Как любят покойники - Софья Константиновна Стасевич

вскочила. “Подонок, это из-за тебя!” — она с криками схватила нож с хлебной доски и несколько раз нещадно полоснула отца по груди. Тот, словно обезумев, из последних сил сжал ее тонкую шею. Время замедлилось. Они столкнулись. Я ужаснулась, кажется, они никогда не были так близки. Мать, задыхаясь, воткнула нож отцу в грудь. Борьба кончилась. Их руки разжались. С оглушающим звоном на кухонный кафель упал окровавленный нож. Нежно и проникновенно звучала «Ave Maria» Шуберта. Два тела упали навзничь.

Вот они мои родители. Вот она эта смиренная тишина.

На их лицах рисовалось даже подобие улыбки. Кажется, что они рады друг другу намного больше, чем когда-либо. Их безвольные тела питают друг к другу больше любви, чем полные жизни. Я стояла у двери. Музыка стала тише… Не помню, что было дальше, помню ужас, помню побежала к соседям, помню похороны. Это все, что я о них помню. Сюда я прихожу редко, тяжело мне вспоминать все это.

Закончив свой рассказ, она утерла одинокую слезу и снова молча уставилась на могильные плиты. Я смотрел на ее измученное лицо, страшась мысли о том, что моя Верочка может стать такой Верой.

— Вот как любят покойники… — пробубнил я совершенно невпопад, развернулся и пошел прочь.