Без права на славу - Сергей Беер

– Понятно. Здорово я с прививкой опростоволосился…

Вера расхохоталась.

– Если честно, я такого не ожидала. И в голову бы не пришло! Обычно ягодицы заголяют, когда на укол приходят, а тут…

– Ладно, не умничай, а то борода расти начнёт, – смущённо перебил Тимофей. – Слушай, чего ты мне всё время в плечи упираешься, как школьница? Просто положи на них руки!

Слегка покраснев, Вера исполнила то, что он просил, и словно провалилась в его объятья. Получилось, что она вплотную прижалась к груди. Что-то твёрдое упёрлось ей в живот. Тимофей чуть отодвинул её от себя. В глазах его играла улыбка.

– Зачем же такие крайности! Мы ещё не настолько знакомы, – пошутил он.

От этих слов девушку бросило в жар. Она ещё больше зарделась, что, впрочем, было почти незаметно из-за полумрака, стоявшего в танцевальном зале.

– Теперь всё правильно? – спросила Вера. – Продолжаем разговор?

Тимофей кивнул и стал рассказывать как ни в чём не бывало:

– С сегодняшнего дня я живу в общаге ДОКа. Мать с младшими сестрёнками в деревне. Отца давно нет.

Вере показалось, что последние слова Морозов произнёс с оттенком досады или обиды.

– Ушёл? – осторожно спросила девушка.

– Можно и так сказать. Мне пятнадцать было, когда его волки загрызли. Ста метров до деревни не дошёл.

– Ох! Извини… – она сочувственно погладила его по спине.

– Чего там, ты же не знала. Просто до сих пор, как вспомню о нём, сердце в комок сжимается.

– Да-а, рановато ты мужиком стал. Ая в семье младшая, тоже несладко.

– Да ладно! – удивился Тимофей. – Младшим, наоборот, легче всех живётся.

– Так нас пять человек… – помолчав, Вера добавила, – и тоже в деревне. А чего ты учиться не пошёл?

– Когда? Да и зачем? Чтобы после института получать девяносто рэ, как наш мастер? А матери кто будет помогать? Ей ведь сестрёнок надо на ноги поднимать. Нет, у меня, видно, свои университеты, бездипломные…

Вера молча кивнула. С такими доводами не поспоришь. Девушке было хорошо известно, каково это – жить в нужде, экономя буквально на всём.

– Я тебя провожу? – предложил Тимофей.

– Далековато будет, – предупредила Вера. – Я живу в общежитии, на Союзной.

– А ты что, торопишься?

– Нет! Тогда танцевать будешь только со мной!

– Кто бы возражал, я т-тя умоляю… – с улыбкой развёл руками Тимофей.

– А если я сейчас пойду и косметику смою, – немного подумав, сообщила девушка.

– Тогда сразу уж повяжи пионерский галстук на шею, чтобы я не потерял тебя в этой толпе. Ты так классно выглядишь, что мне сейчас завидуют все чуваки в этом клубе.

– Ладно, потерплю до дома.

Вера сделала весёлое лицо, но её улыбка казалась натянутой.

– А что не так? – обеспокоенно спросил Морозов.

Он заметил, что девушка то и дело потирает края век кончиками пальцев.

– Глаза щипать стало.

– Тогда пошли на свет, поглядим, что у тебя там.

Они вышли в фойе, где висело несколько больших зеркал. Бросившись к одному из них, Вера охнула. Глаза начали опухать, веки заметно покраснели.

– Ёксель-моксель! Чем же ты накрасилась? – удивлённо спросил Морозов.

Вера молча вынула из сумочки красную коробочку и показала ему. Тимофей мазнул одним пальцем ячейку с голубой тенью, потёр между пальцев и почувствовал на коже жжение.

– Беги, смывай быстрее эту дрянь! Тут что угодно, только не косметика. Выброси её, если не хочешь без глаз остаться!

Когда Вера вернулась уже умытая, Тимофей чуть ни присвистнул от удивления. Перемена была разительная. Он тотчас подумал: «Надо будет достать девчонке нормальной краски».

Вера не смотрела ему в глаза. Она заранее знала, какой будет реакция парня. Но в глубине души всё-таки теплился огонёк надежды – а вдруг? И это «вдруг» случилось.

– А там, в поликлинике, – спросил Тимофей, – ты же вроде тоже накрашенная была?

– Не полным комплектом, – тихо ответила Вера. – Я тени только перед танцами наложила. Пойдём домой?

– Пошли, – просто ответил Тимофей.

И в этом «Пошли», не было ни презрения, ни жалости. Наоборот, что-то тёплое, близкое и родное звучало в голосе Тимофея. Девушка с трудом сдержала слёзы и желание броситься ему на шею. Такого в её жизни ещё не бывало.

Выйдя из клуба, Тимофей взял её под руку. Для Веры это было чем-то немыслимым, невообразимым. Даже в самых сокровенных мечтах она не представляла, что когда-нибудь вот так пойдёт с парнем под ручку.

– Ну, веди! Где твоя Союзная? – притягивая Веру ближе к себе, спросил Тимофей.

– Недалеко, часа три пешком, – пошутила она.

– Годится! – ответил Тимофей, – гулять, так гулять.

Чтобы путь казался короче, Вера принялась рассказывать о себе, о своей семье. Неожиданно Тимофей прервал её.

– Гопники!

Из подворотни навстречу им вышли трое парней.

– Когда подойдут, становись ко мне за спину, но не убегай! Орать можешь всё, что в голову придёт, хоть визжи, только в драку не лезь.

Тимофей глянул на часы.

– Хотя орать бесполезно. В час ночи ни одна зараза из окна не выглянет.

– Чувачок, закурить не найдётся? – спросил самый тощий из троих.

– Любишь импортные? – поинтересовался Тимофей, отодвигая Веру к себе за спину.

Одновременно он освободил правую руку.

– Не откажусь!

Левой рукой Тимофей достал из кармана своего армейского тулупа пачку папирос «Беломорканал» и протянул просившему. Незаметно он принял позу, удобную для нанесения удара. По всему было видно, что драка неизбежна.

– Ты чего такой борзый? – загундосил тот, что стоял справа от тощего. – Про импортные говорил, а сам «Беломор» суёшь!

– Жадный! – констатировал тощий.

– Так это и есть самые что ни на есть импортные. «Цузые» называются, – спокойно ответил Тимофей.

– Шутник, – бросил третий, чернявый, как цыган.

Он взял пачку в руки, раздал приятелям по папиросе и вернул остаток владельцу. Но пальцы его разжались чуть раньше, чем Тимофей успел взять пачку. Не дав ей коснуться земли, Тимофей поймал коробочку на мысок сапога. Потом привычным движением подкинул вверх, легко поймал и сунул в карман.

– Чисто не там, где убирают, а там, где не сорят, – произнёс Тимофей.

Он ждал, что последует дальше.

– Ты откуда взялся, такой вертлявый? – вызывающе спросил тощий.

– Из тех же ворот, откуда весь народ.

– Извини, чувачок, погорячились, – вдруг вмешался чернявый. – Тебя, кажись, Тимохой кличут?

– Н-ну? – вопросительно произнёс Тимофей.

– Знаем. Альпинист-парашютист, – усмехнулся чернявый. – Девчонку покажи. Так, на всякий случай. Чтобы никто не тронул, если без тебя будет. Мы предупредим.

Вера вышла из-за спины Тимофея и взяла его под руку, но с левой стороны. Так было проще отступить назад, если понадобится. Отёки с её глаз уже сошли, зато из-за сильного гнева и волнения