Княгиня Ольга - Елизавета Алексеевна Дворецкая

– Я все понял, – почти с порога отрезал он, не тратя лишних слов. – Этот ваш Хельги – побочный сын твоего отца, да, княгиня?

– Истину глаголешь! – подтвердил Мистина, пока Ингвар и Эльга с досадой переглядывались.

– За ублюдка племянницу не отдам! – так же решительно продолжал Грозничар. – Мы себя не в дровах нашли! И девка у меня получше других будет! Да только свистну – женихов сорок человек набежит, знай выбирай! Для вас мы с отцом берегли. А вы нам что подсунуть хотите? Обидеть задумали нас, Тростеневичей? Или мы вам, русским князьям киевским, не слуги верные? Не надежные? Такой свадьбе не бывать. А с моей невестой что? Я сюда жениться поехал, там в Чернигове отец пива наварил, медов наставил. А я как уехал холостой, так и приеду? Всему городу, всей Саваряни на посмешище? Поссориться хотите?

– Не серчай, воевода! – вежливо, но твердо попросил Мистина. – Ссориться никто не хочет.

– Мы же про Асмунда речи вели! Сговорились обо всем! И он сидит, как пень, молчит! А я как дурак перед всем народом! Передумал? Девка не понравилась? Да пусть где получше найдет, а я погляжу!

– Асмунд хочет жениться! – воскликнула Эльга. – Это его отец… всю пряжу нам перепутал. Он, Торлейв, хочет сперва старшего женить – Хельги. Вот и сватает вам его.

– Ублюдка в род не приму! А если мы с вами поссоримся, то моих дружин с собой в Таврию, Ингвар, не зови!

– Да троллеев этот ублюдок! – рявкнул Ингвар и грохнул кулаком по столу. – Помнишь, я тебе говорил? – Он обернулся к Мистине. – Прав я был! А ты говоришь – нет! Мы думали, он только одно, а он еще с Заднепровьем меня рассорить хочет! Да чтоб его йотун взял!

– Ублюдка в род не приму, вы что хотите делайте! Хоть рожайте мне для племянницы жениха достойного, а мою невесту мне отдать извольте! Я к отцу назад, как дурак холостой, не поеду!

– Нам в поход идти, готовиться надо, людей собирать, учить, снаряжать, а тут этот твой краснорожий навязался мне на голову! Что он по дороге шею не свернул?

Мужчины кричали, перебивая друг друга, а Эльга не знала, плакать ей или гневаться. Она сердилась на Торлейва, на Хельги, на Грозничара, который пришел браниться с ними, когда они в своем роду разобраться не могут. И та пугающая тайна, которая было ускользнула от нее, вдруг вновь прошла где-то рядом. Она видела, что Ингвар дрожит от ярости при одном упоминании о Хельги. Только желанием жениться на Звездочаде тот не мог так досадить знатным родичам. Почему Ингвар, человек прямой и решительный, просто не откажет наотрез во всех его притязаниях?

Сейчас и ей уже хотелось, чтобы Хельги просто исчез. Мелькнула даже мысль: если он исчезнет, я не буду задавать этим двоим вопросов… Но тут же Эльга устыдилась этого. Вспомнилось свержение Олега Предславича – это случилось полгода назад, а кажется, с тех пор миновали многие годы. Один раз они преступили честь ради власти. Обездолили свою кровь. Но нельзя делать так постоянно! Боги не будут долго терпеть тех, у кого война с родичами вошла в привычку.

– Пора мне! – Мистина встал. – Пойду займусь моим делом торговым.

– Каким еще делом торговым? – Эльга повернулась к нему. – Опять ты нам головы морочишь?

– Каким делом? Невыгодным, йотун меня ешь! Если все сложится, как задумано, два знатных мужа получат знатных жен, один человек получит дружину для похода. А я сам что получу?

– Что? – огрызнулся Ингвар. – Я скажу тебе! Когда я зимой уйду в полюдье, ты останешься здесь вместо меня! И получишь мирную Деревлянь, мирное Заднепровье и кучу родичей, которые не хотят убить друг друга! Мало тебе, Долговязый?

* * *

Посреди княжьего двора Мистина встретил Асмунда: остыв и почти смирившись с судьбой, тот собирался домой. Однако Мистина посоветовал ему пока задержаться здесь.

– Я попробую выторговать тебе невесту. Думаю, у меня получится, – пообещал он, ободряюще трепля Асмунда по плечу.

«Ну а если не получится, с человеком ведь всегда может что-нибудь приключиться», – подумал он, но говорить этого вслух не стал.

Бывает так, что все решения по-своему нехороши, но что-то выбирать надо. А если не укротить слишком бойкого родича, то Хельги Красный, пытаясь урвать себе кусок Олегова наследства, развалит весь его дом.

На Свенельдовом дворе Мистина зашел сперва к себе – проведать жену и разузнать, что происходит.

– Свенельдич! – Ута встретила его бледная и невыспавшаяся. – Ты-то чего ночевать не приходил?

Выглядела она плохо: лицо осунулось, под глазами появились темные полукружья.

– Будь жива! – Мистина поцеловал ее. – Здорова? Не очень? Зачем встала? Лежала бы. А если родичи покоя не дают, только скажи – я их всех выгоню.

– Свенельдич! – Не думая о себе, Ута с волнением вглядывалась в его лицо, в очередной безнадежной попытке прочитать его истинные намерения. Не зная всего, она, однако, понимала, насколько все плохо. – Вы ведь не сделаете этого еще раз?

– Чего? – спокойно спросил Мистина, сверху вниз глядя на запрокинутое к нему лицо жены.

– Того, что сделали с Предславом… с Олегом… Я больше такого не вынесу. Боги вам больше не спустят…

– Нет, что ты! – легко ответил он. – И в мыслях нет. Мы ж не звери какие, договоримся. Обещаю тебе. Где мой любезный родич Хельги Красный?

– Он с отцом.

– Поди посиди с отцом, а его пришли ко мне.

– Вы не будете…

– Будь спокойна, драться мы не будем. Сегодня до обеда все уладится.

– Правду говоришь?

– Чтоб у меня рука отсохла!

Когда Хельги вошел, Мистина ждал его, сидя на том же месте, что и в прошлый раз. Оружия при нем не было. Окинув избу быстрым взглядом, Хельги не нашел ничего подозрительного, но расслабляться не спешил.

Отказавшись от притязаний на Звездочаду, он в одном выигрывал, в другом проигрывал. Однако теперь Пестрянка связана с ним, а значит, делит все угрозы. Ради нее требовалась особая осторожность.

– Будь жив! Ты хотел со мной говорить?

– Да, – кивнул Мистина. – Садись. Я не собираюсь тебя убивать прямо сейчас, здесь никого нет, кроме меня, и даже ничего пить мы не будем – просто для спокойствия.

– А мы удивительно хорошо понимаем друг друга! – засмеялся Хельги, будто не заметил этого «прямо сейчас», и сел напротив. – Между нами должно царить полное родственное согласие!

– Скоро мы его обретем! – заверил Мистина. – Знаешь, говорят, родичи лучше всего ладят, когда между ними лежит море.

– Ты хочешь предложить мне вернуться в Хейдабьюр? – При этой мысли Хельги вновь обрел решимость сражаться до конца. – Не