Всё к лучшему - Ступников Юрьевич

Кобели бессмысленно крутятся у машин на парковке, выискивая брошенную жрачку, а сучка, остановившись, лает. Мол, вот она, я. Но видя, что на нее не обращают внимания, гордая, оттявкавшись, семенит к мусорке. За ней тянутся остальные: не поесть, так запрыгнуть.

Собачья любовь. Собачья жизнь…

ВОЛЬНООТПУЩЕННИК

И она сказала, как выдохнула:

– Я тебя отпускаю.

А он вздохнул, повернулся и пошел. Но почему-то не взлетел и даже не рванулся, как обычно делают птицы, которых отпускают на волю, а словно полз. И даже шаркал ногами. И ему было не по себе.

А я смотрел на них, поскольку случайно оказался рядом, просто шел по улице и едва не сбил, когда они вдруг резко остановились. И даже не успел обогнуть, а только услышал ее фразу.

Наледь треснула под ногой. Он замер и оттолкнулся, словно обрубил невидимые нити. И обида повисла на его плечах, как снежинки, которые он затем стряхнул и молча пошел дальше.

А я подумал, глядя ему в спину:

«Ну почему женщины отпускают, а мужчины – бросают? Ну почему? Отпускать – это же благородно. А бросать – мелко».

Что-то здесь не вяжется. Наверное, женщины говорят так, чтобы отпустить себя, а мужчины им мстят, злятся и называют брошенными. Мужчинам, видимо, так легче. У них не хватает мужества отпустить. Но разве можно бросить то, чего уже не имеешь? Или отпустить того, кто уже не с тобой?

Я хотел, чтобы он вернулся к ней или она окликнула его. И потому оглянулся. Но они уже шли в разные стороны. Все быстрее и увереннее. Даже слишком. Они все еще говорили друг с другом. Каждый о своем.

Светлый и грустный снег опускался на мокрый асфальт, не успевая сохранять следы. И толпы людей, мужчин и женщин, спешили в разные стороны.

И тогда я достал мобильник и набрал родной номер телефона, чтобы просто спросить, как там дела, и сказать, что скоро буду. И услышать, что меня уже ждут и рады. Но там, куда я звонил, как назло, было занято. И так продолжалось довольно долго.

«Я тебя отпускаю», – сказал я себе, потеряв, наконец, терпение, и вдруг почувствовал, что значит быть брошенным. Оказаться никому не нужным – это и есть свобода?

Набор мобильника скользил и соскакивал на прерывистые гудки снова и снова. И похоже, никому не было дела до моего звонка.

А иначе и быть не могло – ведь я звонил самому себе.

КАК СТАТЬ СЧАСТЛИВЫМ

Глупость – это счастье.

Глядя на себя, я постоянно в этом убеждаюсь…