Последнее падение - Дориана Кац

Вместе с этой «кучкой гадких утят» — именно такое название получила моя группа — нам пришлось пережить сборы и тренировочную базу Академии. Но самым страшным оказался новый набор в сентябре, когда на смотр ворвалось сразу несколько девочек с визгами, что хотят тренироваться у меня. Не знаю задело это Ирину Владимировну или нет, поскольку прочесть её эмоции в тот момент было невозможно, но нотаций она мне не читала.

На тренировках всё тоже шло через одно место. Некоторых приходилось обучать всему с нуля, кто-то отказывался работать в нашем ритме, а кто-то вечно спал — это кстати была я. Денис с огромным трудом поднимал меня каждое утро и запихивал в машину, чтобы довезти до катка. Я часто предлагала ему переехать на территорию Академии в тренерские квартиры, но он постоянно отказывался. Спорить с Разновым — себе дороже.

Ещё одной занозой в пятой точке Дениса стала Татьяна, которая каждый вечер приезжала к нам в гости и сводила его с ума. Иногда она оставалась у нас с ночёвкой, после чего Ден предлагал нам с ней съехаться и жить без него, на что Тани лишь показывала ему неприличные жесты.

***

— Тань, вот честное слово, — Денис положил на диван подушку и одеяло. — Спать в моей кровати с моей девушкой, при живом мне — это уже верх наглости.

— Ты прям как Кирилл, вечно чем-то не доволен.

— Ты занимаешь моё место, Сова.

— Прекратите спорить, — я выглянула из спальни и уставилась на друзей. — Если вы собрались драться, я не стану вас разнимать.

— Не переживай Денис, я не сделаю ничего дурного без её просьбы.

— А если я попрошу? — я подмигнула девушке, уклоняясь от подушки, которую запустил в меня парень. — Кого-то ревность заела!

— Ну если попросишь… — подхватив инициативу, продолжила Татьяна. — Только пусть Разнов не подглядывает и к нам не ломится.

— Да вы издеваетесь! — Денис рухнул на диван, изображая бессилие. — Это ранит мои чувства.

— Позвони Эдику, — бросила ему я. — Он вылечит твои раны новой порцией рабочих часов.

***

Сегодня мы собирались у Даши на даче, чтобы отметить Новый год. Эта была самая спонтанная идея, родившееся в Дашиной голове за последние несколько лет, поскольку её традицию — праздновать этот праздник в гордом одиночестве — никто не решался нарушать.

Я спустилась со второго этажа, где девушки обустраивали места перед телевизором, поскольку некоторые наши гости исчезли из поля моего зрения.

— Что вы тут делаете? — поинтересовалась я, когда оказалась на первом этажа. — Разнов, ты совсем оборзел!?

Денис уронил ложку на пол и повернулся ко мне:

— Ну милая, вкусно же.

— Прекрати жрать оливье прямо из кастрюли! И вообще, — я забрала её из его рук. — Оставь другим!

— Так я же не один ел, — Денис указал на друзей, стоящих рядом. Трубецкой спрятал ложку в карман джинсов, а Капрунов сделал вид, что столовый прибор, валяющийся за другими тарелками, ему не принадлежит. — Этим олухам ты ничего сказать не хочешь?!

— У них есть свои воспитательницы. — Я злобно зыркнула на друзей. — Пусть молятся, чтобы я не доложила им об их поведении.

На лестнице послышались шаги и к нам спустилась хозяйка жилища:

— Пацаны, я их отвлекла! Что у вас тут вкусненького?

— Даша… — прошептал Разнов, указывая на мою недовольную физиономию. — Лучше молчи.

— И ты туда же!? — удивилась я, пряча кастрюлю за спину. — Я не перестаю удивляться!

— Что за кипишь? — Алиса спустилась вслед за розоволосой девушкой. — Капрунов, ты жрал салат с майонезом?

— Да, — честно признался тот. — Я заслуживаю смерти?

— За то, что жрал его без меня? Да! Дайте мне ложку, я тоже хочу!

— Уйдите живо, — я приняла оборонительную позицию, ставя кастрюлю на кофейный столик. — Только попробуйте ещё раз залезть в мой салат! Подождите до ужина!

Таня и Лия спустились именно в тот момент, когда Денис носился с салатом по первому этажу, попутно поедая его.

— Годы иду, а ничего не меняется. — Прокомментировала ситуацию Татьяна. — Как дети малые. И ведь так происходит каждый раз, как мы собираемся.

— Лина, — окрикнула меня Лия. — У нас ещё два ведра этого оливье, пусть едят.

— Это мой оливье, я его почти сутки готовила! — ответила я. — Трубецкая, чёрт тебя возьми, помоги!

— Как? — одновременно отозвались Татьяна и Лия, когда Кирилл преградил мне путь в сторону Капрунова и Разнова.

— Да не ты, Тань. Ты для меня на всю жизнь Совинькова! Трубецкая для меня тут только одна. Лия, угомони своего брата!

— Я похожа на мамочку? — усмехнулась белокурая девушка.

— Да! — сказали все разом.

— Кирилл, — Таня сделала грустное лицо. — Каролина не признаёт наш брак и смену моей фамилии.

— Кольца носить начнёте, тогда признаю, — я преградила Алисе и Даше путь к холодильнику. — Уйдите, черти!

— Что тебе кольца, Мороз? — Кирилл подошёл к своей партнёрше, а по совместительству и жене, и нежно поцеловал. — Нам парной татуировки достаточно.

— Просто признайся, Кирюша, — сестра нежно приобняла брата. — Ты бы его потерял.

— Это да, — усмехнулся Трубецкой. — А ты, когда кольцо наденешь, Мороз?

— Когда затащу одного паршивца в ЗАГС, — я выразительно зыркнула на Разнова. — Да, Денис?

— А я что? Я только за.

— А вот Эдик и работа против, — я выразительно поиграла бровями. — Он не переживёт если у тебя в расписании появится новый пункт с моим именем.

— Молю, не начинай, Каролина. Иначе я тебя утащу в лес и там же закапаю.

— Кстати! — спохватилась Даша. — Подняли булки, пацаны! Мы идём в баню, а потом в снег.

— Она точно с тобой из-за дружбы? — прошептала Алиса на ухо Лии. — Мне кажется, что ей просто нравится тусить в компании наших мужиков.

— Хочешь пойти с ними в баню? — предположила Лия. — Только скажи, я попрошу Дашку.

— Я похожа на больную, чтобы в снегу потом валяться?

— Ну с нами то ты под ёлками валялась тогда около Академии, — припомнила ей Татьяна. — Тогда тебе это нравилось.

— А ты как-то перелезла через стол Славянской в тренерской, когда та застала тебя валяющейся на её новом белом пушистом ковре. — Съязвила Алиса. — Видимо тебе это тоже нравится.

— Я тогда была пьяна! — возмутилась Татьяна. — Это не считается!

— Да что ты говоришь? Я была в точно таком же состоянии в снегу!

— Девочки, — я встала между подругами, от которых во все стороны сыпались искры. — Давайте без драк. Предлагаю