В Стране Гудка. Часть 2. Кремлевские будни - Самуил Бабин

Самуил Бабин

В Стране Гудка. Часть 2. Кремлевские будни

Прошло две недели премьерства Сидора. За это время он не то чтобы, стал разбираться в политике, в которую его окунула жизнь, но как-то научился приспосабливаться и старался как можно меньше заниматься этой самой политикой. Первое, что ему удалось в этом направлении, уговорить Беломедведева проводить заседания кабинета министров не каждый день, как было раньше, а по вторникам и четвергам. Сам премьер, все еще продолжал кататься с Алиской на лыжах и возвращаться в Желтый дом похоже не собирался. Поэтому согласился на это предложение Сидора, что в результате привело к значительному сокращению внебюджетных расходов — просить деньги стали реже. И это, надо отметить, заметили все заинтересованные лица, включая Сама, который в прошедшие выходные посетив хоккейный матч между питерскими и квасковскими армейцами, и зайдя в ложу к Сидору, одобрительно произнес: «А, ничего нормально у вас в тандеме получается работать. Пусть Митька на лыжах еще покатается, а ты давай тут. Пора экономику уже сдвинуть с мертвой точки…» Эти слова, точнее сказать последняя фраза, тут же были растиражированы среди всего окружения и авторитет, Беломедведева в лице Сидора снова пошел в гору, и по словам Челентано, это несколько поколебало позиции силовиков, но и обострило политическое противостояние с Квасковским мэром, который до последнего времени пользовался полным доверием Сама и откровенно метил в его приемники. Вот такую политическую кашу заварил Сидор, за эти две недели своего премьерства, сам того не ведая, а мечтая лишь об одном — скорейшем завершения договорных обязательств и возвращению к нормальной жизни, актера детского театра.

Сегодня была как раз среда — день свободный от министров и распиливания денег. Сидор сидел за столом в своем кабинете для заседания и курил, прикидывая в уме, сколько ему еще осталось до дембеля. На своем привычном стуле у стены сидел Челентано, с планшетом и с недовольным видом играя, в какую-то компьютерную игру.

— Как они доходят до четвертого уровня, — раздраженно произнес Челентано и отложил в сторону планшет, — Вот забрал у сына сегодня, чтобы в школу не носил. Что за поколение растет, ничего их кроме компьютерных игр не интересует.

— А ты, что хотел, чтобы их интересовало, — задумчиво спросил Сидор.

— Учеба, получения знаний, работа, — с раздражением ответил Челентано, — Им жить в реальной жизни предстоит, а не в компьютерных играх этих.

— А цель, какая у них в жизни, — также равнодушно продолжил Сидор.

— Цель, — переспросил Челентано, — Получить образование, начать работать, делать карьеру, к чему-то стремиться.

— И в идеале, занять какой-нибудь пост, и начать распиливать бюджет в личных интересах и делиться немного со своими, — закончил пафосную речь Челентано Сидор.

— Не в личных, а в государственных, — отрезал Челентано. — Ты вот уже вторую неделю пост премьер-министра занимаешь, и я так смотрю ничего и не понял.

— Ты же сам мне всегда объяснял, везде чьи-то бизнес-интересы. Там друзей Сама, там мэра Квасквы, там силовиков, там Беломедведева, там сына прокурора и дальше по убывающей. А электорату в это время на шестьдесят рублей минимальную зарплату подняли. Вот, вчера Задворкин постановление правительства мне на подпись принес, — Сидор приподнял со стола листок бумаги и потряс им в воздухе.

— Правильно, — встав со стула, и заходил по кабинету Челентано, — А не будь этого и этих жалких шестьдесят рублей народ бы не получил.

— Чего этого, — не понял Сидор.

— Системы распределения ресурсов между своими, доверенными лицами, — встав перед Сидором, торжественно произнес Челентано. — Только так можно хоть как-то проконтролировать использование средств и быть уверенным, что они не все уйдут куда-нибудь налево. Со своих можно и спросить если что-то не так.

— Если не поделился, с тем, кто дает, — усмехнулся Сидор.

— Да. — С вызовом ответил Челентано, — А представь завтра придет, какой-нибудь Сидор Сидоров с улицы и попросит денег на колорадского жука. И чего? — Челентано вопросительно посмотрел на Сидора.

— Что чего, — удивленно спросил Сидор.

— А ничего, ни жука, ни денег не будет, ни шестидесяти рублей прибавки к пенсии. А Сидора этого Сидорова, ищи потом через Интерпол. Вот как будет, — самодовольно закончил Челентано.

— Понятно, — вздохнул Сидор.

— Что тебе понятно?

— Этих шестидесяти рублей хватит на час парковки в Кваскве. Да и то не в центре, а за вторым кольцом, — отстраненно произнес Сидор.

— Это ты к чему, — теперь не понял Челентано.

— Да, так. К слову пришлось, — ответил Сидор, гася сигарету в пепельницу. В это время в дверь постучались и на пороге, появилась скорбная фигура Задворкина: Я тут с бумагами, разрешите?

— Заходи, — махнул ему рукой Сидор, — Что там у тебя срочного?

— Вот, — присаживаясь на край стула, Задворкин протянул бумагу, и вздохнув, печально произнес, — Мы сверстали изменения в бюджет на второй квартал. И ваши сосиски туда тоже включили. Шестым пунктом, после против паводковых мероприятий.

— Вижу, — читаю бумагу, произнес Сидор.

— Раньше никак, не получается, — совсем опечалился Задворкин, — Если только, через внебюджетные фонды запустить. Тогда хоть завтра проведем.

— Ничего страшного, — беря ручку и подписывая, бумага ответил Сидор, — Подожду прохождения паводка.

— Спасибо, — безразлично ответил Задворкин, убрал бумагу в папку и не спеша, вышел из кабинета.

— Кстати насчет сосисок. Обед уже скоро, — посмотрел на часы Сидор, — Тут Петрович у себя в гараже с двумя таджиками осетинские пироги начал выпекать, — Может, съездим, посмотрим его хозяйство и пообедаем заодно.

— В гараже, — удивился Челентано.

— Ну, а куда им было после сноса Пирамиды деться. Да, ты не переживай, гараж у Петровича, самый благоустроенный был в нашем районе.

— Ну, поехали, — согласился Челентано и приказал по рации подать машину к подъезду.

***

Гаражи находились недалеко от микрорайона, где жили Петрович с Сидором, в промзоне, примыкавшей к железнодорожной ветке. От дома к гаражам они с трудом проехали по единственной разбитой дороге, петлявшей между огромных луж, куч строительного мусора и исковерканных бетонных конструкций. Возле гаража Петровича стоял все тот же небольшой, желтый автомобильчик. Только к буквам «ОП» на капоте и дверях, добавилась буква «Г». А из новой, блестящей трубы из нержавейки, торчащей на плоской крыше гараж, поднимался сизый дымок.

— Приехали, — скомандовал Сидор, и водитель остановил машину рядом с желтой малолитражкой. Челентано с Сидором вышли из машины и подойдя к железной двери гаража, нажали кнопку звонка.

— Не заблудились, — раздался добродушный голос Петровича, выходящего через небольшую дверь в воротах. За ним сразу потянулся на улицу ароматный запах свежеиспеченных пирогов.

— Ну, и