Очерки истории Франции XX–XXI веков. Статьи Н. Н. Наумовой и ее учеников - Коллектив авторов

Очерки истории Франции XX–XXI веков

Статьи Н. Н. Наумовой и ее учеников

© Коллектив авторов, 2023

© Исторический факультет МГУ, 2023

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2023

К читателю

Сборник «Очерки истории Франции XX–XXI веков. Статьи Н.Н. Наумовой и ее учеников» приурочен к двойному юбилею – моему 65-летию и 40-летию работы на историческом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова и является, таким образом, определенным итогом моей деятельности на кафедре новой и новейшей истории в качестве специалиста по новейшей истории Франции и научного руководителя студентов и аспирантов, со многими из которых в ходе работы над дипломами и диссертациями были подготовлены совместные публикации.

Представленный вашему вниманию сборник охватывает различные события и аспекты социально-экономической и политической истории Франции в течение ста лет – от Первой мировой войны до последних выборов в Пятой республике 2022 г. Размещенные в нем статьи, написанные с начала 80-х гг. и до конца 2022 г., показывают, как с годами менялись сюжеты, подходы, стиль научных исследований, как расширялись их источниковая база и историографические возможности.

Первая часть сборника содержит статьи, опубликованные мною в различных отечественных и зарубежных изданиях. Но особую ценность для меня представляет вторая часть сборника – «Научная эстафета», поскольку, по моему твердому убеждению, одной из основных задач университетского ученого является как раз подготовка и воспитание новых поколений исследователей, сохранение преемственности знания и традиций научных школ. Совместные статьи, на мой взгляд, наилучшим образом отражают сам характер общения научного руководителя и аспиранта как процесса творческого и взаимообогащающего. Уже их широкая хронологическая и тематическая палитра – от начала ХХ в. до наших дней, от международных отношений и политологии до культурной истории и истории идей – показывает, как исследовательские интересы молодых историков побуждают расширять собственные научные горизонты. Благодаря подобному сотрудничеству мне стали, например, более ясными мотивы, по которым Франция так упорно придерживалась оборонительной тактики в конце 20–30-е гг. XX в., или причины неудачных попыток французских президентов-неоголлистов образовать политико-экономический союз с государствами Восточного и Южного Средиземноморья на рубеже XX–XXI вв.

Иногда такого рода сотрудничество приводит и к более масштабным результатам. В частности, не могу не отметить вышедшую год назад монографию «От триумфа к катастрофе: военно-политическое поражение Франции 1940 г. и его истоки», подготовленную совместно с моим бывшим аспирантом, а теперь – одним из перспективных молодых ученых нашего факультета А.А. Вершининым. Отрадно отметить, что многие из моих бывших учеников, в свою очередь, вели и ведут научную и преподавательскую деятельность, воспитывая новые поколения: И.М. Байдаков, О.В. Богословская, О.В. Болгова, М.С. Горина, А.В. Жидкова, А.А. Преображенская, И.В. Родин, И.Ю. Слесарев, Н.В. Татарчук, И.Д. Тутберидзе, П.И. Фалалеев, М.О. Якимова, А.А. Вершинин, А.С. Капля. Двое последних успешно работают на нашем факультете. В настоящее время под моим руководством пишут или заканчивают работу над диссертационным исследованием пять аспирантов.

Помимо традиции сохранения и развития научной франковедческой школы, этот сборник является также данью признательности другой традиции – кафедральной. Университет не только учит, но и воспитывает, формирует личность, в том числе и нас, преподавателей, превращая в то, что называется «университетский человек». Работая на кафедре новой и новейшей истории с 3 мая 1983 г., я успела хорошо узнать представителей «старшего» поколения – А.В. Адо, В.П. Смирнова, Е.Ф. Язькова, И.П. Дементьева, Э.Э. Литаврину, А.И. Строганова, И.В. Григорьеву и многих других. Некоторые из них, в свою очередь, имели в качестве учителей ученых дореволюционной эпохи. Так возникают преемственность и кафедральная традиция. К ней, безусловно, относится широкий культурный и научный кругозор, профессионализм, интеллигентность, открытость к общению, внимание к студентам, научная добросовестность. Надеюсь, что хотя бы часть из них так или иначе отразилась в сборнике.

Наконец, еще одна традиция, о которой я не могу не сказать, – это традиция личная, семейная, поскольку все мои близкие связаны с историческим факультетом теснейшими узами. Настоящей же точкой пересечения всех трёх отмеченных традиций – научной, кафедральной и личной – является для меня мой отец, профессор Николай Васильевич Сивачёв, который, будучи заведующим кафедры новой и новейшей истории, много сделал для её развития и который всю жизнь служит мне примером научной добросовестности и требовательности к себе.

Закончить это небольшое вступление мне хочется словами благодарности.

Благодарности факультету, вырастившему меня как ученого и преподавателя. Кафедре, подарившей мне счастье сотрудничества и дружбы со многими умными и интеллигентными людьми. В.П.Смирнову, долгие годы остававшемуся моим учителем и близким человеком. Моим молодым коллегам, доставившим мне радость своим участием в этом сборнике. И, наконец, конечно же, студентам. Под моим руководством только в МГУ было защищено около 120 работ разного уровня, и за каждой из них, помимо серьёзного труда, стоит удовольствие от общения с интересными людьми, с новыми, по-другому видящими мир поколениями. Надеюсь, что научная эстафета будет передаваться и дальше.

Н.Наумова, 13.01.2023.

Наумова Н. Н

Революция 1917 г. в отражении французской прессы[1]

Февральская революция в России была воспринята большинством представителей западной политической и интеллектуальной элиты с энтузиазмом. Она позволила американскому президенту Вудро Вильсону в его обосновании вступления США в Первую мировую войну 2 апреля 1917 г. представлять её как столкновение милитаризма и демократии: «Разве не чувствует каждый американец, что замечательные, радующие сердце события, происходящие в последние несколько недель в России, укрепили наши надежды на будущий мир во всем мире?.. Автократия, находившаяся на вершине ее политической структуры, при всём том, что она существовала там с давних пор, обладала ужасающей властью, но ни по своему характеру, ни по целям самодержавие не было исконно русским. И сегодня она свергнута, и великий, щедрый русский народ во всём своём величии и мощи стал составной частью сил, которые сражаются за свободу в мире, за справедливость и мир. Это достойный партнер в лиге чести».[2]

Французские политические круги также приветствовали Февральскую революцию. В их оценках и подходах к осмыслению происходивших в России политических пертурбаций можно выделить четыре главных момента[3]. Во-первых, революция не стала в условиях нараставшего в стране политического кризиса неожиданным событием, хотя французские политики не предполагали, что она произойдет так скоро – в начале 1917 г. Во-вторых, революция воспринималась как результат слабости царского режима и военных неудач со всеми вытекающими из этого экономическими, социальными и политическими последствиями. В-третьих, Февральская революция, во всяком случае, на уровне официальных заявлений, была принята восторженно и рассматривалась через призму французского