он пересек две грязные комнаты. Остановился, снова прислушался. Дом тоже мог считаться аварийным, и тут пусто, давно никого не было. Вряд ли здесь могли вестись репетиции, какие безумцы решатся собраться в таком странном месте! Колдовские ритуалы, шабаши — вполне. А репетиция — дело законное и благородное, актеры могли выбрать и более подходящий антураж. Другое дело, если бы речь шла о съемках ужастика. Но нет, Альберт сказал: театральные репетиции. Марк при встрече тоже говорил именно о театре. Разочарованный, Артем собирался отправиться назад, но что-то остановило. Он не любил бросать дела на полпути, оставлять незавершенным. Иногда эта привычка играла с ним злую шутку, но себя не переделаешь. Потому Артем решил: раз уж оказался здесь, в этом весьма неприятном месте, следует пройти до конца, осталось всего несколько комнат. Он толкнул следующую дверь и шагнул в пустое просторное помещение. Здесь было темно, вокруг ничего не видно, Артем сунул руку в карман, вытащил телефон, чтобы включить фонарь. В его неярком свете он с удивлением отметил, что тут, в отличие от предыдущих комнат, было чисто, стояли стулья и стол, и Артем готов был поклясться, что здесь не так давно были люди. Достаточно места, помещение вполне могло подойти даже для репетиций! Значит, если предположить, что Альберт Альбертович все понял правильно, это то самое место, где собирались актеры театра, с которыми дружила Алла. И один из них мог быть убийцей молодой женщины, почему нет.

Внимательно оглядев помещение, теперь уже с большим интересом приглядываясь к обстановке странного дома, Артем открыл следующую, последнюю дверь — и застыл, пораженный увиденным. Он не ожидал ничего, подобного тому, что предстало перед глазами: просторная зала, которую можно сравнить, разве что, с бальной, с высокими потолками, почти свободная от мебели. И что еще удивительнее: украшенная соответствующим образом! Стены закрывали старинные уже немного поблекшие гобелены, сверкал в свете фонарика чистый, полированный пол, вдоль стен стояли стульчики в стиле ампир, чтобы воображаемые танцоры могли отдохнуть, если устанут, приковывал взгляд белый, новенький, похожий на исправный, рояль! Что-то блеснуло на полу, когда луч торопливо обежал комнату, и этот блеск тоже привлек внимание. Артем наклонился, чтобы поднять блестящий кусок фольги фиолетового цвета. Рядом лежал такой же, но золотой. Чуть поодаль — еще один, бирюзовый. Сомнений быть не могло, эти разноцветные кусочки — не что иное, как конфетти, их рассыпали или взорвали хлопушку. Да, похоже, тут устроили не только репетицию, но и целый праздник! Карнавал или, может быть…бал!

Это слово, словно выстрел, грохнуло в голове Артема, и он почувствовал, что сердце на мгновение остановилось.

Глава 14. Театр

Бал. Это слово в последнее время он слышал не единожды. Слышал от Луизы. Она дружила с Аллой. И говорила ему про этот бал. Но неужели… Нет, это не может быть правдой! Неужели, Луиза не придумала, и они с Аллой и Марком были на каком-то празднике в заколоченном доме? Возможно, Луиза даже видела убийцу и узнает его! Скрипнула входная дверь. Артем вздрогнул, резко обернулся, потом осторожно прислонился к стене, так что бы его не заметил человек, который войдет в помещение. Рука машинально скользнула к висевшей на поясе кобуре. Он медленно, стараясь не издать ни звука, вытащил оружие. Послышались шаги, доски пола кое-где прогибались под тяжестью идущего, характерный скрип доносился до Артема. Он напрягся, вот отворилась входная дверь, на пороге появился мужчина. Смуглый, невысокий, темноволосый. На нем была светлая панама, прикрывавшая лишь макушку, растянутая футболка и широченные, застиранные штаны цвета хаки. Артема он не заметил, но хорошо расслышал, как щелкнул за спиной затвор.

— Руки! — скомандовал Артем.

Тот машинально вскинул руки вверх.

— Повернись.

Незнакомец повернулся, на его лице застыл неприкрытый испуг, смешанный с недоумением. В ту же минуту Артем опустил оружие: узнал Ильхама, местного работягу, который не раз помогал его отцу в сносе домов.

— Ты? — спросил он разочарованно. — Что ты тут делаешь?

— Артем? — тот захлопал глазами и опустил руки. — Ну и напугал ты меня… Зачем сзади подкрадываешься?

— Я ж не знал, что это ты, — Артем спрятал оружие. — Мало ли кто в пустых домах бродит. Так что ты тут делаешь?

— А ты? — неожиданно дерзко ответил Ильхам.

— Провожу расследование.

— Ясно. А я как раз пришел отчет подготовить: пойдет ли дом под снос. По поручению отца твоего, кстати. А что за расследование? Могу чем помочь?

— Женщину убили, слышал?

— Ты про Аллу? — Ильхам кивнул и вдруг снял панаму, как если бы хотел выразить уважение памяти усопшей, его жест не остался незамеченным Артемом, — Конечно, все слышали.

— Говорят, она ходила в этот дом.

— Да, — Ильхам кивнул. — Видел ее тут пару раз.

— Вы общались?

— Общались. Не скажу, что были очень близки или дружили. Просто: привет, пока, как дела.

— И что она тут делала?

— С артистами была.

— Играла в спектаклях?

— Нет, не играла. Просто была с ними. Вроде как, поддерживала, интересовалась, дружила.

— А ты что тут делал?

— И я с артистами был. У меня друг есть, он у них тоже играет. Тоже артист. Я к нему и приходил.

— Не Марк случайно?

— Не… Рустам.

Артем вздохнул. Вряд ли он чего-то добьется от этого работяги: Ильхам всегда не мог связать двух слов, а уж большой пользы от него точно не жди.

— А бал тут был, в этом доме, не слышал?

— Нет, — тот пожал плечами. — Не знаю такого. Бал — это что?

— Ну, праздник, когда все красиво одеты, танцуют.

— А… — протянул Ильхам. — Не помню, не видел.

— А где сейчас эти артисты? — поинтересовался Артем.

— Так уехали. Давно уже. Все разъехались по домам. Ждут, когда театр будет, вернутся, наверное, к осени. Слышал к осени стройку закончат, вот артисты и приедут, чтоб выступать.

— Понятно, — Артем кивнул. — Ладно, спасибо, делай свои дела. Не буду мешать.

С этими словами он спрятал оружие, прикрыв футболкой.

— А зачем тебе артисты? — полюбопытствовал Ильхам, очень желающий быть полезным.

— Поговорить хотел, вдруг что-то смогут вспомнить. Алла же с ними дружила.

— Так поговори с Рустамом. Он в театре сейчас. На стройке работает.

— Так он артист или на стройке работает? — нахмурился Артем: болтовня Ильхама начинала утомлять, становясь все более бессвязной.

— Он и артист, и на стройке. — Ильхам довольно ухмыльнулся. — Пока театра нет — он на стройке. Будет театр — играть станет.

— Ладно, спасибо, — Артем кивнул, бросил