Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Замечательно, — ответила она, и в ее глазах вспыхнули восторженные огоньки. — Я нашла нового автора, русского диссидента. Я даже не знаю его настоящего имени, но он большой талант. Я буду печатать его рассказы, написанные в лагере в Сибири. Называется «Во власти стужи».

— Судя по названию, веселого в них мало.

— Есть немного, но повествование не оставляет читателя равнодушным. Я отдала книгу в перевод.

— Кто захочет читать о заключенных в лагере, — скептически заметил Джаспер.

— Все в мире, — сказала Анна. — Вот увидишь. А что у тебя? Куда ты пойдешь работать после окончания университета?

— Мне предложили работу младшего репортера в «Уэстерн мейл», но я не хочу соглашаться. Ведь я был редактором и издателем своей собственной газеты.

— Из Америки пришли какие-нибудь ответы?

— Один, — сказал Джаспер.

— Только один? Что они говорят?

Джаспер вынул из кармана письмо и дал его ей. Оно пришло от новостной телепрограммы, называемой «Сегодня».

Анна прочитала его.

— Они сообщают, что не берут на работу людей без предварительного собеседования. Очень жаль.

— Я поймаю их на слове.

— Что ты имеешь в виду?

Джаспер показал печатный бланк с адресом.

— Я появлюсь в их офисе с этим письмом и скажу: «Я приехал на собеседование».

Анна засмеялась:

— Ты восхитишь их своей наглостью.

— Есть одна загвоздка. — Джаспер глотнул. — Мне нужно девяносто фунтов на билет. А у меня только двадцать.

Она сняла сковородку с плиты и взглянула на Джаспера.

— Ты за этим пришел?

Он кивнул.

— Ты можешь дать мне взаймы семьдесят фунтов?

— Конечно, нет, — ответила она. — У меня нет семидесяти фунтов. Я редактор книг. Это почти месячная зарплата.

Джаспер знал, что ответ будет таким. Но это еще не конец разговора. Он заскрипел зубами и спросил:

— Ты можешь попросить их у Хэнка?

Анна положила поджаренную картошку на белый хлеб с маслом. Она побрызгала ее уксусом и посолила. Сверху положила еще кусок хлеба и разрезала сэндвич пополам.

Вошел Хэнк, заправляя рубашку в оранжевые вельветовые обтягивающие брюки с поясом ниже талии. Его длинные рыжие волосы были мокрыми после душа.

— Привет, Джаспер, — сказал он как всегда радушно. Потом он поцеловал Анну и воскликнул: — Ух ты! Как вкусно пахнет.

— Хэнк, — проговорила Анна, — это, наверное, будет самый дорогой сэндвич в твоей жизни.

Глава 38

Дейв Уильямс с нетерпением ждал встречи со своим пресловутым дедом Львом Пешковым.

Осенью 1965 года группа «Плам Нелли» совершала турне в Штатах. Туристическая компания «Олл-стар туринг», спонсировавшая рок-ревю, предоставляла артистам гостиницу через день для ночевки. В другие дни они спали в автобусе.

Они давали представление, садились в автобус в полночь и ехали в следующий город. Дейв плохо спал в автобусе. Кресла были неудобные, и сзади находился дурно пахнущий туалет. Единственным прохладительным напитком была сладкая содовая вода, бесплатно предоставляемая спонсором турне. Бутылками с этой водой был забит кулер, стоявший в автобусе. Группа из Филадельфии «Топспинс», исполнявшая лирическую негритянскую музыку, в автобусе играла в покер. За одну ночь Дейв проиграл десять долларов и больше не садился в их компанию.

Утром они прибывали в отель. Если им везло, они сразу занимали комнаты. А если нет, то им приходилось слоняться в вестибюле в плохом настроении и неумытыми в ожидании, когда съедут вчерашние гости и освободят номера. Вечером они выступали, ночевали в гостинице и наутро снова садились в автобус.

Ребятам из «Плам Нелли» это нравилось.

Деньги были небольшие, но они путешествовали по Америке: они готовы были совершить такую поездку даже задаром.

И еще были девушки.

Бас-гитарист Баз часто за одни сутки приводил в свой номер несколько поклонниц. Лу с энтузиазмом осваивал гомосексуальную сферу Америки. Валли оставался верным Каролин, но даже он был счастлив, упиваясь своей мечтой быть поп-звездой.

Дейву не очень нравилось заниматься любовью с поклонницами, но за время турне ему попались несколько сногсшибательных девушек. Он старался завлечь блондинку Джолин Джонсон, которая отказала ему, сказав, что она замужем с тринадцати лет и счастлива. Потом он обхаживал Лулу Смол, которая флиртовала с ним, но отказывалась идти к нему в номер. Наконец он стал уговаривать Мэнди Лов из «Фабрики любви», ансамбля темнокожих девушек из Чикаго. У нее были большие карие глаза, большой рот и гладкая как шелк светло-коричневая кожа. Она познакомила его с марихуаной, понравившейся ему больше, чем пиво. Они проводили каждую ночь вместе в гостиницах после Индианаполиса, хотя им приходилось осторожничать: межрасовый секс считался преступлением в некоторых штатах.

В среду утром автобус прикатил в Вашингтон, округ Колумбия. Дейв получил возможность пообедать с дедушкой Пешковым. Эту встречу организовала его мать Дейзи.

По такому случаю он оделся, как подобает поп-звезде: в красную рубашку, синие брюки в обтяжку, серый твидовый пиджак в красную клетку и узконосые ботинки на высоком каблуке. На такси он доехал от дешевого отеля, в котором остановилась группа, до фешенебельной гостиницы, где у его деда был номер-люкс.

Дейв сгорал от нетерпения. Он слышал