Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Только теперь Джейн осознала: Жан-Пьер говорил искренне. Он действительно верил каждому своему слову. Отлично! Эллис совсем скоро вправит ему мозги и поставит на место.

Дверь открылась, и Эллис вошел в комнату.

Выглядел он почти счастливым, словно его так и распирало от хороших новостей, и когда Джейн увидела его округлое улыбающееся лицо со сломанным носом и с проницательными голубыми глазами, ее сердце пронзило чувство вины при мысли, как она чуть ли не флиртовала с Жан-Пьером.

Эллис замер у порога, явно удивленный присутствием в своем доме Жан-Пьера. Его улыбка едва заметно померкла.

— Привет вам обоим, — сказал он.

Затем закрыл за собой дверь и запер ее, что вошло у него в привычку. Джейн всегда считала ее несколько эксцентричной, но сейчас ей подумалось, что именно так и поступил бы шпион. Девушка усилием воли отогнала от себя эту мысль.

Жан-Пьер заговорил первым:

— Они начали охоту на тебя, Эллис. Им все известно. Они придут за тобой.

Джейн переводила взгляд с одного мужчины на другого. Жан-Пьер имел превосходство в росте, но Эллис был широк в плечах и обладал мощным торсом. Они тоже стояли и разглядывали друг друга, как два уличных кота, прикидывавших, насколько силен соперник.

Джейн обняла Эллиса, поцеловала его, словно заглаживая провинность, и сказала:

— Жан-Пьер как раз рассказывал мне абсолютно абсурдную историю о том, что ты якобы шпион ЦРУ.

Жан-Пьер склонился через подоконник, всматриваясь в проходившую внизу улицу. Потом он снова повернулся к ним лицом.

— Расскажи ей все сам, Эллис.

— Откуда у тебя взялась подобная идея? — спросил Эллис.

— Об этом судачат по всему городу.

— Но от кого конкретно услышал ее ты? — с металлом в голосе задал вопрос Эллис.

— От Рауля Клермона.

Эллис кивнул. Перейдя на английский язык, он сказал:

— Тебе лучше сесть куда-нибудь, Джейн.

— Я не хочу садиться, — отозвалась она раздраженно.

— Мне в самом деле нужно кое о чем тебе рассказать, — настаивал он.

Это не могло быть правдой, просто не могло. Джейн почувствовала, как волна панического страха подкатывает комом к горлу.

— Так рассказывай, — выдавила из себя она, — только перестань принуждать меня садиться!

Эллис посмотрел на Жан-Пьера.

— Почему бы тебе не оставить нас одних? — спросил он по-французски.

Теперь Джейн постепенно начал овладевать гнев.

— Что ты собираешься рассказать мне? Почему прямо не заявишь об ошибке Жан-Пьера? Я должна убедиться, что ты не шпион, Эллис, иначе с ума сойду!

— Все не так просто, — сказал Эллис.

— Все очень просто! — Она больше не могла скрывать истерической интонации в своем голосе. — Он утверждает, что ты шпион, работаешь на американское правительство, а мне лгал. Лгал постоянно, бессовестно и изобретательно с тех пор, как я тебя встретила. Это правда? Правда или нет? Ну же!

Эллис вздохнул.

— Да, это правда.

Джейн чувствовала, что готова буквально взорваться от возмущения.

— Ты — мерзавец! — выкрикнула она. — Ты подлый мерзавец!

Лицо Эллиса сделалось жестким, приняло каменное выражение.

— Я хотел во всем признаться тебе сегодня, — сказал он.

В дверь постучали, но они оба никак не отреагировали на это.

— Ты шпионил за мной и за моими друзьями! — визжала Джейн. — Мне так теперь стыдно!

— Моя работа здесь завершена, — попытался объясниться Эллис. — Мне не придется снова обманывать тебя.

— А у тебя и шанса не будет. Я не желаю больше тебя видеть.

Стук раздался еще раз, и Жан-Пьер сказал по-французски:

— У вашей двери кто-то стоит.

Но Эллис не обращал на него внимания.

— Ты ведь не можешь говорить так всерьез! Что не желаешь больше видеть меня.

— Кажется, ты совершенно не понимаешь, как поступил со мной, верно? — спросила она.

— Да откройте вы свою треклятую дверь! — воскликнул Жан-Пьер.

— Боже милостивый… — пробормотала Джейн и подошла к двери. Отперла замок и открыла. Перед ней возникла массивная, широкоплечая фигура мужчины в зеленом вельветовом пиджаке с разрезами на рукавах. — Какого дьявола вам здесь нужно? — И только потом разглядела в его руке пистолет.

Следующие несколько секунд, как показалось, тянулись целую вечность.

У Джейн молнией промелькнула мысль, что если Жан-Пьер говорил правду и Эллис был шпионом, то, вероятно, не менее правдиво было его предупреждение: есть люди, горевшие жаждой мести. А в том мире, где в тайне от нее жил Эллис, «месть» как раз и означала сначала стук в дверь, а потом мужчину с пистолетом на пороге.

Она открыла рот, чтобы закричать.

Мужчина оказался в замешательстве, но лишь на мгновение. Он выглядел удивленным, будто никак не ожидал, что дверь откроет женщина. Его взгляд скользнул по Жан-Пьеру, но потом снова обратился на нее. Он, разумеется, знал — не Жан-Пьер был его мишенью, но пребывал в растерянности, поскольку не видел в комнате Эллиса, скрытого распахнувшейся лишь наполовину дверью.

А потому вместо того, чтобы зайтись в крике, Джейн попыталась дверь захлопнуть. Однако он разгадал ее намерения и успел вставить ботинок в проем. Дверь ударилась в нос его башмака и отпружинила назад. И все же, сделав движение вперед, он был вынужден расставить руки в стороны для сохранения равновесия, и его пистолет теперь оказался нацелен куда-то в угол потолка.