Фуэте для полковника - Татьяна Васильевна Бронзова

«Что-то надо делать, – подумал он. – Её уже давно должны были отпустить».

Как это ужасно – не знать языка страны, в которой ты находишься! Биркин пытался задавать вопросы служащим на входе в терминал, потом тем, кто стоял уже у выхода на посадку, но никто из них по-русски не говорил. Биркин хотел позвонить в посольство, но ему категорически не дали даже приблизиться к телефонной трубке, находящейся на посту. Наконец появилась женщина в униформе и произнесла в микрофон:

– Прошу всех пассажиров пройти на посадку в автобус, который доставит вас к самолету.

Служащая сказала всё это на французском языке, а потом повторила на русском. Она говорила с большим акцентом, но всё же на русском языке!

– Помогите, – сразу бросился к ней Биркин. – Со мной должна лететь Елена Савельева. Её увели на дополнительный личный досмотр в какой-то офис. Я уверен, что это было недоразумение, но её до сих пор нет. Можно ли выяснить, что с ней происходит?

– Минуточку, – служащая подошла к посту терминала и, набрав какой-то номер на стоящем там аппарате, долго с кем-то говорила, естественно, на французском языке, а Биркин, ничего не понимая и нервничая, переминался с ноги на ногу рядом. Наконец женщина повесила трубку.

– Этот досмотр оказался действительно ошибкой, и девушка отпущена.

– Вот видите, я же говорил! – обрадовался юноша. – А когда её приведут на посадку?

– Ваша девушка передумала лететь. Она сняла с рейса свой чемодан и, вероятно, в данный момент уже возвращается в Париж.

– Как передумала? – изумился Биркин, но служащая уже не слушала. Она спешила к автобусу, который ждал её, чтобы везти первую партию пассажиров к самолету.

Биркин начал быстро соображать, что же ему делать? Самому лететь без Савельевой в Москву? Конечно, нет. Что он скажет там встречающему их человеку?! Да и потом, надо здесь, в Париже, немедленно сообщить об исчезновении девушки. Не могла она отказаться самовольно от полёта, когда её мать при смерти. С ней явно что-то произошло. И не дай бог что-нибудь плохое!

«Надо срочно связаться с нашим посольством, – решил он и вышел из терминала отлёта в общий зал, бросив на ходу служащему при входе: – Я не лечу. Вот мой посадочный. Понял? Я не лечу!»

У юноши не было франков, так что выбраться из аэропорта он не мог. Надо было звонить. Сам телефон-автомат он нашел довольно быстро, но ведь в него надо было что-то опустить.

– Пожалуйста! – протягивал он руку проходящим мимо людям, в то время как в другой держал телефонную трубку, чтобы его поняли, чего он от них хочет.

Наконец один мужчина вошёл в его положение и дал ему монету.

– Помогите, я не знаю, как это у вас делается? – манипулировал пальцами по аппарату Биркин.

Видно, это у него получилось вполне доходчиво, потому что мужчина опустил монету и, сняв трубку, дал понять, что теперь можно набирать номер. «Всё как у нас», – удивился про себя Биркин. Телефонную трубку на другом конце подняли довольно быстро.

* * *

Полковник Кудряшов был в ярости. Как такое могло произойти?! Проанализировав всё, что произошло в аэропорту, он ясно понял, что это была вполне продуманная акция побега. Паспорта у всех членов гастрольной группы забрали сразу, как только они прошли таможню по прилёте в Париж, и тут же отдали их на хранение в посольство до возвращения домой. Делалось это для того, чтобы никто не исчез во время своего пребывания во Франции. Ведь без паспорта человек никто! И вдруг происходит то, чего совершенно не учли. Савельева исчезает, пользуясь моментом, когда паспорт вновь оказывается у неё на руках! А ведь Биркин за ней следил! Кто и когда смог это организовать? Каким образом в это могли быть вовлечены работники аэропорта? Причём всё было проделано так чисто, что к ним даже нельзя предъявить никаких претензий.

– Но куда Савельева могла деться после того, как вышла от вас? – пытал офицера таможни представитель советского посольства.

– Возможно, поехала в Париж, – отвечал Пьер Дюрен. – Во всяком случае, она сказала, что никуда не полетит сегодня и провожать её в зону посадки не стоит.

– Она говорила с вами по-французски? – удивился полковник.

– Ну да. Правда, её познания невелики, но вполне достаточны, чтобы мы понимали друг друга.

«А в анкете написала, что языком не владеет, – зло подумал Кудряшов. – Кругом одно враньё!»

– Девушка от вас вышла одна? – спросил он офицера.

– Да. Одна.

– Дело в том, что она не вернулась в гостиницу. Денег у неё не было. Вы не можете предположить, что с ней могло произойти?

– Простите, это не мои проблемы. Обращайтесь в полицию. Мы не ищем людей. Мы ищем у них наркотики.

Кудряшов нутром чувствовал, что офицер Дюрен как-то замешан в побеге Савельевой и совсем не случайно её приняли, якобы, за другую, но полковник был бессилен. Он не мог предъявить никакого обвинения. Из аэропорта полковник Кудряшов, представитель посольства и несчастный Биркин выехали, не добившись ничего. Оставалось только, как и посоветовал офицер таможни, ехать в центральное полицейское управление и объявлять Елену Савельеву в розыск. А разыскать её полковник должен был непременно. Разыскать и вернуть! Класть свою голову на плаху перед генералом он не собирался! Но как вычислить, где она может скрываться?

– Проверьте господина Дмитрия Измайлова. Журналиста, – сказал он в центральном полицейском управлении. – Он вполне может быть замешан в исчезновении девушки.

– О, – воскликнул следователь Шердлен. – Так это любовная история?! Девушка влюбилась?

– Нет. Не знаю, – растерялся полковник.

– Какое это имеет значение? – заволновался представитель посольства. – У вас в аэропорту пропала балерина. Вы обязаны её найти!

– Мы попробуем, но, если это не похищение, а добровольное исчезновение с молодым человеком, мы ничем не можем вам помочь, – улыбаясь, сообщил Шердлен. – Любовь – дело серьёзное!

– Я не прошу вас арестовывать девушку, – нервничал представитель посольства. – Я прошу вас её найти, задержать и передать нам.

– Чтобы её задержать, я должен ей что-то предъявить. За какое нарушение я должен её задержать? Как нам сообщили из аэропорта, у неё виза до конца этого месяца. Выходит, с этим все в порядке. Вы хотите, чтобы мы задержали девушку за то, что она передумала лететь в Москву? Это абсурд!

– Ну, хорошо, – вмешался в разговор полковник Кудряшов. – А может, её действительно похитили? Может, ей угрожает опасность? Надо же её найти, чтобы это выяснить?

– Это другое дело, – согласился следователь полицейского управления. – Мы