Последнее падение - Дориана Кац

— Я хочу домой, Денис. Сейчас не тот момент, когда я смогу тебе что-то объяснить.

— Мне и не нужно. Ты можешь мне вообще ничего не объяснять, — он взял мои руки и поцеловал оледеневшие пальцы. — Я просто боюсь оставлять тебя одну.

***

— Ты вообще не собираешься выпускать меня из своей квартиры? — я сидела на кухне у Разнова, в его широких спортивных вещах, и пила кофе. Горький, как обычно. — Я ощущаю себя нахлебницей.

— Ты всего лишь гостишь у меня, — Денис махнул мне рукой с дивана, подзывая к себе. — Возьми пиццу и пошли посмотрим что-нибудь.

Я послушно села на диван, кладя на кофейный столик коробку с мясным месивом.

— А теперь бери и ешь, — он сурово на меня посмотрел своими медовыми глазами. Не такими как у него. — И не думай увиливать. Ты съела гречку сегодня утром и весь день пьёшь свой кофе, закусывая лимонными леденцами. Я не могу на это смотреть.

— Я не смогу это съесть, — я облокотилась на спинку дивана, подгибая под себя ноги. — Меня сразу вывернет.

— А ты возьми и заставь себя. Иначе я её в тебя запихаю, Мороз, — он приступил к поеданию мясной пиццы. — А ты знаешь — я могу.

— Знаю.

— Тогда действуй.

— Можно вопрос? — он положительно кивнул. — Ты ненавидишь лимонные леденцы с раннего детства, но почему-то всегда таскаешь их с собой. Смысл в чём?

— В том, что ты их любишь.

***

— Каролина, чёрт тебя побери, — кричал Денис, дёргая ручку от двери в ванную. — Я умоляю тебя, открой дверь.

Я сидела под водой, когда он смог выломать преграду и вытащить меня на поверхность. Ещё бы чуть-чуть и было бы две минуты.

Он понял, что что-то не так, когда я замолчала. За этот месяц, пока я жила у него, он приучил меня разговаривать с ним, пока я нахожусь ванной. Для его спокойствия. И никогда не закрывать дверь, оставляя маленькую щёлку. А особенно на замок.

— Ты рехнулась?! — он потряс меня за плечи, совершенно не смущаясь моей наготы. — Я не позволю тебе сделать это в моей ванной.

— Значит я уеду домой, и сделаю это в своей ванной, — я посмотрела на полку, где лежала бритва. — Выйди. Я не буду топиться.

Он проследил за моим взглядом и взял бритву в руку:

— Только посмей! Зная твои слова, ты обещаешь не топиться, но не обещаешь не делать что-то другое.

— Знаток, — усмехнувшись, подметила я. — Выйди. Я вообще ничего не стану делать.

— Нет. Я буду тут.

— Денис, — я посмотрела на своё тело, которое скрывала лишь водная гладь. — Я голая вообще-то. И ты всё видишь.

— Было бы на что смотреть, — фыркнул он. — Кожа да кости. Тело как у ребёнка.

— Я мечтала вернуть это тело, когда резко поправилась.

— И что теперь? Больной желудок, слабость, истерики. И вообще, — он взял шампунь и начал вспенивать мои волосы. — Мне нравятся женщины, а не дети.

— И зачем ты мне это говоришь? Тебя никто не спрашивал об этом.

— Просто так, чтобы ты знала.

***

Я сидела на крутящемся стуле и вертелась на огромной скорости, представляя себя на каком-нибудь страшном аттракционе. Голова шла кругом, толи от постоянного вращения, толи от выпитой бутылки чистого коньяка.

— Так, — Денис появился на пороге квартиры и увидел меня. — Не надоело пить?

— Пить? — невинным голосом, переспросила я, продолжая вертеться, но с меньшей скоростью. — Я не пью, а расслабляюсь. И то, очень редко.

— Так редко, что я каждую ночь вижу, как ты ходишь к моему домашнему бару и делаешь по несколько глотков из разных бутылок.

— Я не могу уснуть без алкоголя. Он даёт спокойствие.

— Он тебя губит, Каролина.

— Слушай, — я полностью остановила стул и попыталась сфокусировать зрение. Ничего не вышло, всё расплывалось. — Давай на чистоту. Знаешь, как я закончу? А откуда тебе это знать? А вот я знаю, Денис. Я закончу свои дни в гордом одиночестве. Ты тоже уйдёшь от такой как я, как и все остальные. Я искала того самого, мужчин было много. Но они все уходили. Потому что никто не сможет быть с такой как я. Я сложная. Я сломанная. Я неправильная. И по итогу — всё что у меня есть — это я сама.

— Честно тебе признаюсь, Каролина. Я не вижу тебя такой, какой ты себя описываешь. Я вижу ребёнка, потерявшегося и испуганного. Ребёнка, которому нужна помощь.

— Так помоги мне! — взмолилась я, уже не контролируя слёзы и эмоции. — Спаси меня, Денис.

— Я спасу, — он подошёл и, сев на корточки, положил голову мне на колени. — Только позволь это сделать, Каролина. Я верну тебя к жизни, заставив вновь видеть будущее. Не отталкивай меня. И мы со всем справимся.

— Я когда-нибудь говорила, как сильно ценю тебя? — я дотронулась рукой до его щеки.

— Всегда, Мороз.

Я попробовала встать со стула, но забыла, что ноги у меня безумно ватные. Денис вовремя меня подхватил, и теперь смотрел сверху вниз, удерживая моё тело в стоячем положении.

Он был высоким. Намного выше, чем он.

Я встала на носочки, пытаясь дотянуться до его губ, а когда парень понял, что я хочу сделать, прекратил никудышные попытки, впиваясь в мои губы своими.

— Какой же слепой я была все эти годы.

— Ты была влюблённой.

— Мне стыдно, Денис. Я играю тобой, пытаясь закрыть своё пробитое сердце.

— Там уже давным-давно всё заросло, — Разнов подхватил меня на руки, унося в спальню, которую он любезно мне выделил. Сам он спал уже второй месяц на диване в гостиной. — Ты просто скучаешь по воспоминаниям и моментам с ним.

— Завтра утром я забуду этот поцелуй. И наш разговор тоже.

— Я напомню тебе. И да, — он поцеловал меня в висок, когда опустил на белоснежные простыни. — Больше я не выберу дружбу. Так и знай, Мороз.

***

— Вылезай из кровати, я тебе говорю, — Денис стягивал с меня одеяло, заставляя подняться на ноги. — Пошли бегать. Ты сутками сидишь дома.

— Кто бы говорил, — я злобно на него зыркнула. — Ты не отпускаешь меня ко мне домой и теперь возникаешь, что я сутками сижу у тебя в квартире.

— Мы пойдём бегать. Это не обсуждается. И вообще, зачем тебе возвращаться к себе? Я привёз все твои вещи.

— Там дождь, Разнов. — я указала за окно. — Я замёрзну, заболею и умру.

— Не смеши меня, Мороз. Ты не можешь заболеть. И там просто капает, это даже не дождь.

***

— А я говорила, — хриплым голосом и