Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Лев Пешков обвинил бастующих в уклонении от призыва, и «Адвертайзер» разместил эту статью на первой полосе, под заголовком «На чьей они стороне?». Гас, увидев газету, пришел в отчаяние: подобные нападки могли только осложнить ситуацию. Но усилия Пешкова дали противоположный эффект. В сегодняшних утренних газетах сообщалось о буре негодования со стороны рабочих, занятых на других предприятиях военной промышленности. Они возмущались по поводу высказанной мысли, что им можно платить меньше из-за их особого положения, и были в ярости из-за клейма дезертиров. От бестактной выходки Пешкова Гас приободрился, но он понимал, что его настоящий враг — Вялов, и это сильно его беспокоило.

Гас принес с собой в «Статлер» газеты и разложил их в комнате для собраний на столе. На видное место он поместил популярную газетенку с бросающимся в глаза заголовком: «А ты, Лев, запишешься в армию?»

Гас попросил Брайана Холла прийти на четверть часа раньше Вялова. Профсоюзный работник явился точно в указанное время. Гас обратил внимание, что тот был в красивом костюме и серой фетровой шляпе. Это было правильно. Не следует стараться плохо выглядеть, даже если ты представляешь рабочих. Холл производил впечатление в каком-то смысле не худшее, чем Вялов.

Холл увидел газеты и усмехнулся.

— Да, молодой Лев допустил ошибку, — довольно сказал он. — Огреб кучу проблем.

— Манипулировать прессой — опасная игра, — заметил Гас и перешел к делу. — Значит, вы требуете прибавку, доллар в день?

— Это лишь на десять центов больше того, что наши рабочие получали до Вялова…

— Сейчас не об этом, — оборвал Гас, изображая уверенность в себе, которой вовсе не чувствовал. — Если я добьюсь прибавки в пятьдесят центов, вы согласитесь?

Холл замялся.

— Мне надо обсудить это с нашими активистами…

— Нет, — сказал Гас. — Решать надо сейчас. — Он сильно нервничал, но надеялся, что это не очень заметно.

— А Вялов на это пойдет? — попытался уклониться от прямого ответа Холл.

— Это уж мое дело. Пятьдесят центов. Да или нет? — сказал Гас. Ему хотелось вытереть пот со лба, но он сдерживался.

Холл взглянул на Гаса долгим оценивающим взглядом. Гас подумал, что кроме вызывающего вида, тот обладает еще и острым умом. Наконец Холл сказал:

— Согласимся. Пока.

— Благодарю вас. — Гасу удалось сдержать облегченный вздох. — Можно предложить вам кофе?

— Конечно.

Гас нажал кнопку вызова, радуясь возможности отвернуться и скрыть лицо. В этот момент вошли Джозеф Вялов и Лев Пешков.

Подавать им руку Гас не стал.

— Садитесь, — хмуро сказал он.

Взгляд Вялова упал на газеты, лежавшие на боковом столике, и в его глазах вспыхнул гнев. Гас понял, что Лев уже за это получил о тестя.

На Пешкова он старался не смотреть. Это был тот самый шофер, что увел его невесту — но он не мог опуститься сейчас до сведения счетов. Хотя как бы ему хотелось дать этому Пешкову по зубам! Однако если в результате сегодняшней встречи все получится так, как задумал Гас, это будет даже унизительнее, чем удар в лицо. А для Гаса — приятнее.

Появилась официантка, и Гас попросил:

— Принесите кофе моим гостям. И бутерброды с ветчиной.

Он нарочно не спросил об их предпочтениях. Он видел, что именно так ведет себя Вудро Вильсон с людьми, которым хочет внушить робость.

Он сел и открыл папку. Там был чистый лист бумаги. Он сделал вид, будто читает.

Пешков сказал, усаживаясь:

— Ну что, Гас, президент послал вас сюда к нам на переговоры?

Вот теперь Гас позволил себе перевести взгляд на Пешкова. Он смотрел на него долго и ничего не говорил. Да, он красив, подумал Гас, но это человек слабый и ненадежный. Когда Пешкову стало неловко от его взгляда, Гас наконец произнес:

— Да вы что, совсем спятили?

Это было так неожиданно, что Пешков даже немного отшатнулся от стола, словно боясь, что его ударят.

— Какого черта?..

— Америка находится в состоянии войны! — сказал Гас, стараясь, чтобы голос звучал как можно резче. — И вести переговоры президент не собирается. Ни с вами, ни с вами! — Он мельком взглянул на Брайана Холла, хотя всего несколько минут назад они обо всем с ним договорились. — Ни даже с вами, — заключил он, взглянув наконец на Вялова.

Вялов выдержал его взгляд спокойно. В отличие от зятя, он робости не испытывал. Но в его взгляде хотя бы уже не было презрения и насмешки, как в начале, когда они только пришли.

— Тогда зачем вы приехали? — спросил Вялов после долгого молчания.

— Я приехал, чтобы сказать вам, что будет дальше, — сказал Гас тем же тоном. — А когда договорю, вы будете это исполнять.

— Ха! — сказал Пешков.

— Лев, заткнись! — сказал Вялов. — Продолжайте, Дьюар.

— Вы скажете рабочим, что поднимаете зарплату на пятьдесят центов в день, — сказал Гас. Затем повернулся к Холлу. — А вы примете это предложение.

У Холла ни один мускул не дрогнул, он лишь сказал:

— Ах вот как!

— И сегодня к полудню рабочие должны все как один быть на рабочих местах.

— А какого черта нам выполнять то, что вы скажете?