Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

заблуждениями: слишком много времени и сил потрачено на поиски любви в местах, где ее заведомо быть не может. В частности, она не хотела повторять все это с Алексом Вульфом. Несколько раз Елена пыталась убедить себя: «Почему бы просто не повторить привычный ритуал еще один раз?» Вандам предлагал ей поступить именно так. Но каждый раз, когда она представляла, что занимается с Вульфом любовью, у нее возникало желание, от которого она не могла избавиться вот уже несколько недель: соблазнить Уильяма Вандама. Она знала, как это произойдет: Уильям посмотрит на нее с удивлением невинного ребенка и прикоснется к ее телу с восторгом в широко раскрытых глазах. Думая об этом, Елена ощущала себя беспомощной перед нахлынувшими чувствами. А Вульф… Предсказать, каким будет в постели он, не сложно — эгоистичным, умелым и невозмутимым.

Не говоря ни слова, она повернулась и пошла обратно к машине. Настало время, когда Вульфу положено сделать следующий шаг. Трапеза завершена: бутылка из-под шампанского и кофейный термос пусты, цыпленок и виноград съедены. Теперь он захочет получить вознаграждение. Елена наблюдала за своим спутником, сидя в машине. Он постоял еще немного у обрыва, повернулся, окликнул шофера и пошел к машине. Он двигался с самоуверенной грацией мужчины, занимающего высокое положение в обществе. Он чрезвычайно красив, гораздо импозантнее любого из ее предыдущих кавалеров, но Елена боялась его, как никого на свете. Ее пугали не ножи и шпионские тайны — она боялась его самого, его способности очаровывать, выработанной лишь для того, чтобы использовать людей в своих целях.

Елена горько усмехнулась про себя: «Сколько же можно мной пользоваться?»

Вульф сел в машину рядом с ней.

— Вам понравился пикник?

Она сделала усилие, чтобы казаться довольной.

— Да, все было очень мило, благодарю вас.

Машина тронулась. Теперь он или пригласит ее к себе, или отвезет к ней домой и зайдет выпить «рюмку на прощание». Нужно отказать ему так, чтобы не оттолкнуть окончательно. Эта мысль поразила Елену своей нелепостью: смешно, она ведет себя, как напуганная девственница. А для кого, собственно, хранить «сокровище» — для мистера Принца?

Она слишком долго молчит, а ведь ей следует быть милой и привлекательной, для этого, как известно, надо болтать без умолку.

— Вы слышали последние новости с фронтов? — спросила она и тут же поняла, что выбрала не самую удачную тему для светской беседы.

— Немцы побеждают, — отозвался Вульф. — Разумеется.

— Почему «разумеется»?

Он снисходительно улыбнулся.

— Мир делится на хозяев и рабов, Елена. — Он говорил так, как будто объяснял простейшие вещи школьнику. — Англичане слишком долго были хозяевами. Они размякли, и теперь их место займут другие.

— А египтяне… они рабы или хозяева?

Елена понимала, что ей лучше помолчать, но подобные заявления всегда приводили ее в ярость, и она ступила на тонкий лед.

— Бедуины — хозяева, — сказал он, — но обычные египтяне уже рождаются рабами.

«Он действительно верит в то, о чем говорит», — подумала Елена и пожала плечами.

Они въезжали в город. Время перевалило за полночь, окраины были пусты, хотя центр, наверное, еще бурлил.

— Где вы живете? — спросил Вульф.

Елена назвала адрес и печально подумала: «Итак, мы едем ко мне».

— Мы должны встретиться еще раз, — сказал Вульф.

— С удовольствием.

Когда они ехали по району Шари Аббас, Вульф велел водителю остановиться. Елена не понимала, чего ждать дальше.

— Благодарю вас за замечательный вечер. Скоро увидимся.

Произнеся эти слова, Вульф вылез из машины.

Она с удивлением смотрела ему вслед. Он склонился к окну водителя, дал ему денег и назвал адрес Елены. Водитель кивнул. Вульф хлопнул по крыше машины, и она тронулась с места. Елена обернулась: Вульф махал ей рукой. Когда машина начала поворачивать за угол, он пошел по направлению к реке.

Что бы это значило? Никаких приставаний, никакого приглашения домой, рюмки на ночь, обошлись даже без прощального поцелуя — что за игру он ведет?

Она размышляла над этим всю дорогу домой. Может быть, у Вульфа свои методы в общении с женщинами? Возможно, он эксцентричная натура. Как бы там ни было, Елена была ему благодарна: ей не пришлось ложиться с ним в постель. Она откинулась на спинку сиденья и расслабилась… Слава Богу.

Такси подъехало к ее дому. Неожиданно непонятно откуда выскочили три машины и с ревом понеслись на них. Одна остановилась прямо перед такси, другая сзади, третья — сбоку. Из темноты материализовались мужские фигуры. Все четыре дверцы такси разом распахнулись, и салон оказался под прицелом четырех пистолетов. Елена закричала.

Затем в автомобиль просунулась голова, и перепуганная Елена узнала Вандама.

— Его нет? — рявкнул Вандам.

Елена потихоньку приходила в себя.

— Я уж подумала, вы меня застрелите!

— Когда он вышел?

— В Шари Аббас.

— Как давно?

— Минут пять — десять назад. Я могу выйти из машины?

Майор подал ей руку, и она шагнула на тротуар.

— Мне жаль, что мы вас так напугали, — проговорил Уильям.

— Это называется — захлопнули дверь стойла, когда лошадь уже убежала.

— Да уж. — Он выглядел ужасно огорченным.

Елена смягчилась и дотронулась до его руки.

— Вы даже представить не можете, как я рада вас видеть.

Вандам бросил на нее странный взгляд, словно не зная, верить ей или нет.

— Почему бы вам не отослать ваших ребят и не зайти ко мне, чтобы спокойно поговорить?

Вандам помолчал.